class="p">Адэр закрутился, озираясь. Его душа металась и не находила себе места, и он не находил себе места. Как в далёком детстве, чувствовал себя одиноким и никому не нужным. И это ещё сильнее распаляло его злость.
– Где собирался Совет?
– У нас не было Совета, мой господин.
– А что у вас было? – спросил Адэр и скривил губы, заметив потуги дряхлого старика сообразить, какого ответа от него ждут. – Ты вышел вперёд и заговорил со мной первым, будто в этом замке ты главный. Будто всё знаешь и сможешь ответить на любой мой вопрос. Отвечай! Или я вышвырну тебя к чёртовой матери!
– Наместник проводил собрание помощников, – пробормотал Мун.
– Где?
– В своих покоях.
– Меня не интересуют частные посиделки.
Мун ссутулился:
– Наместник сильно болел и не спускался со второго…
– Ненавижу, когда слуги много болтают, – перебил Адэр. – Отвечай чётко: где находится зал для собраний?
– По коридору, пятая дверь слева.
– Зови дворян.
Мун сдвинул брови, прикидывая, куда направиться в первую очередь. Адэр отвернулся, еле сдерживаясь, чтобы не взорваться от злости. Зашуршала ткань костюма, раздались на удивление быстрые удаляющиеся шаги.
Коридор привёл к двустворчатой двери. Брезгливо растопырив пальцы, Адэр упёрся в залапанные створки, – раздался протяжный скрип, – переступил порог и невольно приоткрыл рот. Это сон! Явь не может быть настолько ужасной.
Комната с высоким серым потолком и облезлыми стенами ничем не напоминала зал Совета отца. Седая вскосмаченная пыль усеяла длинный стол. К его потрескавшимся бокам прижимались старые деревянные стулья. Во главе стола возвышалось кресло с просиженным сиденьем и потёртой спинкой. Это и есть трон знания, власти и правления?
Взгляд наткнулся на камин – единственное украшение комнаты. По краю каминной доски шла затейливая резьба, гирлянды мраморных цветов обвивали колоны. Сам камень даже в тусклом свете переливался причудливой сеткой разноцветных прожилок.
Адэр забрался на подоконник и попытался открыть давно не мытое окно; стёкла затряслись, угрожая треснуть и осыпаться на голову осколками. Адэр посмотрел на одичалый сад, примыкающий к замку, и перешёл ко второму окну. Рамы нехотя отворились, и в комнату хлынул свежий воздух с примесью какого-то запаха. Нет, не запаха, а вкуса. Адэр ощутил его, как только покинул автомобиль. Тогда он решил, что долгая поездка в салоне, пахнувшем новой кожей, исказила обоняние. Но сейчас во рту ещё сильнее чувствовался непонятный привкус.
Послышались шаги. Прошуршала ткань, и всё затихло.
Адэр обернулся. У порога стояла девушка с собранными на затылке чёрными волосами. Фигуру скрывало серое платье простого покроя с глухим воротом и длинными рукавами.
Потупив взгляд, девушка присела.
Адэр щёлкнул пальцами:
– Смотреть на меня. – Обвёл комнату рукой. – Это что такое? Почему здесь грязно?
Девушка шагнула назад:
– Эта часть замка давно закрыта. Наместники и помощники жили в другом крыле.
– Ты не слышишь, о чём я спрашиваю?
– Слышу.
– А мне кажется, ты ни черта не слышишь. Я спрашиваю, почему здесь грязно?
– Я пытаюсь вам объяснить, а вы меня перебиваете.
Адэр уставился на простолюдинку. Из-за врождённого тупоумия она явно не понимает, кто перед ней.
– В этой комнате не собирались лет восемь, если не больше, – как ни в чём не бывало продолжила девушка. – Раньше заседали, но потом какой-то наместник сказал, что его удручает вид из окна, и приказал закрыть эту часть замка. Можно подумать, что вид на гараж или на пустырь чем-то лучше. Нет чтобы нанять садовника и любоваться видом. Но это ладно. Кое-кто даже надумал пустить сад на дрова, но, слава богу, поспал и забыл, чего хотел. Некоторым деревьям больше ста лет, настоящая реликвия.
– Ты, как я вижу, не знакома с этикетом, – произнёс Адэр, с трудом сохраняя остатки выдержки.
Девушка сморщила лоб:
– Чего?
– Ты должна молчать, пока тебя не спросят.
– Так вы же спросили.
– Ты должна молчать! – повторил Адэр, чётко выговаривая каждое слово.
Девушка вновь присела:
– Извините.
– Ты должна говорить: «Прошу прощения, мой господин».
– Прошу прощения, мой господин, – эхом прозвучал бесцветный голос.
– И разве ты не знаешь, что, прежде чем войти, принято стучаться? – цедил Адэр сквозь зубы.
– Прошу прощения, мой господин.
Чем ниже приседала незнакомка, тем выше поднимала голову ярость. Разнести бы всё к чёртовой матери, камня на камне не оставить. Или, на худой конец, запустить креслом в окно. Но присутствие плебейки мешало дать волю чувствам.
Адэр спрятал руки за спину, сжал-разжал кулаки:
– Ты кто такая?
– Никто.
– И это верно, ты никто. Зачем пришла?
– Я слышала, что будет собрание.
– Услышала. И что?
– Я веду… Я вела протоколы собраний.
Адэр ужаснулся: плебейка была допущена к важнейшим документам! Довести мысль до конца помешали Мун и помощники бывшего наместника.
Заметив девушку, старик нахмурился:
– Маликá! Ты что здесь делаешь? А ну марш к себе!
Она попятилась, налетела на переступивших порог Вилара и Гюста. Пролепетав извинения, прижалась к двери.
Тезарские дворяне в замешательстве замерли. Их взгляды заметались от пола к потолку, от стола к окнам. Адэр в душе позлорадствовал – не только ему придётся прозябать в этих стенах.
Помощники наместника с нескрываемым интересом рассматривали сына Великого.
– Не предлагаю сесть. Хотя… – Он улыбнулся с наигранным добродушием. – Вы привычны к таким условиям.
Помощники уставились в затоптанный пол.
– Надо очень постараться, чтобы довести замок до такого состояния. Мне даже страшно представить, до чего вы довели страну.
– У нас были другие цели и задачи, мой господин, – откликнулся первый помощник.
– Какие?
– Трудиться на благо Тезара. Интересы отчизны для нас превыше собственных, и уж тем более превыше интересов колонии.
Адэр нахмурился. Потаённая надежда сформировать Совет из помощников наместника дала глубокую трещину.
– До тех пор, пока Великий не прикажет нам вернуться, – продолжил чиновник, – мы в вашем полном распоряжении.
Надежда издала предсмертный вздох.
– Я не нуждаюсь в ваших услугах.
– Без приказа Великого…
– Здесь приказываю я! Ознакомите меня с состоянием дел и можете отправляться домой. – Адэр перевёл взгляд на старика и плебейку, стоявших за спинами дворян. – Если через две недели от меня не поступит иных распоряжений, вы получите полный расчёт. – С омерзением посмотрел на ладони. – Надеюсь, в замке есть горячая вода?
И в сопровождении смотрителя проследовал в свои апартаменты.
***
Адэр просидел всю ночь, глядя в окно. Мысли уносили в Тезар, а непривычно огромная луна, озаряя запущенный сад, упорно возвращала обратно, в старомодное тесное кресло. Когда заалел горизонт, Адэр пошевелил плечами, потёр глаза, будто засыпанные песком, и покинул апартаменты. В нос ударил запах сырости и тлена.
– Проветрите все помещения, – велел Адэр караульному и, пошатываясь, словно пьяный, побрёл по коридору.
Немного
