как какой-то жуткий некромант над результатом своих экспериментов. Впрочем, о чем это я – он и есть жуткий некромант!
– Живая? – холодно поинтересовался луксур Таэр.
– Не благодаря вам! – проворчала я, потирая копчик.
– Вставай, – приказал он, как, должно быть, приказывал умертвиям на практикумах. Или призыватели душ этим не занимаются?
И пока я, путаясь в длинной юбке, пыталась подняться, он обогнул меня и ушел.
Глава 5
Поднявшись на ноги, я бросилась догонять хозяина дома. По пути я обдумывала способы заманивания темного мага в столовую, а еще надеялась, что он не отправился на третий этаж, куда запретил мне подниматься: тогда план накормить луксура Таэра горяченьким и наконец поесть самой накроется медным тазом.
Удивительно, но судьба, которая с самого утра один за другим подбрасывала мне неприятные сюрпризы, на этот раз ради разнообразия решила подбросить приятный: луксур Таэр нашелся в столовой перед накрытым столом – и заманивать не пришлось.
Он стоял и в изумлении взирал на графин с морсом, на блюдо с канапе, на аккуратно разложенные столовые приборы и свернутые салфетки.
Я заранее заготовила пафосную речь, которая должна была завершиться фразой «Кушать подано», однако после позорного падения у ног темного мага и беготни по дому, да еще и на голодный, из последних сил протестующий желудок, я коротко и просто сказала:
– Давайте уже поедим, пожалуйста! Очень есть хочется!
– Ты сама это приготовила? – Луксур Таэр чуть повернул в мою сторону бледный профиль с упавшей на лоб черной челкой.
– Нет, домовой! – вырвалось у меня в сердцах. Вот что с человеком голод делает: уже и мозг начал страдать от нехватки энергии. – Ой, прошу прощения. Конечно, это я приготовила.
Клянусь Творцом, если этот несносный темный маг сморщит свой высокородный нос и откажется от обеда, я его силком заставлю поесть! Но, удивительное дело, луксур Таэр едва слышно хмыкнул и приглашающе раскрыл ладонь: присаживайся, мол.
У стульев снова возникла заминка. Правила приличия велели хозяину дома помочь гостье сесть, но обожженные руки этому препятствовали. Да что там: луксур Таэр и самому себе не мог отодвинуть стул, а потому мрачнел на глазах. Он едва заметно шевельнул пальцами, пытаясь сплести заклятие, но куда там: магия, обычно послушная, сейчас не откликнулась на зов.
Чтобы не дать неловкому моменту обернуться катастрофой, я вцепилась в спинку ближайшего стула – тяжелый, зараза! – элегантным – надеюсь! – движением выдвинула его и улыбнулась:
– Пара пустяков!
Судя по крепко сжатым губам моего работодателя, он случившееся пустяком не считал, однако сдержался и промолчал. Я сняла с его тарелки крышку-клош, порадовалась тому, что поднялся парок, а значит, каша не остыла, налила в стакан морса и поставила его рядом с правой рукой мага, и только после этого присела сама.
Луксур Таэр очень осторожно и неловко взял ложку негнущимися пальцами, и мое сердце замерло: что если не справится? Еще один удар по самолюбию темный маг не перенесет и в столовую больше не придет. Повезет, если не замурует в стену свидетельницу своего позора, то есть меня!
Темный маг, держа ложку так, будто она сделана из хрупкого стекла, медленно поднес ее ко рту, не пролив и капли, а я только сейчас поняла, что все это время не дышала. Я выпустила воздух и мысленно отерла воображаемый пот. Кто бы мог подумать, что обычный прием пищи может превратиться в такое волнительное и нервное действо!
На занятиях по этикету луксерия Висс учила нас, будущих муз, как следует вести себя за столом: поддерживать легкую, непринужденную беседу на отвлеченные темы, чтобы, не дай Творец, не испортить работодателю аппетит. К легким темам относились погода, домашние любимцы, если таковые имелись, сад, книги, городские новости, если они не касались политики и криминала.
Однако, хоть долг и повелевал мне развлечь хозяина дома незатейливой беседой, желудок, похоже, уже начал переваривать меня изнутри, злобно вгрызаясь в печенку. Я схватила ложку и уничтожила кашу, заглазировала ее сверху парой канапешек, плеснула в стакан морса и уже собиралась отпить, когда заметила насмешливый и внимательный взгляд.
Теперь, когда мы с луксуром Таэром оказались почти одного роста и наши лица разделяло расстояние не больше полуметра, я смогла разглядеть, какого удивительного цвета его глаза. Издалека они казались карими, но сейчас, когда из распахнутого окна лился яркий солнечный свет, я увидела, что радужка темно-синяя. Темно-темно-синяя, как если бы в глаза луксура Таэра закапали чернила. Я невольно замерла, не донеся до губ стакан с морсом. Сытый мозг фонтанировал нелепыми восторженными ахами: «Ого, а у всех темных магов такой необычный цвет глаз или вы какие-то специальные грибы употребляете?» Почему грибы? Какие грибы?
Я нервно улыбнулась и выдала, как и учила нас луксерия Висс:
– Лето в этом году жаркое. Пшеница колосится, опорос и отел идут отлично.
Темный маг поперхнулся кашей. Подозрительно как-то поперхнулся. Сдается мне – сдерживал смешок. Схватил стакан, разом осушил половину, поморщился. Странно, ведь я туда стакан сахара бухнула – морс не должен кислить.
– Вы хорошо знакомы с сельскохозяйственными работами? – светски поинтересовался хозяин дома, неожиданно переходя на «вы».
– Нет, – сдулась я и вдруг призналась: – Просто волнуюсь. Я впервые исполняю обязанности музы и боюсь напортачить.
Лучшая подруга Силеста считала мою откровенность ужасной чертой характера, которая однажды испортит мне карьеру. Далеко не все работодатели хотят слышать правду, куда легче скрыться за ничего не значащими фразами о погоде и природе, для этого и придумали этикет. Я боролась с собой изо всех сил, но все равно нет-нет да резала правду-матку. Вот как сейчас: высказала в лоб своему первому работодателю, что не уверена в своих способностях музы. Молодец, Шайни!
Луксур Таэр внезапно подался вперед, цепко вглядываясь в мое позеленевшее от смущения лицо, и сказал:
– Благодарю за прямоту. Тогда и я скажу прямо: уходи из этого дома. Сегодня. Находиться рядом со мной опасно!
Я застыла, вжавшись в спинку стула, не находя слов.
Луксур Таэр закашлялся, будто ему что-то мешало в горле, снова отхлебнул морса, удивленно посмотрел на красноватую жидкость и спросил, сузив глаза:
– Что это?
– Морс, – пролепетала я. – Я нашла клюкву в морозильном ларе и сварила из нее морс.
Луксур Таэр вскочил, опрокинув стул, который упал с грохотом, напугавшим меня до полусмерти. Но еще сильнее меня испугал взбешенный и полубезумный вид темного мага.
– Это не клюква! – рявкнул он. – Это теневиктус! Неважно…
Темный маг зачем-то бросился к окну. А я пыталась вспомнить, что такое теневиктус, – кажется, эту ягоду используют призыватели,
