Не сговариваясь и не дожидаясь от каменюки других фраз, девушки резко бросились бежать к месту, откуда раздавался мяв. Там, на импровизированной подстилке из ученических подушек, с самыми наглыми мордами развалились два представителя кошачьих — рыжий дворовый Мурз и прелестная белоснежная персидская киса. Судя по золотому ошейнику, та самая пресловутая Бусинка.
— Катастрофа! — взвыла Крис. — Теперь шкуру сорвут не только с Мурза, но и с нас, и со всех, кто попадет под горячую руку! — И, тут же повернувшись к преподавателю истории, высказала все, что думает о ситуации: — Горгулий, вы же взрослая статуя! Вам три тысячи лет! Как вы вообще допустили этот произвол? Это ведь международный скандал!
Пока Волковская отчитывала тысячелетнего пьяного педагога, Анфиса, не теряя времени, схватила на руки расслабленную Бусинку и крепко зажала в цепком захвате.
— Кри-и-ис! — протянула она, привлекая внимание подруги. — Мы должны вернуть кошку обратно в королевскую спальню! И сделать это нужно как можно скорее, пока королева сидит в бункере!
Словно понимая слова девушки, крутящийся под ногами Лорд фон Мурз возмущенно завел боевую кошачью песнь вперемешку с ужасающим шипением.
— А ты мне тут не возмущайся. Похитил кошку, а нам теперь расхлебывать! — отодвинула Фиска голой ногой гневного Мурза, за что немедленно поплатилась, получив пару глубоких царапин.
Сама же Бусинка несчастной не выглядела, а как раз наоборот, от нее пахло валерьянкой и вид она имела наидовольнейший.
— Между ними ничего не было, — оправдывался Горгулий. — Они просто вместе выпили пару мисочек горячительных напитков!
Крис закатывала глаза и продолжала возмущаться:
— Споить пытались?!
Арсений на этот вопрос промолчал, а вот Мурз, услышав такие несправедливые обвинения, отвлекся от расцарапывания Анфискиной ноги и перевел гневный взгляд на Кристину, всем видом показывая, что за свои честь, любовь и достоинство будет сражаться до конца.
— Мяу!
— А ты поговори мне еще тут, — пригрозила коту Кристина. — Я понимаю, что у тебя низменные животные инстинкты, но, судя по куче факторов, ты существо почти разумное, мог бы и головой подумать!
— Мяв!
— Ну что «мяв»?! Пойми же ты, кошара, не по твою душу Бусинка росла! А мы тебя любим в живом виде, а не рыжим ковриком, который из тебя сделают, если ты захочешь от этой женщины котят!
— Мя-мя-мя-мя-мяу! — продолжал негодовать кот, раздирая подол платья Кристины острыми, как бритва, когтями.
В этот душещипательный диалог вмешалась Анфиса.
— Крис, я, конечно, все понимаю, но ты сейчас с котом разговариваешь. И после этого будешь утверждать, что сумасшедшая здесь я?
Та лишь отмахнулась.
— Покажи мне в этой Академии хоть одного нормального, и я лично воздвигну тебе памятник из хлеба!
— Троя нормальная! — не задумываясь, ответила Фиса, уже предвкушая, как будет выглядеть этот пшенично-булочный шедевр архитектурной мысли.
— Преподавательница в костюме из секс-шопа? О да! Есть еще варианты нормальных личностей?
— Ну не знаю, — протянула девушка. — Арвенариус?
— Сомнительно! — Крис уже приготовилась высказать правду-матку и о декане, но резко осеклась, вспомнив, что здесь присутствует пусть и каменный, но все же преподавательский состав. — Ой!
— Вот тебе и «ой»! — скрипуче передразнил Арсений. — У меня к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться!
Девушки вопросительно посмотрели в сторону историка, даже Мурз отвлекся от отвоевывания своей прекрасной принцессы, которая уже уснула под действием валерьянки на руках Анфисы.
— Вы относите Бусинку обратно в спальню королевы, и никто не узнает о том, что она здесь была! — начал каменюка. — А я не рассказываю остальным преподавателям о том, как вы перемывали им кости!
— Звучит как шантаж.
— Почему сразу «как», даже обидно!
— Но ведь вы тоже виноваты в случившемся, так почему расхлебывать эту кашу с Мурзом и Бусинкой нам? — теперь праведно негодовала уже Анфиса.
Горгулий ехидно улыбнулся каменной пастью, обнажая сточенные за тысячелетия клыки.
— Ну, если вы сюда за котом пришли, значит, подсознательно были готовы к возможным проблемам!
— Мы собирались кота забрать, а не носиться с этой кошкой! — огрызнулась Крис, но была остановлена Анфисой.
— Он прав, если мы не вернем кошку, тут такой шухер начнется. Никому мало не покажется!
— Вот пускай сам и идет возвращать! А этот дешевый шантаж ничего не стоит! Если скажет хоть что-нибудь Арвенариусу, то мы всем, как ласточки на хвосте, разнесем, в каком состоянии он тут по комнате круги выписывал. Почему за косяки одного алкоголика своей шкурой должна рисковать я?
После этих слов каменюка резко сник, слова курсантки больно ранили горгулью душу.
— Да, это моя вина! Я ему говорил, — Арсений кивнул на кота, — что нельзя похищать Бусинку из королевской спальни, но разве он слушал!
