Читаем без скачивания Миссия сдвига на Фа# - Али Абев

Алексеев снял пенсне и протёр на нём стёкла чистейшим носовым платком.

– Так-то, тёзка. Ну, я вижу, что осознание этого простого факта вам даётся с трудом. Попробую зайти со стороны логики.

Он взял оставленную им у входа в комнату элегантную бамбуковую трость и стал рисовать ею, словно лазерной указкой, на полу комнаты светящиеся фигуры.

– Вот, смотрите, вы же помните математику? – с этими словами Станиславский провёл загоревшуюся неоновым светом кривую на старом напольном коврике. – Возьмём произвольную убывающую функцию. Как-то так течёт время вашего мира.

Потом, он начертил две взаимно перпендикулярные прямые – оси координат – и нашинковал кривую на множество отрезков, проведя через неё перпендикуляры к вертикальной оси.

– Так, горизонтальными слоями, расположены энергетические уровни. А нормально к ним, сверху вниз, идут устремлённые в бесконечность струны волн акаши. В общем – основы дифференциального исчисления и лира Аполлона в одном сюжете. Так вот, время есть математическая непрерывная закономерность постоянного смещения фокуса восприятия существа по энергетическим уровням, сверху вниз, вдоль волокон Живого Света в сторону их утончения. Эти волокна и есть акаша, Костя. Физическая основа любых электромагнитных взаимодействий. Сверхплотный всепронзающий эфир Николы Тесла. Доказывать его отсутствие, ставя опыты по определению завихрений эфира или, тем паче, – его вещественной плотности – с помощью волн оптического диапазона – то есть света, – глупость. Ибо свет, как любая электромагнитная волна, может распространяться только благодаря существованию расширяющегося эфирного пространства нашей Вселенной – акаши. Её можно представить в виде огромных, перекрывающих друг друга, столбов Света – волн неимоверной амплитуды и частоты, устремившихся в бесконечность в первые секунды Творения, когда Вселенная только-только проявилась из точки Абсолюта. И в виде тонких жгутов, плотно прилегающих друг к другу, но уже практически лишенных зон взаимопроникновения, – линий Орла – в наше время. В этом нет ничего противоречивого. Вселенная расширяется. Волны акаши вытягиваются, теряя былую амплитуду и частоту. Энергетическое насыщение в каждой точке расширяющегося пространства убывает. И, если вы сможете вернуться на предыдущий уровень, сдвинув фокус осознания по волокнам Света назад, в сторону увеличения их яркости или энергетической плотности, – вы сможете «остановить мир» и выпасть из поезда своего времени.

– Так вот почему я летел внутри коридора навстречу свету! А я-то думал, что это был обыкновенный сон!

Снопов озадаченно почесал затылок.

– Нет, мой друг! Конечно, это не был простой сон. Вы не могли не заметить нарастающей ясности восприятия и порогового удара волновой Силы. Такие «сны» люди видят, как правило, отходя в мир иной. А вам посчастливилось при жизни шагнуть в прошлое, благодаря энергии, переданной вам мною и моим коллегой. Ваше восприятие сейчас свободно от оков тела и вы, на какое-то время, перестали быть пленником планеты. На данный момент вы обладаете энергетической плотностью, сдвинутой на 20 лет назад. Что и побудило вашего эфирного двойника-дубля притянуть прообразы привычной окружающей обстановки того времени.

Это и есть частное решение вашей Сверхзадачи, Костя. Задачи, встающей перед каждым существом, мечтающим о свободе. Никакой другой свободы, пока вы в роли белки в колесе, не существует. Надо остановить Кала-чакру, как говорят индусы, или, используя дословный перевод, – колесо времени! Остановить самому, воспользовавшись проделанной нами сегодня щелью между мирами.

– Чтобы остановить колесо, белке надо съесть «Марс», а не философствовать! Рекламная пауза на Первом канале, друзья! Бонас диас! Приветствую тебя, мой бледнолицый друг! – подняв правую руку в жесте мира, в комнату, со стороны кухни, вошёл размалёванный вождь апачей.

С появлением громогласного дона Хулиана всё тело Кости затряслось мелкой дрожью.

– Ну-ну! Перестань, дружище!

Индеец сел рядом и приветливо похлопал Костю по плечу.

– Видишь, я сам решил твою проблему с моей национальной принадлежностью, – с этими словами он аккуратно дотронулся до орлиных перьев на своей голове. – А, чего там! Индеец, так индеец! Североамериканский, южноамериканский. Да какая хрен разница! Главное – перья из гнезда орла! Позволь мне, бледнолицый брат, быть твоим коньком Горбунком, а то, не ровен час, заплутаешь между двумя полушариями и впадёшь в безумие при возвращении в реальность мира людей. А зачем нам идиот? Это к доктору Достоевскому!

– А разве Достоевский был доктором? – спросил Константин.

– А разве Станиславский был профессором? – ответил вопросом на вопрос дон Хулиан.

– Не позволю говорить обо мне в прошедшем времени! – раздражённо стукнул по столу рукой Алексеев.

Всё словно провалилось, ощущение парения сменилось падением во что-то мягкое, и чувством нарастающей тяжести тела. В следующий миг Константин начал задыхаться от придавившего его всем своим весом громадного существа. Последнее, что он помнил – как сжимал крепкую волосатую руку.

Костя аж подлетел на кровати. Увидел яркий солнечный луч, спящую рядом жену, вздохнул полной грудью и понял, что, по-настоящему, проснулся во второй раз.

– Ты очумел, что ли?

Разбуженная прыжком мужа в постели, Ирина смотрела обиженно и холодно.

– Ну, вообще уже! Лечиться надо! То дёргается полночи, то прыгает, то кричит во сне! Сумасшедший дом какой-то! Мне, между прочим, сегодня в Казахстан на гастроли улетать. Дай поспать! Имей совесть!

Несмотря на выговор, полученный от жены, Константин пребывал в забытом с детства состоянии восторженной тоски первооткрывателя, вынужденного на время расстаться с чем-то невероятно интересным. Он протянул руку к лежащей на прикроватной тумбочке книге Карлоса Кастанеды. Той самой, с чтения которой всё началось там, во сне.

Всеволод. Первое свидание с родом Комнинов и Мик Данди

Сняв маску индейца яки, Всеволод, прозванный при жизни «Большое Гнездо» преобразился в могучего русского богатыря преклонных лет. Незримый для своего неофита, он принялся рассматривать ауру Константина, водя руками по, развёрнутой перед ним, трёхмерной проекции кокона Снопова.

«Ну конечно! Очередная метка смерти, состряпанная из астрального мазута разлагающихся оболочек, и оживлённая кровью ведьмы. Этакий заряд тьмы, вынужденный висеть на броне ауры из-за щита Костиного союзника. Как только защита ослабеет, подарок зла вторгнется в аурическую сеть и заблокирует работу одного из жизненно важных органов… Ладно! Попробуем убрать эту мину без грома и молний. Кто там у нас в носителях заряда-то? Элементал воздуха, похоже».

Но, не успел князь хорошенько рассмотреть висящую на ауре неофита лярву, как та, злобно зашипев под его взором: «Не лезь, Сева!», – исчезла из вида, скользнув на другой уровень восприятия.

– Ушлая тварь! – раздосадовано вздохнул Всеволод. – Убрать такую без грома и молний, видимо, не получится. Значит, опять на шум липики сбегутся. Придётся объясняться с прокуратурой астрала о правомочности и адекватности действий. Хм! Интересно, откуда эта дрянь меня знает? Неужто я стал так популярен среди элементалов воздуха?

Продолжая свою неспешную охоту на астрального хищника, воин Света задумался о том, как трудно было ему, сбросившему телесную оболочку, эфирному существу, найти своего носителя в миллиардном мире живущих.

Миллионы людей мечтают войти в контакт с Учителями, Нагвалями и прочими высшими сущностями. Но от этого они не становятся к ним ближе. Повседневное человеческое мышление обрывисто. Оно зациклено на своем Я и сиюминутно эмоционально окрашено. Игры, фильмы, езда на авто, бесконечная болтовня, переливающая из пустого в порожнее… Запрограммированный алгоритм повседневной жизни не рождает в умах молодых людей развитие мыслящего аппарата, а только стимулирует рефлексы тела и эмоциональные выбросы, превращая мозг из проводника огненной мыслеосновы, в раба органов зрения и адреналина. Многие рады рассуждать о безупречности, о смещении точки сборки, о раскрытии чакр и третьего глаза… и только. Мысль собственная ясная эволюционирующая стала явлением редким. И это в расе, которая по эзотерическим канонам должна была смениться носителями Манаса – Высшего Разума. А тут и земного-то стройного мышления – раз, два и обчёлся!

– Нет! Современному человечеству атлантов не переплюнуть, – грустно вздохнул княже. – Те были уж архитекторы – так в планетарном масштабе! А каменщики – так на вечность! Даже на осиротевшем Марсе свои монументы и пирамиды оставили, как памятник по утраченной прародине цивилизации Титанов. А нынешние?! – СМУть – на раз пнуть! Косо, криво – лишь бы живо! А с чего им быть другими? Они – венец животного царства на краткий миг жизни. Живут только раз, ублажая себя здесь и сейчас. Зачем им вечность, и на что мозги? Главное – респектабельный фасад и самореклама. Вот мир и заполонили воры драгоценного времени воплощения, жаждущие обогатиться на прикованном к себе чужом внимании.