невыносимой, казалось, моя рука отделилась от тела, а из обрубка хлещет кровь, к счастью, моему организму этого хватило, сознание погрузилось во тьму.
* * *
Меня разбудила тихая музыка, что-то вроде блюза а-ля семидесятые; запах спирта и каких-то медикаментов; начала просыпаться боль. Стиснув зубы, я открыл глаза.
Крупная фигура в белом халате, сидела ко мне спиной, что не вязалось с правилами безопасности. А вдруг зэк свихнётся и выплюнет какой-нибудь дротик или половинку лезвия, мы те ещё затейники. И что это за привкус во рту? Чем меня напичкали?
— Сазонов, очнулся? — Увариха развернулась полубоком. — Как себя чувствуешь, рука сильно беспокоит?
— Рука, — прохрипел я. — А что… ё***ь!
— При мне не выражаться, осуждённый!
Я её не особо слушал, рассматривая правую руку: профессионально наложенный гипс, кончики пальцев, испачканные белым, торчали из-под бинта, а ещё я не был прикован, точнее одна конечность. Перелом был как раз в районе запястья, не на гипс же наручник цеплять?
— А ты оказывается людоед! — медсестра ухмыльнулась.
— Подумаешь, за ухо укусил, не хрен было шилом угрожать!
— Сазонов, я Ципину повязку накладывала, у него уха нет! Всё обыскали, не нашли, значит, ты его сожрал!
Всё слишком быстро закрутилось… вот почему привкус во рту. Я почувствовал неудержимый приступ тошноты, развернулся и опорожнил желудок в заботливо подставленную утку.
— Фу-у, гадость! Как теперь это забыть? — я утёрся гипсом.
— Хм… Странно, только каша утренняя.
Шустрая, несмотря на габариты Увариха, не только утку успела подставить, но ещё и ковыряется теперь в остатках полупереваренной пищи, используя пластиковую указку.
— Где ухо? Сазонов!
— Товарищ капитан, может, хватит уже? — я скривился в отвращении.
В этот момент в дверь постучали, медсестра, кряхтя, поднялась, открыла, на пороге стоял зэк с тележкой.
— Обед, — съёжившись под взглядом Уварихи, проблеял он.
После последних событий есть вообще не хотелось, но желудок был другого мнения, подсасывал, словно говоря: «хозяин, ты со мной не шути!»
Пока я терзался в сомнениях, Увариха забрала мою порцию и захлопнула дверь, запахло щами. Медсестра ловко кинула в меня влажной салфеткой, после того как я относительно привёл себя в порядок и уселся, поставила на колени железную миску с супом и парой кусков хлеба. На второе были макароны с куском рыбы. Закидал всё быстро, стараясь не думать о грязных ушах.
— Анна Николавна, снять бы с меня эти приблуды, — я указал себе ниже пояса. — Неудобно, честное слово!
— Не положено! — казённо ответила та.
Ну нет, так нет, другого я не ожидал, можно и другим вопросом поинтересоваться, потерев свободной рукой глаза, я спросил.
— И как же тут Цыпа оказался? Мимо проходил?
Увариха, похоже, решила совместить нужное с необходимым, закончив с моим кормлением, если это можно так назвать, я же сам себя обслуживал. Она устроилась за служебным столом и заполняла какие-то бумаги.
— Ты такой любопытный, Сазонов, — медсестра посмотрела на меня поверх очков. — Народную мудрость не слыхал? Любопытному варвару без базаров болт вкрутили!
Я хохотнул, слишком уж мудро. Если честно, рад что вместо Уварихи не какой-нибудь бородатый медбрат, хрен бы он со мной разговаривал, а так, она женщина, я мужчина, природное влечение никто не отменял. То, что она не в моём вкусе, положения дел не меняет, флюиды работают и так, то есть я в её вкусе.
Надо попробовать воспользоваться.
— Анна Николавна, ты же знаешь, глупить не буду, сними, а! Достала уже эта хреновина! Я и сам могу на горшок сходить… И вообще, меня можно в камеру перевезти!
Нагловато с моей стороны, указывать начальству, но ведь я зэк — наглость моё счастье. И ничего удивительного, в том, что Увариха отреагировала как женщина, не было.
— В камере ты и пары дней не проживёшь, а здесь хоть какой-то пригляд, — сказано было не особо уверенно.
— Не надо меня опекать! Я уже большой… Завалят, значит судьба такая, я тебе не муж и даже не родственник!
— Да ни дай Бог, такого мужа! — сказала она, поднимаясь и натягивая перчатки. Я на это промолчал.
Пара минут неприятных ощущений и моё тело свободно, не считая кандалов и гипса, разумеется.
Надо же, сработало.
— Сейчас Абдуллина вызову, лежи смирно, — медсестра вышла.
Оставшись предоставленным самому себе, я попытался сосредоточиться на внутреннем зрении, во время быстрой потасовки промелькнул целый пласт текста, очень интересно, что же там написали. И меня ждал облом, стёрлось или что с ним сделалось, не знаю, кроме прежде виденных характеристик, ничего не было. Хотя.
Что это за вопросик висит, в верхнем правом углу? И как это понимать?
Вспомнился племянник, когда он ещё был маленьким, не озлобленным. В те времена я частенько заходил к ним в гости, Мария — жена брата, ещё была жива и даже не знала о своей злой болячке, никто не знал, братишка пока что держал себя в руках. Мелкий Костик, тащил меня в свою комнату к игровой приставке и начинался турнир.
Два бравых космодесантника истребляли зловредных мутантов, бластерами, ножами или просто ударом крепкой руки. Частенько всплывала информация, а я поначалу притормаживал, не успевая прочесть.
— Дядь Дим, не тупи! — беззлобно поучал меня племяш. — Нажми на вопросик, в углу моргает.
Нажми на вопросик, — повторил про себя, выплывая из воспоминаний о хороших временах. Как это сделать? У меня нет джойстика, как и мышки, не пальцем же нажимать⁉ Не тупи, дядя…
Мазнул по вопросику взглядом, испытывая желание его нажать, и он пропал, появился тот самый текст. Я оказался не совсем безнадёжным.
Ловкость + 1
Сила + 1
Внимание, Защитник!
Необоснованные агрессивные действия относительно потенциальных защитников, могут привести к изменению вашего текущего статуса! Необоснованное обнуление потенциального защитника, автоматически изменит ваш статус на «Преступник»
В случае изменения вашего статуса на «Преступник» и отказа от отправки в исправительный мир, на вас будет открыта охота. Любой защитник соответствующей квалификации сможет обнулить вас без каких-либо санкций и получить награду.
Очень много новых и интересных слов. Начнём с того, что меня назвали защитником! Прикололись? Кого я тут защищаю? Даже на себя забил. Второе: здесь сказано прямо, я такой не один… И что такое исправительный мир? Одни вопросы и никаких ответов, хоть бы какую-нибудь справку дали, что за игрулька такая? Защитники, преступники… А я кто? По мнению судебной системы,
