Ухмыльнулся, незаметно заставляя остаться здесь.
– Вы идите, я догоню, кажется, тетрадь забыла, – она нервно прикусила губу.
– Хочешь, пойду с тобой? – произнесла светлая эльфийка из высших.
А Люси молодец, смогла с кем-то сдружиться, не все так безнадежно, как я предполагал.
– Нет-нет, вы опоздаете. Я быстренько.
– Ладно, – подружка явно не поверила словам «женушки», а когда взгляд упал на меня, видимо, что-то сообразила и кивнула.
– Ну, привет, – почему-то захотелось улыбнуться.
Она не низкая девушка, по человеческим меркам даже высокая, но с высоты моего роста и со ступени, которая эту разницу лишь увеличивала, выглядела совсем маленькой. Проход от перил я загородил рукой. Никуда ты не пройдешь, девочка моя. Она невольно попятилась назад, как же жалко это выглядит. Ее страх ощутим даже на физическом уровне.
– Ну и? Почему молчим?
Она абсолютно не контролирует собственные эмоции. Что говорить об эмоциях, ей даже неподвластно собственное тело. Очевидно, что она во власти ужаса, настолько сильно сжалась и затеребила край собственной кофты.
– Не понял, ты в себя поверила?
– Все отлично, – ее обычно звонкий голос сейчас сменился на тихий, в котором можно было отчетливо различить зарождающиеся нотки лирического сопрано. Боишься, малышка, и правильно делаешь.
– Да что ты? Я могу сделать так, что всё будет не отлично, хочешь?
Мотнула головой. Какое же все-таки жалкое существо, как и все люди. Почему она досталась мне? Взгляд упал на открытую шею со следами от засосов. Воспоминания снова одолели сознание:
– Тебе придется играть по моим правилам, если хочешь выжить, – улыбнулся я, расстегивая ей пуговицы белой рубашки.
Побороть брезгливость и поставить пару отметин, заставим их поверить в страстную любовь. Она даже не взглянула на меня, сразу отвернув голову и дав мне возможность губами прикоснуться к шее, оставляя синие гематомы на светлой коже. Моя ж ты послушная. Спускаюсь ниже, приоткрывая грудь, но малышка оказывается смелее.
– Я все равно не ношу декольте, нет смысла спускаться ниже, – угрюмо кидает она, не осмеливаясь смотреть на меня.
Хмыкаю и отступаю, еще подумает, что процесс мне приятен.
Выцепив мой взгляд, изучавший намеренно открытые кровоподтеки, она краснеет и стыдливо просит:
– Алекс, можно мне пройти? – в глаза смотреть не осмеливается.
– Что-то узнала о фее?
– Я не хочу этим заниматься, это подло, Алекс!
Издевательски потрепал ее по щеке.
– Хочешь жить – умей вертеться, девочка моя.
– Это так плохо, – прошептала она дрожащим голосом, смахивая подступившие слезы.
Ох уж Джахард3, сейчас этой влажности мне как раз не хватало.
– Плохо – шпионить за мной, прислуживая моему папаше, а все остальное ты делаешь для того, чтобы выжить. Завтра выходной, поэтому сегодня будем ночевать в особняке.
– Алекс, а можно мне остаться в общежитии?
Рука прямо уже дергается хорошенько ударить ее за тупые вопросы. Наклонился близко к инфантильному лицу и улыбнулся.
– Я спрашивал, хочешь ты или нет? Поставил перед фактом. У нас дела, заодно поможешь мне отчеты заполнить. Теперь иди на пару, ты опоздала.
Надо бы и об этих придурках подумать. Тратить время на ненужную дребедень, типа обслуживания остальных – тупо, а значит, создам качественные иллюзии для ребят, исключая Хакаффу, он заслужил. За все годы обучения Даруму не удалось распознать ни одну из моих иллюзий, все получится. С этой проблемой вопрос решен.
Второе, на днях был убит сиэлийский князь с рудиментом драгоценных глаз, Люси пока не знает о смерти дяди, в ближайшее время и не узнает. Ей не нужна эта информация, особенно подробности: мужчина был найден с пустыми глазницами, а его тело было разорвано и местами съедено.
Третье, по какой-то причине начали открываться порталы Излома, а Служба безопасности обнаруживает в столице гулей. Мы все еще не понимали, как такие твари родом из подземелий пустыни Артсахат, не выносившие солнечного света, оказались на территории империи?
Работы дохрена.
***
День пролетел незаметно, больше эксцессов не наблюдалось, об иллюзиях не стал предупреждать, сделаю завтра. Свадьба через месяц, но даже думать об этом не хочется, меня от Люси тошнит.
Сиэлия – древнее царство, оставшееся свободным только из-за Люси, которую было решено взять в политические заложники. Да-да, знаком я с ней с ее детства, но в том возрасте я еще испытывал жалость к маленькому и одинокому существу, оставшемуся одному в чужом месте и без поддержки семьи.
Она умеет вызывать эмоции даже у меня, не признающего человеческую расу. Отчасти благодаря моей протекции, к ней не приставали и старались не насмехаться, несмотря на унизительное положение. Но она посчитала нужным служить отцу. Мелкая шлюшка нашла способ выжить.
– Закончила, – она подбежала к нам с Далланом, поджидавшим ее у ворот университетского городка.
Я в это время был занят чтением одного из отчетов, представленных Дарумом.
– Лю, как дела? – Даллан взбодрился, хотя видел ее относительно недавно.
– Здравствуйте, лорд Лир, – ее неуверенный взгляд стал заметен даже боковым зрением.
Даллан широко улыбнулся и обхватил ее лицо, заставляя состроить гримасу. Она от неожиданности даже приподнялась на носочки, не способная противостоять сыну императорского советника.
– Л-л-лорд, вы…
– А ты хорошеешь прямо на глазах, Люси!
Она неловко оттолкнула его и, поморщившись, потерла щеки. Даллан взял ее за плечи, но прежде заправил ей за ухо прядь, выбившуюся из нетугой косы.
– Лорд, мне не… – наконец решилась попросить она.
– Руку убери, – мрачно произнёс я, не отвлекаясь от чтения.
Даллан понял сразу и вытянул руки в пораженческом жесте.
– Прости, малютка, увлекся.
Она отошла от него на пару шагов. Я как раз закончил читать. Дела плохи, ладно, разберусь уже в особняке.
– Даллан, руки при себе научись держать, – раздражение прямо ударило в голову. И этот меня решил взбесить.
– Да понял я, понял. Больше даже пальцем твою малышку не трону.
– Правильно сделаешь. Коутен, тебе в общежитие надо? – уже обратился к ней.
– Да, мне бы пару книг взять.
– Люси, они дома в библиотеке есть, не тупи.
– Ну, одежду сменную тогда.
Все. Выморозила.
– Лю-си, в особняке комната, в комнате шкаф, а в шкафу, ну-ка, угадай, что?
Прикусила губу и стыдливо промолчала.
– Мне ничего не надо.
Потрепал ее по светлой макушке.
– Умница, правильный ответ.
– Как мило, прямо собачка, – ехидно произнес Даллан.
Я бы обозначил другим словом, но сейчас лень выражаться. Смотрю на ее больную руку и, закатывая глаза, выхватываю сумку. Она сначала растерялась, поэтому произнесла примитивное «я сама».
– Все поехали, – буду сейчас я обращать внимание на это «я сама», с каких пор она решила, что к ее мнению прислушиваются?
Глава 5.
