начальника стражи. Тут ошибиться было невозможно. Над дверью герб королевства и герб города. На двери табличка «Начальник стражи, капитан Штормхельм». В эту дверь забежал молодой страж с какой-то папкой, через минуту вышел без неё. Работа кипела. Вход в тюрьму так же нашёлся быстро. Во-первых, он вёл в подвал, во вторых окружён перилами с небольшой калиткой, в третьих, над калиткой была прикреплена табличка «Тюрьма. Вход воспрещён». И чтоб Крис точно не ошиблась, калитку прикрывал собой здоровый усатый детина с медным взглядом.
— Не положено, — сказал детина, видя, что Крис к нему подошла.
— Ой, а вот тут монетка лежит, — сказала Крис. — Вы уронили?
— Не положено, — повторил детина даже не пошевелившись.
Крис огорчилась. План отвлечь детину и проскочить в калитку, применив заклинание маскировки, провалился. Что ж, пришлось прибегнуть к плану Б.
Крис зашла в кабинет начальника стражи. Это был такой же здоровый детина. Только усы были пышнее, взгляд более металлический. И роскошный плюмаж на шлеме. Шлем лежал рядом на столе. Начальник рылся в бумагах.
Крис заранее постаралась вспомнить о чём-то грустном. Обычно при этом в голову лез какой-то котёнок. Что за котёнок, откуда взялся, и что с ним стало, она, естественно, не помнила. Но при этом слёзы сами наворачивались на глаза.
— Сударыня, что случилось?
— Там ваш стражник, возле тюрьмы, он… — сказала Крис, всхлипывая.
— Что он? — спросил капитан.
— Он… Он… Я не могу сказать, — ответила Крис, разрыдавшись.
— Так. Возьмите эту салфетку, сударыня, утрите слёзы и идите за мной.
Сказав это, он вышел из кабинета, громко топая. Крис шла за ним, утирая слёзы салфеткой. Возле стражника капитан остановился.
— Солдат! — сказал он громко. — Следуй за мной. Без разговоров. А вы, сударыня, будьте добры, подождите здесь.
— Есть! — Чётко ответил детина, приложив руку к шлему.
Стражники ушли. На всякий случай применив маскировку, Крис невидимкой перелезла через перила и спустилась в подвал. Спасибо сестре, тут стражи не было, а замок легко подчинился её отмычкам.
Дверь открылась легко и Крис проскользнула в коридор. Пустота, несколько камер. Интересно, какая из них третья, от двери или от конца? Девушка решила считать, что от двери. В первой камере храпел какой-то парень злодейского вида. Заметить Крис он не смог бы и без маскировки. Остальные камеры были пусты. Или стража была хорошая и никто не совершал преступлений, или наоборот, никто не попадался. Да неважно. Замок третьей камеры легко поддался отмычкам, и Крис открыла дверь и вошла. Всё как обычно, передняя стена — решётка, остальные — камень. Койка, убранная, стол, явно не новый. Ведро в углу, пустое. Надписи на стенах, рисунки домиков и чёрточки, объединённые по четыре и перечёркнутые пятой. Кто-то считал дни со скуки. Крис до этого только один раз была в тюрьме, и это было неприятно. Против воли нахлынули воспоминания. Неудачно брали лавку вдвоём с приятелем. Крис даже забыла, в каком городе это было. Попались. Приятель взял вину на себя, так что Крис достались только пять дней одиночки. В первую ночь в её камеру вошёл стражник, неся плоскую коробку.
— Ничего, хорошенькая. — Сказал он. — Давай, раздевайся.
— Зачем? — спросила Крис, похолодев от страха.
— Надо, — сказал стражник. — И побыстрее, а то применю силу.
Кое-как Крис тогда разделась. Стражник велел снять с себя всё. Затем открыл коробку, которая оказалась доской для шашек и велел играть. Крис тогда вообще потеряла остатки разума. Зачем голой? Играем на что-то? Проиграла. И что? Вот сейчас, да? Нет. Стражник, выиграв, молча собрал шашки и вышел. Крис так и не смогла заснуть, пытаясь понять, что это было. Так повторялось каждую ночь. Но в последний раз, перед освобождением, в камеру вошёл другой стражник, помоложе. Тоже велел ей раздеться. Крис, ничего не понимая, но уже привычно разделась. И тут с ужасом заметила, что коробки с шашками при нём нет. Нагло ухмыляясь, парень протянул к ней лапы. Но тут вошёл её стражник, отругал парня. Пристыженный парень ушел, а стражник опять заставил её играть в шашки. Проиграв, Крис спросила:
— Слушай, зачем всё это? Ладно, играть. Но почему голой?
Тот молча посмотрел на неё. Крис вздохнула.
— Спасибо, что прогнал этого парня, — сказала она.
Стражник молча кивнул, улыбнувшись. Затем собрал шашки и ушёл. Крис так и не поняла, что это было и зачем? А также что было обидней, играть голой или то, что ничего не было.
Помахав головой, Крис отогнала неприятные воспоминания. Затем принялась за поиски. Практически сразу нашла под подушкой какую-то шкатулку, закрытую на ключ. Скорее всего, это и была та самая штуковина, про которую говорил Лойс. Какой-то момент Крис боролась с желанием открыть шкатулку и посмотреть, из-за чего весь сыр-бор, но решила, что это неразумно. Заказ есть заказ. Велели притащить вещь, а что и зачем… Можно и после спросить.
Выйдя из камеры, Крис не стала её закрывать. Пусь остаётся открытой, как привет охране. Подошла к двери, выглянула наружу и нырнула обратно.
— Что ж я за дура-то такая, — пробормотала она под нос. — Соображать надо, что этот долдон вернётся, а не вспоминать всякие глупости.
Выход снова был перекрыт тем же стражником и спина его имела прежний непоколебимый вид.
В принципе, ничего страшного. Можно дождаться смены и проскочить под маскировкой. Можно вернуться в камеру и ждать ужин, после чего снова проскользнуть под маскировкой. Но всё это ненадёжно. Крис прошлась по коридору. Взгляд её упал на горящие лампы. Устроить пожар? Хороший вариант, но опять же, рискованный. Между прочим, в лампах горит керосин. А запаха нет, и не душно. Даже, кажется, лёгонький сквознячок по ногам. Сквознячок? В подвале? Значит, тут есть вентиляционные туннели? А это уже вариант! Крис пробежалась по коридору. Ага, вот тут за камерами закуток. И под потолком вентиляционная решётка. И немаленькая! Конечно, здоровый мужик не пролезет, но хрупкая, миниатюрная, очаровательная девушка… Но хватит себя хвалить! Крис напряглась и подвинула под решётку какие-то бочки. Залезла, осмотрела внимательно. Решётка крепилась на четырёх болтах, а за ней в темноту шёл подходящий лаз. Порывшись в карманах, Крис достала на свет универсальный инструмент, которым можно было откручивать болты. Хотя и неудобно. Сняв решётку, девушка бросила её на пол. Раздался звон, и заключённый из первой камеры что-то недовольно пробормотал. Мысленно попросив у него прощения, Крис проскользнула в туннель, проползла немного и упёрлась в другую решётку, монументальную. Прутья были вмурованы в камень, и вытащить их было невозможно. Хуже того, развернуться и ползти обратно тоже было невозможно. Девушку охватил
