сильных, умных, талантливых. Селили тех в четвертом секторе. Их физическая сила превосходила людей с Парвуса, поэтому среди апперов и полиции стали появляться желтоглазые. Многие из этих людей были рады иметь возможность жить в относительно комфортных условиях, кого-то забирали еще детьми, не спрашивая.
Преступников же массово выгоняли во Внешний город. Раньше это считалось негуманным, но с появлением генератора законы изменились. Было установлено, что жизни их опасность не угрожает.
Хотя многие, кто проживал на поверхности, с этим скорее всего бы не согласились. Променять тесную комнатушку подземной тюрьмы на почти постоянное ношение защитного костюма, такое себе удовольствие.
Чтобы сделать свои условия для жизни хоть сколько-нибудь сносными, обитатели поверхности, родившиеся там или попавшие туда другим образом, строили дома, толстые стены которых не пропускали лучи палящего солнца. Суровая погода сменялась то жарой, то редкими, но внезапным заморозками. Предугадать когда, что произойдет было сложно.
Если технологии Парвуса отталкивались от того, что жителям оставили основатели, то на поверхности развития почти не происходило. Чаще всего местные промышляли воровством или копированием того, что получалось украсть у выходцев с подземного города.
Медея нажала на кнопку с правой стороны у основания шлема и тот сложился образуя толстый ободок на вороте защитного костюма. Накинув плащ девушка уверенным шагом выдвинулась к заброшенной шахте, где обосновался проводник.
Проводники, словно кроты, рыли туннели, ведущие с Парвуса на поверхность. Обычно для мест своей деятельности они выбирали бывшие месторождения полезных ископаемых. Как только весь материал оттуда добывался, туннели забрасывались.
Полиция и апперы то и дело ловили решивших подзаработать таким образом людей и заваливали пути, ведущие на поверхность. Но бизнес есть бизнес. Спрос рождал предложение. Проводники перемещались на новую точку и начинали рыть заново.
У подхода к шахте Медея закрыла свое лицо и нажала на кнопку генератора кислорода с левой стороны.
На звук приближающихся шагов проводник отреагировал тем же. Раскрывать личности в подобных делах было опасно. Обычное спокойствие, царившее в душе Медеи перед выходом на поверхность, разрушалось хрустом камушков под ее тяжелыми ботинками. Проводник отлепился от скалы, на которую опирался, и хрипло протянул:
— Добрый денек, сегодня поздновато.
Свои слова он сопроводил беспокойным оглядыванием по сторонам. Медея сощурилась с подозрением. Выглядел проводник нервным. Все последние вылазки она совершала с его помощью и вроде человек он был надежный, настолько на сколько можно было рассуждать о бывалом преступнике.
Одинаковые механические голоса доносившиеся из шлемов не позволяли угадать точную интонацию говорившего. В обычной жизни девушка могла ориентироваться в каком настрое собеседник по его голосу, но в масках приходилось больше доверять интуиции.
— Поднимешься со мной — сказала Медея, прикладывая руку к пистолету, висящему на бедре.
Сопровождение вместе с клиентами было обычной практикой у проводников. Иначе как удостовериться, что лифт точно довезет тебя до нужного места?
— Я думал, мы с тобой давно прошли этот уровень отношений. Как никак год уже вместе работаем — парировал мужчина.
Медея, достав пистолет, направила тот на вход в пещеру, призывая говорившего зайти внутрь. Он поднял руки вверх в примирительном жесте и скрылся из виду, шмыгнув за скалу скрывающую тайный ход.
Прислушиваясь к тишине, Медея, не заметив ничего подозрительного, нырнула за ним в узкую расщелину между камней. Пистолет остался в ее руке для надежности. Поднимать сразу двоих человек было тяжело, но проводник справлялся. Единственным освещением служил фонарик на его шлеме. Лифт же представлял из себя простую конструкцию. Квадратная металлическая платформа с тросами.
Прокручивая колесо мужчина равнодушно сидел рядом с ногами девушки. Та держала его на прицеле напоминая о том, что добраться собирается живой.
— Кто-то интересный навещал сегодня? — поинтересовалась она, подразумевая полицию или апперов.
Медее совсем не хотелось быть пойманной по глупости или неосторожности. Проводник в маске качнул головой. Механический голос сообщил:
— Если буду рассказывать про своих посетителей, то даже до утра не доживу
Со шлема послышалось прерывистое шипение, отдаленно напоминающее смех. Девушка вздохнула подумав «живи пока, крыса ты поганая». Внутри разливалось стойкое ощущение предательства, хоть ни одного логического объяснения этому у Медеи не было.
Добравшись до верха туннеля, оба путника присели на корточки. Проводник ждал, что его клиент поможет сдвинут нависающий над ними тяжелый камень, но девушка покачала пистолетом, призывая его шевелиться.
За подъем платить было не принято. Только за спуск. Нежилая каменно-глиняная коробка, в которой оказались двое поднявшихся, встретила пустотой. До ушей доносился шум с улицы. Освещение медленно угасало, вместе с возвращающимся вниз проводником.
Медея по привычке наощупь нашла дверь.
Серое небо затянутое низкими свинцовыми облаками, словно замерло, угрожающе нависая над Внешним городом. Каменные и глиняные строения в несколько этажей кривыми унылыми коробками стояли друг на друге. Прохожие в темных плащах и шлемах, скрывающих лица, отдаленно напоминали жителей трущоб, только их костюмы были более массивные. А ношение подобных вещей вынужденным.
Бурный рост населения Внешнего города за последние несколько лет обусловился тем, что власть Парвуса переместила часть неугодных людей и промышленных предприятий на поверхность. До Велиора, нынешнего правителя, никто не делал ничего подобного. Охраняемые заводы обеспечивали работой, лишь малую часть жителей поверхности. Технологиями же с ними делиться пока никто не собирался.
Близ лежащие племена так же стекались к развивающемуся городу. Бороться с ненастьями природы в коллективе проще, хоть у желтоглазых и не было нужды носить защитные костюмы.
На данный момент главной проблемой подъемов на поверхность являлось отсутствие достаточного количества кислорода в воздухе и сильное ультрафиолетовое излучение. Радиация, уничтожившая когда-то давно почти все на своем пути, дала толчок многим мутациям, но по прошествии большого количества времени, перестала представлять угрозу для ныне живущих.
Медея топала на выход из города. Охота на скорпионов для нее стала привычной рутиной. Хоть в глубине души девушка и надеялась встретить что-то посущественнее.
Приподняв левую руку, Медея нажала на панель своего костюма. На черном экране высветились цифры.
— Жарковато — констатировала она, увиденные показатели.
Температура внешнего воздуха, уровень ультрафиолетового излучения и ядовитые испарения, тот минимум данных, что необходим гуляющим по поверхности. Медея не знала про озоновые дыры, но успела заметить, что если дует ветер, то ситуация с погодой и излучением меняется. Правда, иногда принося с собой ядовитые испарения с озера. Из-за них девушка лишалась возможности пользоваться огнестрельным оружием распространенным на Парвусе.
Поэтому перешла на пневматику, которой пользовались жители Внешнего города. Для ближнего боя руки Медеи были слабоваты, а холодным оружием она плохо владела.
Девушка обернулась на переулок, из которого вышла. Сведя брови, она пробежалась глазами по одноэтажным пустым зданиям
