резко, что Илиана едва не врезалась в него, чудом удержавшись в последний момент. Он ничего не сказал по этому поводу. Может, даже и не заметил.
А Илиана глянула вниз и застыла, поражённая увиденным. Город лежал перед ней, как на ладони. Маленький, словно игрушечный, но невозможно красивый и живой. От увиденного захватывало дух.
— Как красиво! — Не удержалась она.
— Красиво! — Кивнул энтарх и снова замолчал.
А Илиана посмотрела на него. Между глаз обозначились морщинки, губы крепко сжаты. Он смотрел на город так, словно это была не столица его государства, а как минимум — поле битвы. И она снова поймала себя на мысли о том, что представляла себе кровавого и жестокого энтарха совсем другим, более бесчеловечным, наверное.
Хотя что есть внешность? И что за ней скрывается?
Илиана вздохнула и с трудом отвернулась от энтарха. Почему-то он интересовал её куда больше всех этих красивых видов.
А он, видимо, услышав её вздох, повернулся к ней.
— Это — мой город! — И снова вместо торжества лишь печаль в голосе, да ещё злость. Но не на неё, нет.
Он утверждал, что это его город так, словно она с ним спорила. Но она и не думала спорить. Несколько минут молчания, а потом энтарх осторожно произнёс:
— Вы можете приходить сюда, когда захотите.
Илиана кивнула, принимая ответ. Интересно, а в город она может выехать тоже когда захочет?
— Я могу посетить город? — Спросила она и осторожно посмотрела на энтарха. Он нахмурился. И стал казаться ещё более пугающим, чем был. Словно вчерашнее грозовое небо, что вот-вот разразится молниями и прольётся дождём.
— Я сам покажу вам столицу. Как будет время. Обязательно. — Сказал осторожно и замолчал. А у Илианы было ощущение, что он хотел произнести совсем другое.
Они молча двинулись в обратном направлении, ко дворцу. Там они распрощались. Энтарх отправился, видимо, к себе, а она осталась стоять на полянке, отойдя, правда, от ядовитого королевского цветка на достаточное расстояние и бездумно глядя в пустоту.
А потом так же медленно побрела во дворец. Если все дни будут такими скучными, то она с трудом переживёт этот месяц.
Герхарт
Он вернулся к себе в кабинет и занялся делами. Но мысли то и дело возвращались к этой девушке, его невесте. Почему? Возможно, просто потому что она новый человек в его окружении. И он пока не мог понять, какой именно человек.
Но совсем скоро он выкинул всю эту глупость из головы. Требовался новый закон. И налоги, при всём его желании, придётся повысить. Временная мера, но всё же… Неурожай в южной провинции, придётся ввозить зерно и виноград из дружеской Литари. А это значит, неизменно чем-то жертвовать.
Это словно партия в ракс. Где на поле кружат фигуры полководцев и воинов, собираясь в легионы, а за крепостными стенами стоят короли. С каждой стороны — свой, отправляя своих полководцев завоёвывать новые и новые земли. Один неверный шаг — и вот уже твоя крепостная стена разрушена, а король просит пощады.
Да… Гер потянулся. Давно он не играл в ракс. Да и не с кем было играть. Первый советник от страха забывает ходы и правила. Иногда, совсем редко, когда уже сил не оставалось, он переодевался в простую одежду, накидывал плащ с капюшоном и тайным ходом убегал в город.
Энтарх Эстарии превращался в простого человека, который любил сыграть партию в ракс в трактире. Да, рисково. Да, если он умрёт, то его государство сразу раздерут на части вроде бы мирные соседи. Но иногда сил терпеть просто не оставалось. И тогда разум отступал. Вряд ли кто-то из тех, кто пропускал с ним партейку в ракс, понимали с кем они играют. И это давало ему иллюзию свободы. Не чувствовать себя рабом, правителем в золотой клетке, из которой нет выхода. Когда казалось бы вся жизнь принадлежит тебе, да вот только ты самому себе уже не принадлежишь.
Гер криво усмехнулся и продолжил разбирать бумаги. Как будто он сам на доске. Шаг влево, шаг вправо и твоё войско разбито, а твой полководец отступает. Ещё шаг — и уже бежит враг. Победа одержана. О да! Победа! Он привык побеждать.
Обед ему принесли прямо в кабинет. Принесли и тут же исчезли. Слуги, незаметные, словно тени. Он почти не чувствовал вкуса еды, не понимал, что и зачем ест. Закусить по-быстрому, и продолжить дальше заниматься тем, что требовал от него долг. Такое всегда было после приступа сильной головной боли и горького настоя. Он на несколько дней переставал чувствовать вкус еды. Ничего страшного. Ко всему можно привыкнуть.
Герхарт просидел над бумагами почти до полуночи, а потом, потирая гудящие виски, встал и направился в спальню. Надо будет завтра отправить гонца в Литари. Договориться о поставках на выгодных обоим условиях.
Илиана
До вечера Илиана успела уже несколько раз осмотреть покои, которые им отвели. Палаты были красивыми, но какими-то нежилыми, хотя и содержали всё, что им могло понадобиться. И мебель вроде на месте, и отдельная комната для слуг и купальня. И всё-таки здесь было как-то слишком пустынно и тихо.
Она ожидала совсем другого. Даже не ожидала, а скорее боялась. Дворца, в котором не смолкают весёлые пиры, а кровь, равно как и вино льются рекой. А здесь… Было ощущение усыпальницы, где всегда тихо и печально, но никак не дворца, в котором живёт правитель здешних земель.
Илиана была растеряна, а ещё умирала от скуки. Хотя вроде бы она могла делать всё, что хочет. Но это была всего лишь иллюзия свободы. Она ни на миг не могла забыть о том, ЧТО ей надлежит сделать и зачем она здесь. Мысли невольно возвращались к энтарху и его поведению. Спас же он её сегодня. И всё же… Она видит его только первый день. А внешность обманчива.
Поужинав, она улеглась спать, отпустив служанок. Пусть рано, но ей надо было подумать обо всём, что она увидела и почувствовала. Она часто так делала. Словно писала перед сном невидимый дневник. И всё странным образом успокаивалось и приходило в порядок.
А утром, едва позавтракав, она снова решила выйти на прогулку в сад. Вот только побродив, наверное, с полчаса по заросшим тропинкам, Илиана поняла, что скучает. Праздная жизнь не для неё. Можно было бы, пожалуй, заняться вышиванием, вот только и вышивать она не любила. Привыкла сначала к постоянным тренировкам
