– Нет.
– Я так и думал, – склонившись, он поцеловал ее уверенным поцелуем.
Шанель больше не могла думать. Когда соприкоснулись их губы, казалось, между ними промелькнули искры, взорвавшиеся фейерверком удовольствия.
А ведь это был лишь поцелуй. Дамиан едва коснулся ее, просто держал в объятиях, но ей казалось, что они уже занимались любовью. Она словно была обнаженной в постели с этим мужчиной, и это возбудило ее меньше, чем это простое соприкосновение губ. Больше не было места стеснению, Шанель негромко постанывала, она хотела большего. Она читала о многих оттенках страсти, но сегодня это было чем-то из области фантастики – как придуманные оборотни или жизнь на Марсе. Было невозможно поверить, что такая страсть действительно существует.
Так было, пока она не встретила Дамиана.
Так было, пока их губы не встретились.
Его руки превратились в путы, из которых Шанель не хотелось выбираться. Не хотелось отдаляться от Дамиана ни на шаг. Их губы сомкнулись, его язык касался ее, словно пробуя изысканное вино. Его ладонь на ее шее мягко направляла голову Шанель, это приводило женщину в трепет. Другая его рука ласкала ее ягодицы. Ее тело содрогнулось от такого желания, равного которому она никогда не испытывала. Прежде Шанель уже думала о том, чтобы нарушить данное себе обещание – переспать первый раз только с тем мужчиной, которого полюбит. Она хотела заняться любовью, а не сексом, и в ее сознании это было связано с супружеством и беспредельной преданностью мужчине, с которым бы она впервые разделила постель.
А теперь… теперь она подумала о том, что это должен быть именно этот мужчина. Но как она могла думать, что любит Дамиана, когда они едва знали друг друга? Это чувство, бурлящее сейчас в ней, должно быть, просто похоть. Но Шанель с ума сходила от желания. Она прижалась к Дамиану всем телом, прося о том, чему еще не могла дать названия. Ее бедро коснулось его, они застонали, приумножая удовольствие друг друга. Осознание того, что Дамиан тоже страстно желает ее, подбросило дров в огонь. Его отчаяние было равно ее, и связь, что Шанель почувствовала с их первой встречи, стала крепче. Но вдруг Дамиан без предупреждения разорвал их поцелуй:
– Нет, сейчас не время.
Когда ее взгляд, затуманенный желанием, слегка прояснился, она смогла увидеть на его лице страсть, смешанную с неуверенностью. Даже для такого неопытного в межличностных отношениях человека, она не могла спутать это ни с чем другим. Почему он так смущен? Неужели Дамиан не осознает, что она желает его?
– Нам не обязательно идти на ужин.
Глава 2
– Нет, мы пойдем. – Дамиан глубоко дышал, силясь справиться с собой.
В глазах отражалась буря, царившая в его душе. По ее коже пробежали мурашки, когда она представила, что могло бы произойти, если бы он не взял себя в руки.
– Не смотри на меня так, – отрывисто произнес Дамиан.
– Как? – недоуменно спросила Шанель.
– Как если бы хотела, чтобы я раздел тебя, – процедил мужчина сквозь зубы.
Она не понимала, что происходит. Их тела чувствовали друг друга, их души хотели одного и того же. По правде говоря, она скорее хотела увидеть обнаженным его, но у нее слишком пересохло во рту, чтобы она смогла сказать подобную дерзость. Пришлось лишь покорно кивнуть головой.
– Нет. Сначала мы сходим поужинать. Секс… – Дамиан медленно покачал головой, словно еще не вполне пришел в себя. – Секс будет позже.
– Послушай, может, не стоит откладывать твою благодарность мне за прекрасно проведенное время? – Шанель старалась говорить непринужденно, чтобы скрыть свое возбуждение, но ее дыхание прерывалось. – Мне не просто тянуть с этим.
В ужасе Шанель закрыла рот, чтобы с ее губ не слетело больше непристойных предложений. Вместо того чтобы успокоить ее, заявить о том, что пропустить лекцию, ужин и все то, что стояло между ними и постелью, вовсе не страшно, Дамиан молчал. Он казался удивленным.
Губы Дамиана чуть изогнулись в улыбке, пламя в глазах начало гаснуть.
– Будь спокойна. Когда мы займемся любовью, ты непременно почувствуешь себя вознагражденной.
В обычное время Шанель не прибегала к выражению «заняться любовью». Когда дело доходило до физической близости между двумя малознакомыми людьми, это мог быть лишь только секс. Как они могли заниматься любовью, если не были влюблены друг в друга? Но возражение, родившееся у нее в мозгу, застряло где-то в горле. Она не могла сделать ничего другого, кроме как покорно согласиться:
– Я уверена.
Может, он и был рядовым трудягой в глобальной корпорации, но его уверенность в собственной сексуальной привлекательности была слишком велика, чтобы не довериться ей.
Дамиан галантно отодвинул стул для Шанель. После того что произошло в ее квартире, голова женщины все еще шла кругом. Дамиан был готов овладеть ею прямо в гостиной – никакого изящества, в сторону изысканное соблазнение – лишь похоть, животный голод, поглощающий все его существо.
Но Дамиан не был движим инстинктами. Настоящий мужчина не должен показывать свои чувства. Он не сдерживался, но и не терял самообладания. В постели он мог сдерживаться до последнего, чтобы удовлетворить свою партнершу, за что нередко получал от них комплименты. Тем более он не мог потерять голову лишь от одного поцелуя. Он едва вкусил Шанель, они были полностью одеты, их тела чуть соприкасались. Дамиан хотел пофлиртовать с ней, прежде чем они бы поехали на ужин, смутить, заставить трепетать и хотеть большего. Для того чтобы она дала согласие на поспешный брак и подписала грабительский брачный договор, подготовленный юристом королевской семьи, ему следовало строго придерживаться плана. Дамиан хотел, чтобы ее голова была затуманена эмоциями, а неудовлетворенная похоть перерастала во всепоглощающее желание.
Не следовало растягивать ухаживания еще на неделю. Шанель должна была быть ослеплена, готова стать преданной ему духовно и физически. Но вместо этого он чувствовал себя как безусый юнец, умирающий от желания залезть к ней под юбку.
– С тобой все в порядке? – спросила Шанель. В ее голосе звучала неподдельная тревога.
– Конечно. – Дамиан чуть склонил голову, отбрасывая беспокоящие его мысли в сторону, и как можно шире улыбнулся: – Я здесь, с тобой, ведь так?
– Пожалуйста, не говори так. – Выражение ее лица казалось слишком серьезным, чем ему хотелось бы.
– Почему нет, если это правда?
– Прозвучало неискренне. – В ее серых глазах было слишком много недоверия. – Твоя улыбка… Иногда она похожа на маску.
Странно, что она смогла почувствовать это. Прежде Дамиану удавалось обвести вокруг пальца любого, изображая искренность. Улыбка есть улыбка. За исключением тех моментов, когда она является прикрытием, искусным фасадом. Дамиан знал это, но никак не ожидал такого глубокого понимания от столь необщительного человека, которым была Шанель. Пораженный, он откинулся на спинку стула, заметив на себе любопытные взгляды соседей за столиком. Он обратился к ним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
