Читаем без скачивания Ушкуйник - Юрий Корчевский

Увидев вошедших, кузнец кивнул головой, ударил железяку ещё несколько раз и сунул её в горн. Вышли во двор. После кузницы июньское тепло показалось прохладой.

— Давненько не видел я тебя, Митрофан. Здравствуй!

— И тебе здоровья, и Бог в помощь, Мартьян!

Вот, привёл соседа своего, кистень по руке приобрести хочет.

— Это можно.

Кузнец подошёл к ящику, откинул крышку:

— Выбирай!

У Мишки глаза разбежались. Однако Митрофан сразу потянулся к небольшому железному шару на узком кожаном ремешке.

— Похоже, этот по руке парню придётся. Ну-ка, возьми в ладонь, сожми.

Мишка взял увесистый шар. Кузнец и Митрофан с интересом уставились на его руку.

— В самый раз. А вырастешь — новый подберёшь. Надень-ка петельку на руку.

Оба — и Мартьян и калека-воин — растянули ремешок.

— Да, как по нему делал. Берём. Торговались они недолго. Мишка потратил почти все вой деньги, но покупкой остался доволен.

У дома Митрофана расстались.

— До завтра, сосед, вечером жду. — И старый воин ушёл в дом.

Зайдя в свой двор, Михаил решил опробовать покупку. Подойдя к сараям, оглянулся — не видит ли кто? Для начала метнул грузик в доски. Тот отскочил и пребольно ударил парня по колену. Мишка чуть не взвыл от боли. Нет, уж лучше пусть Митрофан поучит.

Так и повелось. С утра Мишка в лавку идёт — торговать, а после работы — к соседу.

— Вытряхни грузик из рукава, — учил Митрофан. — Можешь сразу снизу бросать — без замаха, но удар при этом несильным получится, да и придётся он только по животу. Помни, что от кирасы или щита грузик отскочить может.

Митрофан вытащил из кармана репу и положил её на вкопанное короткое бревно.

— Попади!

У Мишки из десяти попыток удалась только одна.

— Иди домой и упражняйся.

Только через неделю, когда он сносно стал попадать в цель, Митрофан стал учить его попадать в цель движущуюся. Он привязал к бечёвке репу, потащил её по траве.

— Ударь.

К своему стыду, Мишка ни разу не попал по цели.

— Иди, занимайся сам.

Пришлось уговорить соседских мальчишек таскать репу на бечёвке, купив им сладкого петушка на палочке. Он измучился сам и загонял их, пока не научился попадать в репу с первого раза.

Митрофан проверил его умение, похвалил.

— А теперь ударь сбоку. Смотри, как надо!

И снова Мишка упражнялся. Потом пришёл черед учиться кистенём выбивать оружие из руки врага. Причём высшим мастерством было не просто выбить, а и забрать оружие противника себе.

— Вот, гляди, как надо это делать. Грузик кидаешь чуть в стороне от сабли или меча, а потом делаешь резкий рывок в сторону. Грузик начинает наматывать ремешок вокруг лезвия. И теперь резко — на себя. Саблю или меч пальцы держат, а твоя рука-то сильнее пальцев, — выдернешь оружие у врага. Только когда меч или нож к тебе полетит, не поранься, за себя уводи и — на землю.

Дома Мишка воткнул палку в поленницу и стал упражняться на ней. Не всё выходило гладко, доставалось и палкой в лоб — хорошо ещё, что не кистенём.

Вот только учёбу вскоре пришлось прервать. В лавке продали часть товара, и купец, выручив деньжат, отправил Михаила за новой партией. А Мишка возьми да и предложи ему:

— Чего вхолостую ушкуй гнать? Надо местных товаров купить — воска, мёда да мехов на все деньги. Продам — прибыль будет, на все вырученные деньги нового товара куплю — двойная выгода.

— Я уж и сам об этом думал. Одно плохо — долго продавать, на всё лето застрять можно.

— А зачем стоять? Оптом продать! Прибыль не столь велика, но всё же с выгодой будем.

Купец помялся.

— Пробовал я не раз, но пока от своего товара избавишься, в лавке — в Чижах — уже пусто.

— Лучший выход — поставить в Нижнем свою лавку и нанять приказчика, пусть торгует.

— И об этом думал. Только честного человека трудно найти. Он ведь там без хозяйского глаза будет. Думаешь, такие как ты — грамотные, честные да разворотливые — на каждом углу валяются?

— И всё же я попробую.

— Смотри, Михаил, моими деньгами рискуешь.

— Без риска удачи не видать. Купец надолго задумался.

— А, семи смертям не бывать, одной же не миновать. Попробуем!

Два дня они закупали шкурки лисы, енота, барсука, волка, скупали бочонки с мёдом. Воска только не нашли. Погрузились в ушкуй, и отправился Мишка во вторую свою ходку.

Едва они добрались, как он на торг побежал. Сыскал покупателя на мёд, который тот забрал сразу же. Вот с мехами пришлось побегать, пока выгодно их пристроил. А самое главное — договорился о регулярных поставках. Особенно оптового покупателя интересовали шкурки белки, бобра и соболя.

Торговать мехом Михаилу понравилось. Товар лёгкий, ушкуй не перегружен, по течению стрелой летит. А собираясь в обратный путь, кроме обычного товара — тканей, — он набрал соли в мешках, рассудив, что впереди осень, крестьяне рыбу, мясо солить будут, и цены на соль сразу же возрастут.

Удивился Аникей быстрому его возвращению, расщедрился на премиальные. А за соль попенял:

— Когда ещё засолка начнётся? А покамест товар стоять будет. Деньги всё время в обороте, в движении быть должны, тогда они прибыль принесут.

Но Мишка не стал ждать у моря погоды: он нанял подводу, погрузил на неё мешки с солью и отправился к рыбакам, что артелями на берету приживались. Одни рыбу ловили, другие её коптили, солили, вялили. И соль была нужна всегда.

Соль была товаром почти стратегическим. Каждый имел на поясе маленький мешочек, где был запас соли вперемешку с перцем. Солили каждое блюдо по вкусу, обильно.

И продал-таки Михаил соль. Не сразу продал — за два дня. Рыбаки взяли четыре мешка и подсказали, что к кожевенникам ещё съездить можно. Те взяли сразу, молча отсчитав деньги.

К исходу второго дня вернулся Мишка в лавку к Аникею, вывалил из суконного мешочка груду монет на прилавок.

— Считай, дядя Аникей. Здесь — за соль.

Не рвачествовал Мишка, не ломил цену, покупатели же рассчитались по совести. И получилось в итоге, что соль вышла «сам-два», то есть двойная прибыль.

Купец только ахнул.

— У тебя лёгкая рука, парень, и талант торговать. Помяни моё слово: ещё пару лет, и ты свою лавку в Чижах или Хлынове откроешь и переплюнешь всех. Я, почитай, всю жизнь купечествую, а с твоим приходом обороты выросли. Чутьё у тебя на выгоду. Станешь богатым — не забудь старика.

Глава 2

В неустанных трудах и хлопотах минул год. Мишка вытянулся, мышцы налились силой, и он уже не походил на того пацанёнка, которым три года назад пришел к Аникею. Постоянные физические упражнения, плавание на ушкуе на свежем воздухе и сытная пища сделали своё дело.

Приоделся Михаил: сапоги да кафтан купил, ходил в шёлковой рубахе, а не в рванье. И про деда с бабкой не забывал — их тоже принарядил. Кистенём баловался: то голубя зазевавшегося сшибёт, то воробьев несколько, и мясной приварок к супчику не помешает. К Митрофану регулярно захаживал, когда не уезжал за товаром.

Тот научил Мишку ножи метать — снизу, сверху, из-за спины. Мишка приобрёл хороший, боевой нож. Силу в себе почувствовал. Идёт по бревенчатому тротуару — мужики первыми здороваются, несмотря на возраст.

Деньжат скопил, подумывая вскорости своё дело открыть. Одна загвоздка — помощника нет. За товаром уедешь — лавку закрывать надо. Позарез нужен помощник, да только где его найти?

Вспомнил Мишка слова Аникея, что хороший приказчик на каждом углу не валяется. Прав он был.

Жалко Мишке купца — быстро постарел Аникей за год, сдал, всё чаще про болезни свои заговаривал. Видел Мишка — тяжело уже ему даже в лавке одному управляться. Дальше без помощника — никак. И дело своё открыть Мишке хотелось, и уходить от Аникея было жалко. Ведь купец его в люди вывел. Оставь его сейчас Мишка — захиреет Аникеева лавка, потому как сам ездить за товаром он не сможет. А деньги, сколько бы их ни накопил, имеют свойство кончаться, если кубышку не подпитывать.

Но с весны всё начало меняться. Взять хотя бы первую после зимы ходку за товаром. В лавке уже пустовато стало, и Мишка едва дождался, когда с рек лёд сойдёт. Реки полноводны были, течением несло сучья, упавшие деревья и другой мусор.

Кормчий Павел, едва Михаил заикнулся о ходке, почесал затылок:

— Опасно! С деревом-топляком столкнуться можно. Пробоины от них такие, что ушкуй вмиг затонет — едва успеешь за борт прыгнуть.

— А вперёдсмотрящего посадить?

— Не учи учёного. Только и он не всегда топляк под водой разглядит. Ладно, давай попробуем потихоньку.

Трудная ходка выпала. Ушкуй едва уворачивался от полузатопленных деревьев, вперёдсмотрящего обдавало брызгами холодной воды. Помогало лишь то, что Павел помнил наизусть все отмели, повороты да ещё глубины по-весеннему полноводной реки. На волоке их ушкуй оказался первым после зимы.