Они почти достигли другого берега, и теперь Люцифер пошел уверенней, снова почувствовав под ногами каменистое дно. Они выбрались из воды и через несколько мгновений уже мчались по лугам. Мерцающие огоньки родной деревни Бри становились все ближе, все ярче в надвигающемся мраке.
«Еще немного, и я должна буду расстаться с ним».
Эта мысль пронзила ее острой болью. Брианна знала, что никогда больше не увидит его. Но какое это имеет значение? Она задавала себе этот вопрос и не находила ответа. Еще недавно ее спутник внушал ей ужас. Пускай теперь она смотрит на него другими глазами, но разве что-нибудь еще изменилось?
: Рассердившись на себя, Брианна постаралась отбросить свои сомнения. Разумеется, она больше никогда его не увидит. Он принц королевской крови. А она всего лишь девушка-крестьянка. Их пути больше никогда не пересекутся.
Однако пока Брианна боролась с бурей чувств, принц пытался сдержать свои. Удовольствие от ее прижатого к нему нежного стройного тела охватило, казалось, все его существо. Пьянящее желание пробежало, по жилам, горячая кровь прилила к чреслам. Он стиснул зубы, стремясь подавить нарастающее возбуждение. Тщетная попытка! Она лишь усилила его досаду.
«Если ты просто хочешь женщину, несколько золотых монет — и она у тебя будет, — небрежное замечание Люцифера вмешалось в вихрь лихорадочных мыслей его хозяина. — Вы, люди, вечно любите все усложнять. Кобылицы не должны отвлекать жеребцов от цели. Похоть не повод для того, чтобы задерживаться во враждебном табуне».
На губах принца появилась горькая усмешка. «Ты как всегда практичен, Люцифер. Не так ли? — Он рассмеялся про себя. — Не важно. Ты снова прав», — и он крепче сжал бока коня, торопя его ход.
К тому времени, когда они доехали до середины деревни, солнце скрылось за острыми вершинами гор. Об их появлении уже знали все жители. Толпа быстро росла.
Факелы в руках нескольких крестьян озаряли призрачным красно-золотым светом лица Брианны и ее одноглазого спутника. Постепенно все обитатели деревни узнали одетого в черное всадника, и вздох ужаса пронесся по толпе. Поднялся испуганный ропот. Руки взметнулись в отгоняющих зло знаках.
«Святые, простите нас, грешных, это Принц-демон!»
«Святая Матерь, мы обречены. Он убьет нас всех!» «Бедная Бри. Глядите, он уже украл ее душу…» Испуганно шепчась, люди отступали от них, пока вокруг всадника и Бри не образовалось пустое пространство. Принц равнодушно взглянул на них, затем спрыгнул с Люцифера. Повернувшись спиной к толпе, он протянул руки к Брианне.
— Прыгай, девочка. Мне лучше уехать, пока твои земляки не умерли от страха.
Она потянулась к нему без малейшего колебания.
— Подождите, мой господин, — с мольбой произнесла она, возвращая ему плащ. — Дайте мне лишь минуту, и я им объясню, что бояться нечего.
— Нет, девочка, — он отпустил ее и шагнул назад. — Потребовались бы усилия не таких, как ты, чтобы изменить то, что есть, и то, что будет всегда. Не важно, что эти люди думают обо мне. Главное, что ты в безопасности.
Принц вскочил в седло. Он не мог оторвать от нее взгляда. В колеблющемся свете факелов волосы Брианны окружали ее сияющим ореолом. У него перехватило дыхание.
Она легонько коснулась его.
— Если когда-нибудь я смогу вернуть вам долг…
— Ты думаешь, это возможно? — прервал он ее голосом грубым и резким, злясь на охватившие его чувства, которые считал давно похороненными. — Ты всего лишь хрупкая девушка. Вряд ли ты когда-нибудь спасешь мне жизнь. Так что считай, что все забыто.
— Значит, прощайте, мой господин? — в устремленных на него сапфирово-синих глазах появилось сострадание.
Жилка запульсировала у него на виске при виде жалости, которую он прочел в ее взгляде. — Да. Прощай.
Он дернул поводья. Конь пустился вскачь. И вот они уже мчатся к скалам, где высится крепость. Черный конь и черный всадник. Темное облачко в жизни Бри. Но облачко это способно закрыть солнце.
Следуя своей дорогой, принц отбросил все мысли о прелестной крестьяночке. Впереди главное испытание — замок. Дом. Даже в сгустившемся ночном мраке он видел, что подъемный мост еще опущен и огромные деревянные ворота, все еще распахнутые из-за дневных дел, манили под защиту каменных стен, в тепло.
«Радостное зрелище для усталого путника. Хотя скорее всего гостеприимство этих стен на меня не распространяется. А, все равно. Я живу как хочу, странствую где хочу, и будь они все прокляты».
При этой мысли губы его слегка скривились в усмешке. Прокляты? Все считали, что проклят он. Все… кроме золотоволосой Бри.
Непрошеное воспоминание о ней скользнуло в его мысли. И тут же вспыхнула ярость.
«Ты глупец, если хоть на миг поверил в это! — возразили здравый смысл и жизненный опыт. — Пусть она прекрасна и нежна, но она такая же, как и все. Какой смысл получить еще один отказ? Забудь о ней. Дай воспоминаниям тихо умереть, оставь их в прошлом, которому они принадлежат, потому что ты никогда больше ее не увидишь».
«Да, породистая лошадка, ничего не скажешь, — не утерпел конь, его мысли всплывали из темной глубины. — Это прекрасно, что ты стремишься выкинуть ее из головы, пока можешь. Иначе берегись: махнет хвостом и умчится. А ты грызи удила. И зачем, спрашивается?»
— Кто идет? — раздался требовательный окрик пожилого солдата, охранявшего подъемный мост.
— Принц Эйдан Анакреонский.
— Ну конечно, а я черт с рогами, — проворчал стражник и, хромая, приблизился к всаднику, окутанному темнотой. Он поднял повыше факел, чтобы разглядеть прибывшего, и отшатнулся, чуть не выронив его из рук. — Мой господин, — заикаясь произнес он. — Простите меня. Я… Я понятия не имел. Пожалуйста. Входите.
Эйдан послал коня вперед. Цоканье копыт Люцифера по подъемному мосту громко разносилось в ночной тиши, отражалось эхом от мрачного камня крепости. Он поднял глаза на зубчатые стены. Там прошел другой стражник, совершая караульный обход.
Странно, раньше замок не охранялся так бдительно. Сейчас здесь полно стражников. Может быть, наблюдения крестьяночки были недалеки от истины?
Он стиснул зубы: рассказ девушки не давал ему покоя. Мать тяжело больна, отец, кажется, совсем забросил дела, а младший брат уже не тот робкий и серьезный мальчик, каким он помнил его в юности. Бри сказала, что это дело рук Морлоха. Хотя, возможно, слухи о проклятии, лежавшем на нем самом, ближе к истине. И зло, исходящее от него, коснулось всех, кто был ему дорог…
Во внутреннем дворе Эйдан спешился. Оглянулся вокруг в поисках конюха. Вихрастая голова высунулась из-за угла. Эйдан позвал мальчугана:
