— Убери эту дрянь! — прошипела я, тяжело дыша.
— Невозможно. — Удивительно, но его горячая рука унимала боль. А вот раскаленный шепот на ухо заставлял гореть совсем другим огнем. Оставалось надеятся, что праведным. — Это — твой контракт. Пока не примешь — будет делать больно. Пока не выполнишь — не исчезнет.
— Да пошел ты!
— Покажешь дорогу, — усмехнулся.
— Я не буду на тебя работать! — дернулась снова.
— Будешь, Бабочка… Тш…
— Я на тебя в суд подам!
— Да что ж ты такая бешеная? — усмехался он над ухом. Его парфюм окутывал, впивался в поры — свежий с горчинкой, запах дерзости и свободы. Никаких тяжелых нот — дикий ураган. И я все меньше хотела выдираться из эпицентра стихии, вжимаясь в его тело, чувствуя, как под ладонью пульсирует все сильнее, будто отдельное сердце…
— Одевайся, — хлестнуло холодом, и я тряхнула волосами, часто моргая. Вернон стоял позади и всматривался в мое лицо в зеркало. Ни следа от усмешки — холодный, жесткий и собранный. — Жду завтра в офисе, документы у твоего куратора.
И он развернулся и вышел, а я пошатнулась и схватилась руками за раковину. Что это, черт возьми, было? Сползла на пол, едва запахнув рубашку, и подтянула дрожащие коленки к груди.
— Бэрри! Бэрри! — послышалось от входа, и стук каблуков больно зазвенел в голове. — Ты как? Что с тобой?
Ким уселась рядом, заглядывая в глаза:
— Я хочу убить ублюдка… — прохрипела я.
— Это он, конечно, отмочил — весь ректорат в шоке…
— Да нет им никакого дела! — поежилась я. — Меня поставили на место, Ким… Этот инквизитор пришел лично обломать мне крылья, понимаешь? Никто не выбивался на финишную прямую из моего рода, а тут — выскочка…
— Би, — Ким потянулась рукой, но я привычно отпрянула. Терпеть не могла, когда меня кто-то трогает. — Ты можешь отказаться.
— Не могу. — Не стала говорить, что Рэд сделал для этого все. — Выбора нет. Если решила пробиваться — надо довести дело до конца.
Из академии я выползла на дрожащих ногах. Вручение документов помнила слабо — меня поздравляли почти искренне, ибо никто не хотел оказаться на моем месте. Охапка бумаг так и трепыхалась в руках, пока я бежала в такси.
Дома не было сил ни на что, и я так и рухнула в кровать в костюме.
* * *
Дилемма. Опоздать или не опаздывать.
Я отрешенно смотрела то на часы, то на бумаги. Может, к чертям мои амбиции? У них все равно нет иной дороги, кроме как к Дьяволу. В дорогом костюме и с холодным оскалом. И, словно чувствуя мой возрастающий протест, а, скорее, отчаяние, печать начала нагреваться.
— Пошел он, твой хозяин! — прорычала я. Под пальцами зашевелились щупальцами черные нити. Все. Я больше не фея с крылышками. Настоящая салема… — Вот что мне делать? Играть по его правилам?! Вставать пешкой на доску?
И ведь знала, что по правилам сыграть мне не дадут.
Поднявшись из-за стола, выбрала в шкафу узкую черную юбку, выудила коробку с туфлями на каблуке, надела черную блузку с красной брошью, которая придавила строптивую печать. И накрасила губы красным.
— Хоть сейчас на костер, — вздернула бровь в отражении в зеркале.
6
Стук каблуков встряхнул унылый коридорчик, ступеньки глухо зазвенели под моими ногами, но город быстро задушил мою унылую музыкальную партию, проигранную заранее. А следы тут же зачистила моющая мостовую машина.
— Мисс Марроу-Лин! — окликнули меня, когда я уже собиралась соскочить с тротуара на проезжую часть. Я и не придала значения куску сверкающего металла на колесах, который ждал у подъезда. Куда ему до меня? Черной и остро заточенной. — Мисс, меня за вами прислал мистер Рэд. — Неожиданно матовый водитель, который застыл между мной и авто на середине, повел рукой в приглашающем жесте. — Не откажите…
— Думаю, ваш хозяин такого варианта мне не оставил. — И я направилась к нему.
Водитель благоразумно молчал, провожая меня взглядом до дверей, и с облегчением хлопнул ею, едва я успела убрать носки туфель с подножки. Оставшись одна на несколько секунд, я вдохнула полной грудью — свою машину прислал, не иначе. Легкие наполнились колючим будоражившим запахом парфюма инквизитора. Было даже злорадно думать, что, возможно, он встал пораньше, чтобы приехать на работу и отослать за мной свою машину. Даже осознавая низость его целей, самолюбие щекотало от этой мысли. Я развалилась в удобном кресле и перевела взгляд в окно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Закончилось бы это все быстрее.
— А мистер Рэд любит большую скорость? — обратилась к водителю.
— Не замечал, мисс.
Значит, быстро не будет. Я вздохнула.
За окном рисовался совсем чужой мне город, как и положено после погребального колокола моих надежд. Правда, сам колокол я проспала, и теперь чувствовала себя гораздо лучше. Погода не спонсировала моих иллюзий — небо в темно-серых разводах низких облаков, оплаканный мелкой россыпью дрожащих капель блестящий капот, и даже деревья показались какими-то осенними, или просто одетыми в грязно-рыжий модный цвет этого лета. И кто только задает эту моду на цвета?
Пока ехала, лениво листала сообщения. Одним из немногих озаботился Картер, босс ночного клуба. И только потому, что спешно меня увольнял. В подтверждении его твердых намерений на счет незамедлительно поступили деньги — какая-то совершенно неадекватно большая сумма. Я набрала ему ответ, что он меня с кем-то спутал, но до конца пути босс так и не ответил.
Стало интересно, что такого я натворила, что от меня так поспешно избавились? Опять же — не проблема. Устроюсь в другой клуб.
— Прошу.
Оказывается, мы приехали. На подземной парковке было душно и пахло сыростью, а за пределами укрытия лил дождь. Я бы основательно промокла, если бы ехала на метро. С губ сорвался нервный смешок, когда огляделась. Только кривую усмешку так и заклинило на лице, когда встретила взгляд господина Дьявола. Он стоял в нескольких шагах. И его усмешка не терпела конкурентов в лице моей жалкой пародии.
— Доброе утро, — низкий голос взбудоражил все нервы разом, пробрался под кожу, будто мне в ноги ударило молнией.
— Недоброе, — процедила сквозь зубы.
— Пойдем, — кивнул он в сторону лифта.
На парковке было непривычно пусто.
— У вас сегодня выходной? — огляделась, пока мы замерли в ожидании лифта на две секунды.
— Общая парковка с другой стороны здания, — он пропустил меня вперед.
Последнее, с чего бы хотелось начать день — с поездки в лифте с Верноном Рэдом. Я сцепила зубы, дыша все тяжелее, а он не отказывал себе в разглядывании моего протеста, уделяя особенное внимание губам.
— А быстро ты сдалась, — поставил точку в моем изучении.
Удивительно, но стоило ему остановить свой темный взгляд на моих глазах, черты его лица расслабились. Я едва не пропустила суть его слов от неожиданности.
— С чего ты взял?
7
Вместо ответа он посторонился, пропуская меня в просторный офис, куда выходили створки этого вип-лифта. Я неуверенно двинулась к большому столу на фоне панорамы города. Он следовал за мной:
— Хорошая девочка, которую мне нарисовало твое личное дело, сейчас бы изображала фею с крылышками и кукольным взглядом. Ты же надела костюм ведьмы. — Он обошел меня и спрятал руки в карманы брюк. — Что же ты четыре года билась с силами добра в академии, а тут — все? Признаешься мне в своей сути?
Он встал напротив так близко, что мог бы схватить рукой за горло.
— Разыгрывать перед тобой девочку, у которой еще вчера была мечта, не буду. — Инквизитор будто сразу потерял интерес к моим словам, плавно шагнул в сторону и принялся обходить меня по кругу. Не насмотрелся еще? — Прости, если ты рассчитывал на этот спектакль. Ты же мне все равно докажешь, что единственное предназначение моей мечты — хрустеть стеклом у тебя под ногами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он остановился совсем близко сзади и медленно вздохнул. Даже волосы зашевелились на затылке от дрожи в воздухе.
