Если коротко — то ни фига у наёмницы не вышло.
Припёрлась с красным вином, зачем-то приволокла с собой кота, полезла обниматься… Макс обычно был равнодушен к её поползновениям, но в тот раз очень некстати вспомнил Джулию: чисто рефлекторно приобнял товарку за талию и чуть не дёрнулся к губам. Но она предсказуемо ничегошеньки не поняла и ввалилась в келью.
Потом трепалась обо всякой ерунде и периодически предлагала выпить. Что-то не получалось… Начала прикладываться к горлышку сама. Ну а почему бы и нет? Всё равно игристого уже походу не видать.
Немного подвыпив, Венга обнаглела окончательно и развалилась на кровати, беспардонно раскорячив ноги. Хорошо ещё — в штанах была!
— Слушай, Макс! Так а кто та девочка, с которой ты в Тэрре, ну… Ты понял.
— Ответ за ответ.
— Идёт!
— Ты её видела. Она нам еду в предпоследний день принесла.
— Это она?! — наёмница аж подпрыгнула! Синьора Рима при этом окатило вином из бутылки. Но он и не подумал дёргаться.
Коту, кстати, светила личная медаль за терпение! Он стоически переносил постоянное ношение на руках, перегар и спонтанно-возникающие потоки нежностей.
— Ну и ладно! — Венга снова сделал несколько больших глотков алкоголя. — Валяй, свой вопрос.
— В нашем доме, в Тэрре, я у тебя всякий хлам на столе видел. Перья, стекло битое, щебень какой-то. Зачем оно всё?
— Тю! Просто привычка из детства. Ну, знаешь, когда играться не с чем… Кхм… Стёклышко блестит красиво. А если зелёное, то ещё и зиму в лето превращать можно. Пёрышки — все разные, хоть коллекционируй! Да и камушки тоже интересные бывают. Розовые и синие, круглые и гладкие, иногда солёные попадаются…
Остаток вечера, так и просидели рядом на кровати. Она заливалась вином, тискала кота и несла всякую околесицу. Он игрался с застёжкой пояса и отпускал редкие комментарии.
* * *
На верхнюю плоскость поднимались ещё почти неделю. Об изменении направления поняли по слабому толчку. И теперь уже два дня двигались к твердыне по её орбите. Догоняли или летели навстречу — неизвестно.
Осень выдалась капризной — прошло ещё несколько ливней. Воздух стал влажным и сильно похолодало. Так, глядишь, и до заморозок недалеко!
Повара заметили, что во время готовки пол становится тёплым во всём холле. Так что дрова в камин теперь подкидывали даже на ночь. Здоровье и комфорт трёх сотен человек было важнее экономии. Тем более, что в крайнем случае — можно и наворовать. Пол роты с топорами, за час срубят пятьдесят деревьев. Местные и усом поведут.
А как поведут — так то их проблемы будут! У бригады не только топоры есть!
* * *
На третьи сутки полёта по орбите, ответственным по крепости заступил Даджой со своим взводом. День прошёл в штатном порядке. А вот ночью началось…
Великан вбежал в холл и поднял весь личный состав по боевой тревоге.
Затем он чёрной молнией рванул в жилой корпус.
— Подъём! Подъём! — в кельи товарищей при этом тарабанил так, что грохот наверняка и во дворе слышно было.
— Шо такое, мужик?! — Батя очень «вовремя» распахнул дверь и чуть не получил по лбу.
— Воздушная тревога! Голоса в облаках!
Глава 3
Что такое воздушная тревога, ну или команды "Воздух!" и "Десант!" Макс знал.
Но в прошлый раз ему с отрядом пришлось отбиваться от жатвеников. Брони и оружия у них не было, а высаживались они со спин более крупных сородичей. Нескольких пуль с лихвой хватало, чтобы отправить летающую тварь в бездну.
А тут — небесные коробки! Прострелить борта конечно можно, но судну от того сильно хуже не станет. По баллону бить? Ну и сколько в нем дырок надо наделать?!
Трофейный шар изучили и, с удивлением, обнаружили, что его покрой не сплошной, а имеет клапан. Причём, далеко не маленький! Скорее всего — для контролируемого приземления. Или экстренного. Ну или аварийного, как предположил Даджой.
Вот только, какая ещё авария и экстренность могут быть? До небесных бродяг ещё долети попробуй, а там уже разбивайся и садись, сколько влезет. Иначе — вечное падение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Хотя, учитывая количество плоскостей… Больше ста! Может повезти. Ну или не очень. А там — видно будет. Конечно, если после такого падения глаза ещё хоть что-то видеть будут.
В общем, Макс не сомневался. Келью он покинул без страха. Однако, на всякий случай, кроме обоих мушкетов, прихватил и главный аргумент для ближнего боя — свою личную двустволку.
На выходе из холла уже стоял Даджой.
Великан напутствовал солдатам не шуметь и хлопал по спине чуть ли не каждого из них, когда те выходили во двор. Что примечательно, своего ученика он пропустил без хлопков и советов.
Игнорировал? Доверял? Или тоже не сомневался?
Неважно!
Важна была только позиция для предстоящего боя. Вот тут-то и возникла заминка…
Но лишь мгновенная.
Макс без труда определил направление движения крепости. Он научился это делать ещё в самом начале своего путешествия с бандой. Так, во время пробежек, на поворотах, на определённых углах периметра, инерция всегда сильнее чем на других. Во время медитаций тоже возможно что-то почувствовать.
А в безоблачную погоду — так вообще всё просто. Можно сориентироваться по Свету.
Ещё было много более осязаемых признаков. Например, уровень воды, чая и самогона в пиале наставника никогда не ровнялся с её горизонтальной насечкой. Со стороны ёмкости, совпадающей с направлением движения — жидкости всегда чуть меньше.
Или куры! Они устраиваются спать рядом со стеной. И только с той, что противостоит направлению движения твердыни.
Ну а в тот момент крепость двигалась надвратной башней вперёд. Прикинув одно к другому, Макс именно туда и пошел. Ведь вряд ли небесные корабли способны летать быстрее твердыни наемников. А значит догоняют именно пустынников, а не наоборот.
Ох и влетит потом от Бати за то, что взвод вокруг себя не собрал. Темень конечно, ещё и шуметь запретили, как их собирать то? Хотя, и сам командир хорош. Надо было заранее распределить позиции, занимаемые взводами на случай обороны, чтобы все знали, куда им идти.
Однако, уже с первых шагов по двору оказалось, что Макс не самый умный. Как, впрочем, и не самый ответственный...
Сержанты тоже смекнули, что к чему, и пытались направлять личный состав к воротам. Трудности возникали разве что с ориентированием в кромешной тьме.
У людей не сразу получалось отличить башню от стены. Затем начинались поиски входа. А на лестнице — вообще случилось столпотворение. И это всё, учитывая, что офицер Даджой запретил шуметь! То есть ни взвод командой собрать, ни сержанта своего дозваться…
Надо ли говорить, что вездесущий черный камень ещё сильнее усугублял всеобщую дезориентацию?
Оставалось надеяться, что пустынники — тем более не сумеют разглядеть крепость со стороны. А иначе, какой вообще смысл в этом странном материале?
На куртинах, по бокам от малого двора, уже собрались наиболее шустрые бойцы. Увы, сколько бы они не всматривались — ничего в ночных небесах не видели.
Вскоре появился Батя и стал чуть ли не на ощупь растаскивать всех по позициям. За каждым зубцом стен он разместил по два человека. Столько же на каждую бойницу в башнях и в помещении управления вратами.
Тем временем, в караулке над воротами — бурную деятельность развернули остальные наёмники. Совсем без освещения конечно обойтись не удалось. Пришлось зажечь одну масляную лампу. Бойницы, при этом, загородили щитами и заткнули какой-то одеждой. А в проходах просто встали в несколько рядов — для хоть какай-то светомаскировки.
Даджой возился с двумя пушками. Их предполагалось использовать только для обороны на пристанях и потому разместили во фронтальной части крепости. Ящик с весовыми мешочками пороха стоял здесь же. Первое время, его закутывали в кожаные плащи, чтобы не промок. Но теперь, неудобную обёртку заменили куском шёлка с пропиткой. Из этого же материала соорудили примитивные чехлы и для самих орудий.
