ему волосы в зелёный, подсыпала жуков в кашу и раз десять вытаскивала ночью из кровати плющом через окно на улицу, крепко сцапав за ногу. Он постоянно подсылал ко мне мелкую мерзкую управляемую нежить, один раз я даже проснулась в учебном склепе в окружении рычащих зомби и хохочущих некромантов.
Но извинения? Их не было никогда.
С другой стороны, и того, что случилось вчера, никогда не было.
— И с каких пор некроманты практикуются в извинениях? — Лия достаточно тактична, чтобы не читать чужие письма, но вид застывшей у открытой двери меня сломал даже её выдержку.
— Не знаю, — почему-то получилось только прошептать ответ.
Мы обменялись напряжёнными взглядами, после чего подруга, бывшая чуть-чуть ниже меня, весело улыбнулась и внесла совсем уж странное предположение:
— Может, он влюбился?
И всё оцепенение спало, уступив место злости.
— Глупостей не говори, — буркнула недовольно, захлопывая дверь.
Хотелось швырнуть цветы на стол, но рука не поднялась. Конечно, не потому, что букет был от Элтона. Просто в чём цветы-то виноваты?
Осторожно прижимая хрупкие стебельки к груди, сходила в кухню, взяла единственную в нашей комнате хрустальную вазу, которую нам моя мама давным давно привезла «на случай незапланированных поклонников», наполнила прохладной водой и вместе с цветами поставила на центр стола.
— А кто-то улыбается, — ни к кому конкретно не обращаясь, обронила Лия.
— Цветочки красивые, — почему-то улыбнулась шире.
— Ну да-да, я так и подумала, — клятвенно заверила подруга.
Вот же.
* * *
В дверях столовой, куда мы направлялись на завтрак, случился крайне неприятный инцидент.
Аделия увлечённо рассказывала, как вчера на практическом занятии, что проходило на полигоне академии, двое её одногруппников повздорили и устроили пародию на магическую дуэль. Парни не знали правил и не обладали боевой магией, да и успокоились довольно быстро, но преподаватель Практической Природной магии проявил исключительно профессиональный интерес и заставил адептов довести дело до логического завершения. И добрый час парни швырялись друг в друга стремительно взращиваемыми цветочками, чем довели препода до нервно дёргающегося глаза, а всю группу и меня — до смеха.
И я хохотала от души, придерживаясь за плечо смеющейся подруги, чтобы не упасть, и вот именно в таком виде мы ввалились в полную народа шумную столовку.
И налетели на кого-то, кто как раз пытался выйти!
— Ой, извини, — попросила искренне сквозь смех, отступая назад, потирая пострадавший о чужие кости лоб и не сразу замечая, как напряглась Лия.
Я правда не заметила, и, улыбаясь, подняла голову.
Моя улыбка исчезла в тот же миг.
— Привет, Антан, — поздоровалась с горечью, которой не смогла скрыть при виде его стремительно бледнеющего лица и округлившихся от ужаса глаз.
Он не смог ответить. Он не сумел даже поздороваться со мной. Шарахнулся назад, будто я была ожившим трупом, а не его бывшей почти-невестой. Разлепил дрожащие посиневшие губы, затрясся всем телом и унёсся прочь, обогнув меня широкой дугой, врезавшись в дверной проём и, похоже, даже не заметив этого.
Я даже не обернулась ему вслед. Так и стояла, горько улыбаясь, глядя перед собой и не видя ничего.
Даже не больно — просто горько очень.
— Некроманты умеют запугивать до смерти, — попыталась оправдать поведение бытовика вмиг погрустневшая Лия.
Не глядя на подругу, тихо и спокойно ответила:
— Если можно разлюбить от страха, то это не любовь.
Природный маг не нашлась, что на это ответить, и молча сжала мою ладонь.
Я моргнула, вырываясь из оцепенения, повернула голову, улыбнулась её обеспокоенному виду и решила успокоить и её, и себя заодно:
— Знаешь, даже хорошо, что всё так случилось. Мне бы не хотелось проснуться замужней женщиной и осознать, что муж не вызывает во мне ничего, кроме разочарования и жалости.
— Вот и правильно, — говорить о людях плохо Лие не нравилось, о чём и напомнили её на миг поджавшиеся губы, но поддержать подругу — святое, и свой выбор природник сделала без раздумий. Обняла и повела вдоль стенки мимо многочисленных заполненных столов, приговаривая: — Антан просто не твой парень, вот и всё. А Элтон, какой бы заразой ни был, всё же сделал доброе дело и показал тебе настоящее лицо Нейла.
Соглашаться не хотелось, а спорить было глупо, поэтому я промолчала, позволяя уводить себя к девочкам.
Почему-то, пока шли, меня не покидало ощущение чужого пристального взгляда.
* * *
День прошёл не так уж и плохо. Наверно, потому, что Антана на занятиях не было, а у нас в расписании стояла одна Бытовая кулинария. Потрясающее занятие, проходящее прямо в академической кухне, и на наше счастье сегодня главным дежурным поваром был господин Олье, а потому все четыре часа мы смеялись, шутили, готовили и кушали, практикуясь в магической готовке под присмотром профессора Адесски, молодой талантливой бытовички. И мы с искренними улыбками поглядывали на то, как стройная хрупкая леди смеётся и цветёт от взглядов высокого коренастого господина Олье, который то и дело разбавлял задорные шутки негромкими комплиментами нашему преподавателю.
Когда мы уходили, эти двое о чём-то мило ворковали у окна, на что нельзя было смотреть без умиления.
А вот дежурь сегодня господин Рагенд, мы бы всё время занятия мыли посуду и драили сковородки. Причём профессор Адесски вместе с нами.
Глава 2
А вечером случилось страшное…
За три года обучения у нас сложилась тёплая девчачья компания, но из нас семерых наличием мозгов и благоразумия даже в трезвом состоянии могла похвастаться одна только Лия. А она в городе вечерами работала.
Когда в мою дверь выразительно постучали чем-то стеклянным, я сразу крикнула:
— Девочки, Лии нет. Это добром не закончится, уходите!
Ответом мне был щелчок вскрытого замка.
— Ой, Рина, а ты чего не закрываешься? — внутрь впорхнула безмерно довольная собой Рамона Бероз, моя одногруппница и талантливый бытовик, отменно взламывающая чужие защитки.
— Мало ли кто прийти может, — присоединилась к издевательскому укору вплывающая следом седовласая некромантка Карли Армид с двумя тёмными стеклянными бутылками в обеих руках.
— Мы вот пришли, — не осталась в стороне боевик Льяна Элерн, прижимающая к груди плотный бумажный пакет из чайного домика «У Сирэн».
— Чтобы поддержать тебя после разрыва с Антаном, — внесла максимальную ясность лекарь Эдина.
Она девочка тихая и скромная, и с собой принесла скромную литровую бутыль рябиновой настойки. У неё их бабушка делает. Для здоровья, говорит, полезно. И ведь не врёт, бабу Нюру за столько лет ещё никому перепить не удалось. А разве может больной человек столько пить? Вот то-то и оно.
— Нет, я предлагала устроить
