силой, которая может превзойти даже силу самого известного демона империи.
– Думаешь?
Алекс, игнорируя его слова, усадил меня на кресло рядом с книжным шкафом, сам между тем сел прямо на место для гостей, аккурат перед императором. Эта наглость привела в ужас, сейчас его величество разозлится и все, но тот повел себя абсолютно спокойно. Когда мы оставались наедине, он был более жестким.
– Подружился с ней? – насмешливо указал на меня.
– Спасибо за подарок, – Алекс тоже в ударе, а я вся дрожу. Если сейчас Алексу придет в голову, он оставит меня ему и уйдет.
– Какое забитое дитя.
– Знаю, особенно рука у нее побаливает. Приходится лечить. Дуэли что ли назначать тем, кто ее трогает? – он с вызовом посмотрел на отца.
Подняла голову от испуга. Он сейчас заступился за меня?
– Хорошее решение, но несчастные случаи, увы, тоже случаются.
– Несчастных случаев конкретно с Люсией больше не произойдет.
– Ты разобрался с гулями?
– С ними боги в Артсахате пять тысячелетий не могли разобраться, а ты хочешь, чтобы я сделал это за пару месяцев? Твои ребята не справились, да? – с издёвкой хмыкнул парень.
– Алекс, хватит паясничать.
– Ты отстранил меня от дела, – резко рыкнул Алекс, – загрузив ненужной бумажной работой, а теперь требуешь найти источник распространения гулей? Ты и о порталах знаешь, но никак не додумаешься их связать?
– Не смей со мной разговаривать так, тем более при человеческом отродье! – гаркнул император.
– Это моя жена. Жена, навязанная тобой, так что считай, что она это я. Изломы открыты, а вместо того, чтобы предупредить магов, ты решил это скрыть? Может, сначала поставишь меня в известность?
Как-то жутко. Из курса истории я знала, что Изломом является грань миров, охраняющая их от слияния друг с другом. Обычно порталы в них могут открывать Вечные, и то не все: низшим и неизменным демонам это неподвластно, из Высших – мужчины, женщины не могут также, поскольку утратили способность к трансформации во времена Исхода4, подпитав внешние грани и закрыв их. К чему могут привести последствия открытых Изломов?
– Хорошо, – устало сдался правитель. – Гули появились полгода назад и почему-то только в столице. В начале был вариант, что дело в Изломах, но нет. Проблема с Изломами началась недавно, проблема с гулями – раньше.
– Еще не выяснили, как эти уродцы выжили при дневном свете? – задал логичный вопрос Алекс, я тоже сразу об этом подумала. Эти существа обитали в подземельях пустыни Артсахат, они погибали при солнце. Так странно.
– Мы сами не можем понять. Ощущение, будто на них какие-то щиты. Князь, возможно, что-то знал, раз с ним поступили так, что ни один некромант не может теперь его допросить.
Я взглянула на напрягшегося вдруг Алекса. Чего это он?
– Син, Люсиа вит интэ, – вдруг произнес Алекс на неизвестном языке, но разговор, кажется, шел обо мне.
– Ксах, их сангани, – ухмыльнулся император.
Повисло заметное напряжение. Да о чем это они? Может, собственное имя мне послышалось?
– Мы друг друга поняли, – холодно произнес Алекс.
– Разберешься с гулями?
– Оставляешь на меня грязную работу? – но, невзирая на саркастичный настрой, Алекс все равно серьезно кивнул.
– И еще, что ты знаешь о группе «Тень»?
– Что?
– Ладно, ничего. Орудуют тут в последнее время, напрягают. Не знаю, какие цели преследуют, но поймать не можем.
– Отец, давай без этого. У меня еще гули.
Не успел император ответить, как диалог прервал стук в дверь кабинета.
– Входи, Гюнтер.
Я привстала, делая книксен, когда с обрамлением позолотой двери открылись, приглашая в комнату советника его величества. Высокий мужчина среднего возраста неслышной тенью вступил в мрачное помещение. Его бархатный черный костюм почти сливался с волосами цвета смоли, а тяжелые свинцовые глаза сузились при виде нас.
– Мрачных дней, ваше высочество, – отец Даллана поприветствовал Алекса кивком, аккуратно коснулся губами тыльной стороны моей ладони. – Кошмарного дня, принцесса.
– Сумрака побольше, лорд Лир.
– Алекс, ты так отдалился от меня, – лорд Лир улыбнулся, отчего на уголках глаз появились морщины. – Не знал, что адъютанты так поступают с генералами.
– Лорд Лир, не все адъютанты просто вытаскивают собственных генералов из запоя. Ладно, приятно было пообщаться, мы уходим.
Он встал, предлагая мне руку, и увел из кабинета правителя. Когда двери захлопнулись, я выдохнула, не скрывая облегчения.
– Не так страшно на деле, м? Пойдем есть.
Глава 7. Адрианн Стаури
Мужчины взглядом провожали уходящую пару. Один – величественно сидя на кресле, другой – стоя, погруженный в собственные мысли.
– Думаешь, справится? – прервал советник затянувшуюся тишину.
– Он, конечно, мерзавец, но ответственный. У него хорошая логика и огромная сила, это дело как раз для него, – император знал о вспыльчивости и жестокости Алекса, но и не признавать холодный рассудок и силу сына он не мог. Алекс работал даже тогда, когда Адрианн его отстранил, по правде говоря, этот парень всегда был заядлым трудоголиком.
– Я не раз говорил тебе, что из всех твоих детей только побочные на тебя и похожи, – не без иронии подметил лорд Лир, скосив взгляд на императора.
– Пошел ты, – обошелся его величество без формальностей.
– Вы даже говорите одинаково, – хмыкнул советник. – Чья же кровь в нем сильнее, твоя или матери? Ты ведь мне о ней не рассказывал, кроме того, что известно. Больше двадцати лет прошло, Ади, а ты все молчишь, как так?
– Гюнтер, зачем приходил?
– А, точно, у нас заседание через пятнадцать минут. Поспеши. Глава 8. Воспоминание
– Темных, – он уселся рядом и с интересом посмотрел на меня.
Я держала в руках книгу по грамматике имперского языка. У меня все еще имелись проблемы, надо повторять, мне наняли гувернанток, но самостоятельное изучение никто не отменял.
Второй принц страшный и мрачный. А в глаза заглянешь, жизни никакой нет. Втянула голову в плечи, с напряжением глядя на него. И где мои сопровождающие? Они же обычно рядом бывали, кроме встреч с императором, а сейчас исчезли. Алекс Стаури пугал, всегда просто смотрел, изучал, как добычу какую-то. И взгляд такой презрительный, словно брезговал.
– Здравствуйте, – бормотнула, сжимая краешек книги.
К приветствиям их никак не привыкну, кошмарных, ужасающих, мрачных желают друг другу. Темные же.
– Вы, наверное, здесь гуляете, я пойду, – сказала неуверенно, натянуто улыбнувшись и привстав.
Он усмехнулся, обнажая белоснежные зубы и небольшие, но острые клыки. Будто раздумывал, что будет со мной делать и каким пыткам подвергать.
– Попытаешься уйти, переломаю тебе ноги.
Больной совсем? Криво ухмыльнулся. Но рисковать не стану, сажусь обратно.
– Извините.
– За что извиняешься, если угрожал тебе я?
«На всякий
