Вика.
– Ага, Викуль, раньше модно было, – повернулась к подруге Карина. – В тренде.
– А-а-а! – закивала Викуля. – Трогательное стихотворение!
Нелли Николаевна вздохнула:
– Согласна, девочки! И день сегодня очень трогательный, светлый… А для вас еще и грустный. Ведь наступил последний учебный год. Да что и говорить, сами все понимаете! На Даше вон лица совсем нет…
– Ох, что вы, – пробормотала я.
Думаю, меня от запаха лилий слегка мутило.
– Ладно, мне пора, сейчас поставлю прекрасный букет на стол…
После этих слов подруги сочувственно посмотрели на меня.
– …и домой можно собираться. До завтра, дорогие мои!
– До завтра! – хором откликнулись мы.
Нелли Николаевна, стуча каблучками, направилась в свой кабинет.
– Фу! Какие вонючие цветы! – поморщилась я. – Запах на весь коридор стоит.
– А мне нравится! – принюхалась Викуля. – Вот бы мне Кайзер каждое первое сентября…
– Господи, Вика! – скривилась Карина. – Помолчи уже!
– Бе-бе-бе!
В этот момент Нелли Николаевна вышла из кабинета и достала из сумки ключи.
Я тут же спрыгнула с подоконника.
– Совсем забыла, девочки, – заявила я, – мы с мамой сегодня договорились по магазинам прошвырнуться.
– Класс! – восторженно отозвалась Вика.
Карина, которая знала, что на самом деле отношения у меня с матерью натянутые, прищурилась.
– Угу. Может, найду балетки круче, чем у новенькой? – предположила я.
Викуля опять закивала.
– Ну давай! – отозвалась Карина. – Но я думала, мы в какую-нибудь кафешку втроем завалимся, отметим начало учебного года.
– Тоже мне праздник! – надула губки Викуля. – Начинается настоящая каторга. Как подумаю о предстоящих экзаменах… Бр-р!
Мимо нас прошла химичка. Я побежала за ней, бросив подругам на ходу:
– Девочки, в другой раз! Честное слово, некогда сейчас! Нелли Николаевна, вы домой?
– Да, Дарья! А ты? Какие-то дела?
– Тетя ногу сломала! – сообщила я, тяжело вздохнув. – Теперь сразу же после уроков буду к ней ездить. И в продуктовый нужно слетать. Скучно ей целый день одной. Поговорить бы с кем, последние новости обсудить…
– Какая ты все-таки, Дарья, молодец! Всегда удивляюсь: учеба дается отлично. Еще и твоя активная общественная деятельность…
Я с благодарностью улыбнулась. Кстати, моя тетя не ломала ногу. Да и тетки у меня никогда не было и нет.
Мы вышли на залитое солнцем крыльцо. В школьном дворе было тихо, если не считать звонкого чириканья воробьев.
– Там вроде Роберт стоит, – непринужденно произнесла я.
– Да? Где? – завертела головой химичка.
Она достала из кармана легкого плаща футляр для очков. Протерла линзы платочком и водрузила на нос.
– Ах, вижу… Вдалеке разговаривает с какой-то девочкой!
«Девочка»… Рядом с ним – взрослая опытная девица.
– Вам выпал отличный шанс поблагодарить его за лилии! – улыбнулась я.
– Ты так считаешь, Дарья? – засомневалась учительница. – Он ведь не один…
– Бросьте, Нелли Николаевна! – засмеялась я. – Они просто беседуют. А Кайзеру будет приятно. Такой галантный поступок с его стороны.
– Вообще-то… да…
Я, попрощавшись, сбежала с крыльца.
– Тетя заждалась! – выкрикнула я. – Сериал ей классный обещала показать!
– Передай ей, пусть скорее поправляется!
– Обязательно! Спасибо, Нелли Николаевна!
Я со всех ног понеслась со школьного двора. Промчавшись мимо Кайзера и его подружки, притормозила. Оглянулась. Мне удалось здорово оторваться от химички.
Роберт недоуменно посмотрел на меня. Пусть это будет очень глупо, но…
– Разве вы из нашей гимназии? – бесцеремонно обратилась я к высокой девице.
– Что? – обернулась она. – Пф, нет, конечно! Я уже не учусь в школе.
– Мельчаешь, Кайзер! – покачала я головой.
– В смысле? – насторожился Роберт.
– Студентка? Скоро и до ровесниц доберешься. А там, знаешь, и до обожающих тебя восьмиклассниц недалеко…
– Что ты несешь? – уставилась на меня подружка одноклассника.
– А вы не в курсе? – притворно удивилась я. – Ведь Роберт у нас любит женщин постарше. А вы какая-то… молоденькая!
– Я?
– Ага! Наш Кайзер даже к некоторым учительницам подкатывает…
Роберт громко расхохотался:
– Дура, Севастьянова, что ты такое говоришь?
– Скажешь, неправда? А тот скандал?..
– Какой скандал? – посмотрела на Роберта девица.
– Ты о чем? – нахмурился парень.
– Он же влюблен в учительницу химии, даже признался ей в своих чувствах, а она его, разумеется, отшила. Для нас, его ближайших друзей, это был шок! Гимназия на ушах стояла! – доверительно сообщила я. – Ой, что было… Кайзера едва не отчислили, химичку, пока не разобрались в ситуации, чуть не уволили! Кошмар! – Кажется, все это я рассказывала с непробиваемой серьезной миной. – Но бедняга Роб, несмотря на неодобрение общества, до сих пор не теряет надежды завоевать женщину…
– Что-что? – опешила блондинка. – Роб, ты, правда?..
– Слушайте, а может, он хочет с вашей помощью отвлечься? – не дав Роберту ответить, предположила я. – От своей неразделенной любви…
– Серьезно? Дэнни, у тебя, значит, юмор такой? – снова расхохотался Кайзер.
Ничего, дружок, скоро будет тебе не до смеха. Его подруга буквально дыру в нем тяжелым взглядом просверлила.
– Мое дело предупредить, – прошептала я напоследок высокой девчонке – сзади уже слышался цокот каблучков Нелли Николаевны. – Удачи, Кайзер!
Я быстрым шагом направилась к высоким воротам. За спиной раздался довольный голос химички:
– Роберт! Спасибо большое за букет! И сколько лет подряд ты про меня не забываешь.
– Пожалуйста! – растерянно ответил одноклассник. – Разве про вас забудешь…
Со школьного двора я выходила с сияющей злорадной улыбкой. Кажется, в кино в таких случаях за спиной главного героя раздаются взрывы, полыхает пламя, клубятся столбы дыма… А на мне хоть бы одна царапина. Империя нанесла ответный удар.
Поздно вечером Роберт написал мне:
«Думаешь, шутка с совращением нашей химички – смешная?»
Я удивилась. Впервые он прислал мне личное сообщение.
«Думаю, вышло весьма недурно» – написала я в ответ спустя некоторое время. Долго размышляла, стоит ли вообще отвечать.
«И спасибо за лилии!» – добавила я.
«Всегда к вашим услугам, Дашунчик! Знаю, как ты неровно дышишь к цветам. Понимаешь, о чем я?»
Клоун! Конечно, понимаю! «Неровно дышишь». Он меня выводит из себя!
«Точно. Просто задыхаюсь от восторга. В самом прямом смысле этого слова!» – сердито напечатала я.
Спустя пару секунд Кайзер прислал мне несколько скобок. Смешно ему опять?
Я снова зашла в папку с личными сообщениями. Прикрепить аудиозапись. «Иван Дорн – «Ненавижу». Отправлено.
Роберт тоже прислал мне песню. Я чуть со стула не упала, когда открыла его послание. «Александр Серов – «Я люблю тебя до слез». Я расхохоталась. Не спится ему. Всякую ерунду присылает.
«Какой же ты дурак, Кайзер!» – написала я.
Начала слушать песню и, несмотря на поздний час, прибавила звук. Почему-то настроение сразу улучшилось. Я оценила шутку Кайзера. Это было забавно, признаю. Оттолкнувшись ногами от паркета, покатилась на стуле по комнате, размахивая руками, словно дирижируя оркестром, и фальшиво подпевая:
– «Вместо лжи-и красивых фра-аз – это о-облако из ро-оз! Лепестка-ами белых ро-оз наше ло-оже застелю-ю-ю…»
Дверь комнаты без стука открылась, и на пороге появилась сонная мама:
– Дарья, с тобой все в порядке?
– Вполне! – Я притормозила на стуле.
– Что еще за музыка?
Я вскочила, подбежала к ноутбуку и выключила звук.
– Ты влюбилась, что ли? – усмехнулась мама.
– Ага! – ответила я. – Очень-очень влюбилась, мамочка! Я без него жить не могу! Хочешь, расскажу?
– Не болтай глупостей, спать ложись! – приказала она, разворачиваясь. – Поздно уже. Завтра к первому уроку…
– Завтра – воскресенье! – успела возразить, пока она не прикрыла за собой дверь.
Так заработалась, что все дни недели перепутала.
Тяжело
