ним, засвидетельствуем свое почтение. Меня мой отец просто не поймет, если я весь вечер простою в сторонке, да и скучно это, — расхрабрился я после выпитого бокала вина.
— А и пошли, — залихватски кивнул мне мой новый знакомый. Очевидно ему для того, чтобы тоже собраться с храбростью, вместо бокала вина была необходима хоть какая-нибудь компания.
Не сказать, чтобы девицы при нашем с Георгием приближении запрыгали от восторга, но заметно оживились. А уж когда узнали, что среди подошедших к ним присутствует не кто-нибудь, а всамделишный князь, сразу же залили меня светом своих улыбок и нескончаемой болтовней. Правда, среди этих широко улыбающихся оказалась и присмотренная бароном Бойским чернявая Маргарита, что ему не очень сильно понравилось, но, поскольку я сразу же стал оказывать основные знаки внимания блондинке, ей не оставалось ничего иного, кроме как удовлетвориться ухаживаниями барона.
В принципе, вечер удался. Разумеется, памятуя о предостережении моей собакены, я не строил на общение с виконтессой Марией никаких планов, так веселился в компании более-менее симпатичной девчонки. Поболтали на какие-то отвлеченные темы, потанцевали. Хоть я, признаюсь, и не особенный любитель всех этих куртуазных танцев, но руф, танец, похожий на вальс технологического мира, пришелся мне вполне по душе. От ощущения под ладонями подвижного женского тела даже что-то начало подниматься… в душе, конечно, ага.
Раскрасневшаяся в танце Мария пожелала выйти охладиться в сад. Не сказал бы, что сад во второй половине дня, в самом конце календарной весны, да, к тому же, в предместье Старгорода — такое уж сильно прохладное место, но в сад чертовски соблазнительную блондинку я с удовольствием сопроводил. Почти интимное свидание… если не считать бегающих туда-сюда по дорожкам людей в ливреях слуг, конечно. Слуги, кстати, бегали не просто так, с подноса одного такого мы с Марией смогли разжиться очередными бокалами с замечательным, умеренно охлажденным вином.
Терпкое, с замечательно щекочущими небо пузырьками, оно разом словно тряпкой по грязному оконному стеклу провело, удаляя мои надуманные заботы и тревоги и давая сосредоточить взгляд на главном: на лучистых глазах и прочих прелестях моей несравненной спутницы. Ах, Мария! Изумительное, чудесное имя!
Очевидно, моей спутнице вино подарило совершенно сходные мысли, иначе как объяснить тот факт, что она сама, пристально изучая выражение моего лица, потянулась своими губами ко мне. И я постарался полностью оправдать ее ожидания. Боже, что это был за поцелуй! Наши язычки, встретившись, словно два голубка, кружились друг вокруг друга, даря нам тем самым неописуемое наслаждение. Готов поклясться на самое ценное, что у меня есть, ни одна даже самая могучая суккуба не в состоянии подарить подобного экстаза!
Меж тем раскрасневшаяся и тяжело дышащая девушка, едва с трудом оторвавшись от моих губ, порывисто вскочила на ноги, цепко ухватив меня за руку:
— Мой князь, определенно тут никуда не скрыться от чужих взоров, пойдем, поищем для нас более укромное местечко. — Как раз в сад высыпала довольно большая группа гостей, оглашая его громкими возгласами и смехом, поэтому только кивнул, соглашаясь на предложение дочери хозяина этого поместья. Действительно, чуточку больше уединенности нам с моей девушкой явно не помешает.
Все так же, словно дети, держась за ручки, мы торопливо двигались коридорами и анфиладами комнат во внутренней, хозяйской части дворца. Самое замечательное, что слуг в этих переходах нам не попадалось вовсе. Совершенно пустой дворец. Понятно, что все они в настоящий момент заняты на обслуживании целой толпы гостей, но тут ведь еще и граф с его довольно многочисленным семейством должен где-то присутствовать.
— Маша, а где сейчас твой отец? — Рискнул я задать немало занимавший меня вопрос, все же неожиданно встретиться с ним в эту минуту мне совершенно не хотелось.
— Что, уже готов попросить у него мою руку и сердце? — Совершенно превратно истолковала мой интерес к ее родителю блондинка, весело рассмеявшись. — Он пока вместе с моей матерью сидит в собственных покоях, рано ему сегодня еще на публике появляться.
Я хотел было продолжить серию вопросов, в самом деле, в каком смысле рано? Но, кажется, мы уже пришли к точке назначения. Маша остановилась перед богато изукрашенными створками дверей и по-хозяйски повернула золоченую ручку.
— А вот тут я живу! — С каким-то преувеличенным энтузиазмом объявила она, затягивая меня внутрь покоев.
Ну, что же, дорого, богато и сразу же становится понятным, что тут обитает именно особа женского пола, причем молодая. Многочисленные пуфики, громадные мягкие игрушки, отделка в розовых тонах,…брошенные на спинку дивана розовенькие трусики.
— Чего остановился? — Прикрикнула на меня хозяйка этих помещений, увлекая дальше, — а вот это моя ванная, правда, она милая?
Милая? Не то слово! Мраморная ванна с мгновенно включившимся артефактным подсвеченным водопадиком, как и все помещение, обильно изукрашенное зеркалами в золоченых рамах, резными финтифлюшками, статуями купидонов и разных милых зверушек была скорее помпезной, вычурной, вызывающе роскошной, но никак не милой.
— Тут мы позже сможем поплескаться… если успеем, конечно, а сейчас пойдем, мой князь, я покажу тебе свою спальню. — И я, едва не вываливая язык от вожделения, пошел. Постойте! Что значит, если успеем?..
Моя златовласка же, не замечая возникающих во мне сомнений, уже демонстрировала мне необъятных размеров кровать, с разбегу плюхнувшись на самую ее середину.
— Любовь моя, а к нам никто не может зайти в самый неподходящий момент? — Озвучил я пока еще первые, робкие ростки от начавшегося пробуждаться во мне голоса рассудка.
— Пока я сама не подам сигнала, даже моя личная служанка не имеет права сюда входить. Ты мне не поможешь, расстегнуть это платье, никак не дотянусь до крючков между лопаток.
С платьем совместными усилиями разобрались, после чего я получил возможность созерцать весьма аппетитную женскую фигурку. Нижнего белья под бальным платьем прелестница не носила.
— Не могу поверить, что тебе пятнадцать лет, — высказался я, ощупывая нежные податливые под ладонями полушария с задорно торчащими сосочками на вершинах.
— Так мне и не пятнадцать, а восемнадцать… через неделю исполнится, я старшую школу в прошлом году закончила. Ты же не будешь против, что жена будет тебя чуть-чуть старше, мой послушный рыцарь? Зато я смогу обучить тебя очень многому новому и всегда подам разумный совет в случае необходимости.
— Хозяин, лучше нам отсюда побыстрее выбираться, — дошла до меня одному только мне слышимая ментальная фраза моего разумного артефакта, — ну, если ты не желаешь, конечно, и в самом деле, получить
