Эйдан сделал шаг вперед.
— Мама. Драган сказал, что мама больна… Движение королевской руки заставило его замолчать.
— Ты забываешься. Сначала нужно подобающим образом поприветствовать твоего государя.
Эйдан замер. «Итак, — подумал он, — несмотря на то что столько лет прошло, пропасть между нами остается такой же глубокой».
Он яростно сверкнул единственным глазом, но заставил себя подчиниться и безмолвно склонился перед человеком, который ему был не только отцом, но и господином. После долгой паузы он выпрямился, хотя но этикету нужно было дождаться разрешения сделать это.
На лице его родителя застыла маска доброжелательности, а в глазах полыхала ненависть.
— Значит, ты вернулся, как обещал. Твоя верность слову весьма похвальна.
— Но как с мамой… — настаивал Эйдан.
— Все эти годы ты не считал нужным справляться о своей матери, — холодно прервал его Марус. — Состояние королевы не изменится за несколько часов. Сейчас у нас есть дело более неотложное.
Он помолчал.
— С каких это пор тебе стало необходимо входить к себе домой вооруженным, как для битвы? — Принц-консорт заметил меч, висевший за спиной Эйдана. — Немедленно отдай оружие!
На мгновение единственный глаз его сына сверкнул янтарным огнем, и принц оробел. Если Эйдан когда-нибудь снова снимет повязку и пустит в ход свою убийственную Силу…
Марус подавил легкую дрожь и попытался придать своему лицу выражение царственной надменности. Так он стоял и смотрел, как Эйдан медленно вытащил меч из ножен и положил на столик между собой и братом.
Небритая щека Эйдана дернулась, когда Драган схватил оружие, коснулся блестящего полированного лезвия, любовно погладил украшенную драгоценными камнями рукоятку. Эйдан едва сдержался, чтобы не вырвать меч из рук брата. Даже сейчас, когда у Драгана было все: право наследования престола, любовь отца, спокойная и роскошная жизнь, — даже сейчас он стремился отнять то единственное, что осталось у Эйдана, — меч Балдора Завоевателя.
Рука Маруса легла на плечо Эйдана.
— Нам нужно о многом поговорить, но сначала самое важное: ты взял себе жену?
Эйдан удивленно взглянул на отца.
— Что вы сказали, милорд? — и когда смысл отцовского вопроса дошел до него, добавил с издевкой: — Жену? Вы шутите? Думаете, какая-нибудь женщина возьмет меня в мужья? Вы прекрасно знаете, что это невозможно.
— Тогда мне крупно повезло, — Драган поднял со стола меч и прижал к себе. — Наконец-то он будет мой.
— Скорее небо рухнет на землю, чем ты будешь владеть мечом Балдора! — Эйдан угрожающе шагнул к Драгану.
И вновь отец остановил его.
— Речь идет не о твоем брате и не о мече, — слова звучали холодно и безучастно. — Речь идет о законе и его выполнении. Хоть ты и принц королевской крови, ты обязан подчиняться законам точно так же, как и другие наши подданные. Я снова спрашиваю тебя, взял ты себе жену?
Эйдан ответил, едва сдерживая нарастающий гнев, не сводя глаз со своего меча:
— Я снова повторяю тебе: нет! Отец облегченно вздохнул:
— Тогда я вынужден призвать тебя к выполнению этого древнейшего закона. Завтра наступает день твоего тридцатилетия. Тебе будет дана последняя возможность взять себе жену. Если ты не подчинишься закону, пеняй на себя.
Эйдан тряхнул головой и непонимающе уставился на отца.
— Вы с ума сошли? На королевство навалилось столько бед! Морлох со своими подручными у вас почти на пороге! А вы объявляете, что главной вашей заботой является соблюдение какого-то замшелого закона, обязывающего меня жениться?
Марус хотел ответить, но приступ кашля согнул его пополам. Лицо посерело. Он попытался отдышаться, но вновь захлебнулся кашлем. Схватился рукой за горло, задыхаясь от удушья. Когда приступ миновал, принц-консорт медленно опустился в ближайшее кресло. Говорить он не мог и сделал знак Драгану продолжать.
— Это уже не в нашей власти, дражайший братец, — проговорил тот, становясь между отцом и братом. Глаза его светились торжеством. — Теперь выбор за тобой, вернее, за женщинами Анакреона. Ты женишься или…
— Или что? — Эйдану хотелось схватить брата за горло и трясти, трясти, трясти…
Мимолетное движение брата заставило Драгана сделать шаг назад. В поисках поддержки он поглядел на принца-консорта, затем все-таки ответил. По мере того как он объяснял, голос его звучал все увереннее.
— Если ты или любой мужчина, подданный нашего королевства, не женится до дня своего тридцатилетия, это считается нарушением священного долга продолжать род. Это преступление против людей Анакреона, позор нашему народу.
— Преступление? — Эйдан фыркнул. — Должно быть, это очень древний закон. Я никогда о нем и не слыхивал. И какое же наказание ждет гнусного преступника?
По лицу Драгана расплылась широченная улыбка.
— Наказание за это, мой драгоценный братец, — смерть.
Глава 2
— Поспеши, дочка, а то мы не успеем к полуденной молитве.
Брианна отбросила упавшую на глаза прядь волос и, посмотрела на солнце, яростно пылавшее в вышине.
— Да, мама.
Толстый сноп полетел в шаткую тележку, стоявшую между ними.
— Но времени еще много, а нам осталось сжать всего одну полосу. Пока не зазвонит церковный колокол, мы успеем умыться и надеть чистые передники.
— Может, и так, — вздохнула Каина. — Правда, я уже было подумала, что мы сегодня поздно начали и не успеем всего. Я хотела разбудить тебя пораньше, но пожалела. У тебя был такой измученный вид после вчерашнего ужаса…
В мыслях Брианны снова возник смуглый воин с черной повязкой на глазу.
— Он не напугал меня. По крайней мере потом я перестала бояться. Меня измучили наши односельчане бесконечными вопросами, и потами, старая Саура с этими своими знахарскими заклинаниями и благословениями…
Она помолчала.
— Я знаю, что они хотели «не лишь добра, во в этом не было нужды. Совсем.
— Как же так? — Мать с тревогой всматривалась в нее. — Тебя же захватил сам Принц-демон! Он ведь проклят, он своим Дурным глазом убил человека! Тебе повезло, что ты осталась цела. Ох, как будто и так недостаточно нам бед, еще и он вернулся!..
— Что с ним случилось? Он же сын королевы и короля. Почему обладает он такой ужасной колдовской Силой?
Каина покачала головой и потащила тележку дальше по меже.
— На него наложено проклятие при рождении. И не кем иным, как злым колдуном Морлохом. Конечно, в те дни Морлох был всего лишь мелким чародеем… но уже тогда он был лучшим учеником великого мага Кэрлина и владел достаточной Силой, чтобы взмахом руки и несколькими словами загубить жизнь ребенка и всей его семьи. Говорят, что принц-отец так никогда и не принял его как сына.
