молодец.
— У тебя спичек нет? — тут же спросил я.
Мужичок вытащил коробку спичек с надписью «20 лет первой в мире АЭС» и пачку сигарет «Прима». Сначала я хотел отказаться, но потом решил, что сигареты тоже могут быть дополнительной проверкой.
Зажег спичку, подержал на весу. Поднес ладонь, сразу отдернул. Больно. Тогда зажег сигарету и чуть поколебавшись, ткнул себя в левую руку, в тыльную сторону ладони. Тут же ахнул от боли и отбросил сигарету в сторону.
— Твою мать, вот зараза! — я подул на обожженную руку.
Мужик ошарашенно наблюдал за моими манипуляциями.
— Это чего, подготовка такая? — спросил он. — Для сеанса гипноза?
Я потряс кистью в воздухе.
— Чего? Ах да, это подготовка. Для выступления. Чтобы рефлексы проверить.
Мой проводник изумленно покачал головой. Убедился, наверное, что гипнотизеры самые сумасшедшие люди в мире.
— Ладно, пойдем, — сказал я хмуро. — Где ваш актовый зал?
Мы пошли по коридору обратно. Проверки провалились, все происходит по-настоящему. Боль слишком сильная, если бы это была иллюзия, реальность обязательно бы исказилась. Или что-нибудь бы обязательно поменялось.
Но пока что все осталось прежним. Неужели я и в самом деле попал в прошлое, очутившись в чужом теле?
Как еще можно проверить наличие галлюцинаций?
— Где у вас можно найти фотоаппарат? — спросил я на ходу. — Тут, наверное, есть фотокружок? Или стенгазета?
— Ага, есть стенгазета, — кивнул спутник. — Так ведь Федька Хлебовводов тоже в зале сидит, делает снимки. Он как раз фотограф там. Вот его попросите. Вам для отчетности снимки нужны?
Я задумчиво кивнул.
— Совершенно верно, для отчетности.
Когда мы вошли в зал, все зрители сидели на местах. В помещении витал неумолчный гул десятков голосов, будто гуденье в пчелином улье. Я огляделся, вздохнул и взошел на сцену. Ладно, галлюцинация это или нет, но работу свою делать надо.
При виде меня зрители замолчали. Я заметил насмешки на их лицах. Ну конечно, гипнотизер, который свалился от удара бутылки, что он может вызывать, кроме смеха?
— Ну что, будет сегодня гипноз или нет? — крикнул из глубины зала какой-то парень. — А то мы уже устали ждать!
Он сидел рядом с Черновым и довольно перемигнулся с ним. Ну, ясно, эта шайка хулиганов и смутьянов. В любом зале среди зрителей всегда найдется несколько человек, желающих сорвать выступление. Их надо изолировать и подавить, иначе они сорвут весь сеанс.
— Всему свое время, товарищи, — сказал я с приятной улыбкой.
Сам невольно посмотрел на свои руки и снова удивился, какие же они чужие. Молодые, сильные, с крепкими выпуклыми ногтями.
Голос тоже другой, совсем не мой. Но тембр мне понравился. Поставленный такой, низкий и бархатистый. Звуки идут из головного и грудного резонатора. Сразу видно, что голосовые связки натренированы к эстрадному выступлению.
— Ну, а если вы так торопитесь, то давайте узнаем, кто из вас сейчас готов стать участником нашего небольшого опыта, — продолжил я. Теперь надо провести тест на гипнабельность. Чтобы узнать, кого можно выводить из зала для участия в сеансе. — И вот вам первое задание. Это займет всего пару минут. Сядьте поудобнее, закройте глаза и расслабьтесь. Уберите с колен все, что мешает. Например, сумки, бумаги или бутылки.
Я с удовольствием заметил, как зрители в зале заулыбались. Потом послушно устроились на креслах удобнее и закрыли глаза. Даже Чернов и его шайка-лейка. Хорошо, молодцы.
— А теперь представьте, что перед вами на столе лежит блюдце с лимоном. С большим желтым лимоном. Возьмите его в руки. Ощутите пористую шершавую поверхность. С обеих сторон бугорки. А теперь возьмите нож и разрежьте лимон пополам. Ох, нож попался тупой, поэтому, чтобы разрезать лимон, приходится давить сильнее. Видите, как сок капает на блюдце, брызжет во все стороны?
Вообще-то, дальше тест уже можно было не продолжать, все и так уже видно. Человек пять-семь в передних рядах, даже Чернов и его дерзкий товарищ позади, все усиленно сглатывали слюну, сразу видно, что это хорошо внушаемые люди. Но, раз уж начал, надо заканчивать.
— Несколько капель лимонного сока брызнуло вам в лицо, попало в рот, — продолжил я, делая свой голос еще ниже, так сказать, гипнотичнее. — Вы чувствуете, какой он кислый, терпкий и прохладный. А теперь отрежьте от половинки пару долек. Снова брызжет сок, течет на дно блюдца. Посмотрите, какая у лимона терпкая влажная мякоть внутри. И вот теперь возьмите одну из долек и положите в рот. Почувствуйте, как кислая лимонная мякоть заполняет ваш рот, заставляя вырабатывать огромное количество слюны.
К этому времени уже большая часть зала торопливо сглатывала слюну. Да у меня и самого рот непроизвольно наполнился слюной. Что и говорить, трюк с лимоном - это сильный ход.
— Ну, а теперь прожуйте лимон и представьте, что он исчез, — сказал я напоследок, решив, что тест уже завершен. — И можете открыть глаза.
Зрители открыли глаза и смущенно улыбнулись. Некоторые вытерли слюну с подбородка. Очень хорошо.
— Как вы видели, с помощью слов можно вызвать в мозгу любой образ, — сказал я. — А теперь я покажу вам, как можно воздействовать на свои мышцы, тоже всего лишь словами. Снова пожалуйста, устройтесь поудобнее и закройте глаза.
Участники сеанса снова послушно закрыли глаза. Даже доктор, который сидел справа и до этого тоже усмехался.
— А теперь поднимите правую руку вперед, согнув ее под прямым углом, — продолжил я, наблюдая, как зрители вытянули руки. — А теперь представьте, что эта ваша рука тяжелеет и тяжелеет. Она наполняется свинцовой тяжестью. Как будто вы взяли в эту руку гантели и она тянет ее вниз, к земле.
У нескольких человек из первых рядов, в том числе у Чернова и его товарищей, резко опустились руки. Ну что же, отлично. Я уже выбрал себе участников показательного сеанса.
— Рука продолжает тяжелеть, — не унимался я. — Она наливается все большей и большей тяжестью. Она полна свинца, полна тяжести. Она опускается вниз.
Я делал внушения еще минуту, а потом предложил зрителям открыть глаза. У кого-то руки опустились вниз до колен, у кого-то только немного. Поскольку предварительное тестирование на гипнабельность можно считать оконченным, я пригласил самых внушаемых, в том числе Чернова и его буйного товарища, на сцену. Но перед этим сказал залу:
— Все, теперь любая тяжесть из ваших рук исчезла. Вы чувствуете себя прекрасно,
