– Ну, я хоть не настолько ужасен.
Дэвид был третьей моей попыткой «снова вскочить в седло».
Ну вот, шестое свидание на носу, а меня охватила такая лень, что я к нему даже не подготовилась. Так что теперь я спешила вовсю, особенно с депиляцией по линии бикини. Одинокой женщине без этого не обойтись – все мужчины, с которыми я встречаюсь, рвутся, так сказать, в сад – так что лучше подстричь для них травку. Депиляция столь же важна, как крепкое рукопожатие при интервью с потенциальным работодателем. Если ты не в безупречном порядке, как одетая, так и раздетая, успеха не добьешься.
Прежде чем отправиться в косметический салон, я проглотила несколько таблеток адвила, чтобы избавиться от неизбежной отечности. Хельга запаздывала. Покопавшись в своей тяжелой сумке от «Селин», я извлекла список необходимых дел и вычеркнула пункт «депиляция». Хельга попросила меня раздеться в комнате номер пять. Не пугайтесь, это не «Порнографические рассказы от Стефани Кляйн». Пока еще нет. В комнате стояло жесткое металлическое врачебное кресло с невысокой спинкой из кожзаменителя, похожее скорее не на кресло, а на табуретку с валиком для поддержки спины. Кресло втиснулось между массажным столом и переполненным мусорным ведром. Ну да, салон не особо фешенебельный, но все же и не какой-нибудь доморощенный маникюрный кабинет, где завели солярий и косметолога. «Массажный стол» был из тех, которые стоят в смотровых у врачей. Он был покрыт, во избежание антисанитарии, полупрозрачной бумагой. Только вот сегодня бумага была вся в тальке и пятнах от масла и воска. Переполненный контейнер для мусора едва сдерживал массу использованных рулонов бумаги и тряпок, покрытых толстым слоем воска с налипшими на него короткими черными волосками. Я вышла из предназначенной мне комнаты и сказала Хельге:
– Э, кажется, комната не готова.
Хельга кое-как прибрала помещение. Она двигалась на полусогнутых, словно домохозяйка, извлекающая из-под раковины половую тряпку. Меня наградили вежливой полуулыбкой и попросили раздеться и лечь. Хельга вышла. Халата она не оставила. Я растерялась. Нужно ли снять все нижнее белье? Обычно я раздевалась не полностью, но ведь я собиралась на свидание с бразильцем, а в Бразилии... И я сбросила туфли, вылезла из джинсов и сбросила трусики. Взобралась на стол и, под шорох и поскрипывание бумаги, стала ждать.
Хельга, словно гимнастка, втерла тальк в ладони. Разведя мне ноги, она покрыла тальком обнаженную кожу вдоль внутренней стороны бедер и на лобке. Затем она окунула в горячий воск закругленную палочку, подождала, пока стечет лишнее, и подула на нее с таким видом, будто это был горячий суп. Разровняв толстый слой воска, она промокнула его тканью, разгладила ткань ладонью, прихлопнула и резко сняла ее. Ну ладно, так мне уже делали, ничего особенного.
Господи Боже ты мой, мы приближались к самым сокровенным местам. Мне пришлось напрягать мышцы там, где она работала, чтобы кожа натянулась и ткань захватила воск. Я хватала себя за самые укромные местечки, раздвигая бедра, растягивая губы. Это было куда менее приятно, чем казалось. Я велела оставить совсем небольшой квадратик волос на самом верху. Перед этим я удостоверилась, что эта полоска волосков ни к чему не прилегала... Она колыхалась почти как поплавок. Я не могла поверить, что мне сейчас удалят волосы с верхнего края половых губ. Я почувствовала, как теплый воск добирается, похоже, до самого клитора, и с ужасом подумала: неужели уже поздно? Может, я еще могу передумать? Я выдохнула и принялась усердно молиться.
– Вот кароший тефочка. Очень кароший тефочка.
Кажется, уже все. Кажется, Хельга уже вытащила заостренный пинцет и увеличительное стекло, чтобы извлечь случайно оставшиеся волоски. Но не тут-то было!
– Латно, теперь на шифот. Фот так! Так и лешите, милочка. Фы мошете это растфинуть?
Это она попросила меня раздвинуть ягодицы. И принялась ковыряться в них – именно ковыряться, так, как ищут в сумочке мелочь – теплой палочкой-зондом.
– Чище чистого! Готоффо, – провозгласила она, покрывая мой припухший лобок, бедра и щель между ягодицами теплым детским кремом.
Готово. Благодарение Всевышнему! Но приведение себя в порядок еще не окончено. Надеюсь, Дэвид того стоит.
Вернувшись домой, я удостоверилась, что мои подмышки благоухают, а вот квартира выглядит ужасно. Для начала я взялась за ночной столик. Вид ночного столика открывает нам многое. Не меньше, чем выбор обуви. Я поправила стопку книг, водрузив сверху французскую мыльницу, наполненную презервативами. Некоторые проверили бы, нет ли в стопке книге пугающими названиями типа «Отец голод», «Борьба с перееданием», «Жадные и обездоленные» – и убрали бы их подальше в комод. Но я в этом смысле до ужаса беззастенчива и поэтому оставила книги на видном месте. Ваза с маргаритками, графин с питьевой водой, повязка для глаз и упаковка противозачаточных таблеток выстроились поровнее. Теперь бы еще пыль стереть. Квартиру я убирала голышом. Я не могла решить, что надеть, и не хотела даже задумываться об одежде, пока квартира не станет чистой. Я не собиралась приглашать Дэвида в дом, пока дом не будет представлять меня такой, какой я хотела выглядеть.
Обрывки писем засунуты в пакет, все DVD в своих коробках, в плейере романтическая музыка. Свежесрезанные цветы расставлены в гостиной, у кровати и даже в ванной – в вазе для салфеток от «Тиффани», подаренной мне на свадьбу. Вот я и готова принимать гостя. Ну, почти готова. Время уже поджимало.
Значит, гель для легкой укладки и заколка в волосах. Почистить зубы и подмыться. Принимать душ и тщательно краситься некогда. Понимаете, в спешной подготовке к свиданию есть свой шарм; это иногда хорошо смотрится. Все женщины должны это уметь. Освежитель воздуха, свежие цветы, гель для укладки, быстрое подмывание, сексуальное белье – и все готово. Ну, некоторые, конечно, побольше лоску наводят. Можно еще духи использовать, но я не хочу походить на французскую проститутку... Пожалуй, обойдемся. Ладно, хорошо, надушимся самую малость.
Иногда парень кажется вам очень симпатичным (или же вам хочется испытывать к нему симпатию), потому что он такой внимательный, настоящий джентльмен. Это как раз про Дэвида. Наши предшествующие свидания завершались под покашливание и неодобрительные взгляды официантов: не замечая времени, мы продолжали увлекательную беседу до двух часов ночи. Провожая меня домой, Дэвид непременно покупал Линусу хот-доги в кафе «Грэйс Папайя». Отличный ход! Продемонстрируйте, что вы без ума от ее собаки, и непременно попадете в список претендентов.
Мне действительно хотелось им увлечься. В теории он производил замечательное впечатление. Банкир, выпускник престижного учебного заведения, живет один, огромная квартира с террасой. Родители до сих пор не разведены. Дэвид любил вино, мои волосы и даже мою собаку. Его неторопливая манера привставать из-за стола, когда я появлялась, выглядела впечатляюще; я слышала о таком, когда женщины рассказывали о свиданиях. Такие вещи делают, чтобы произвести на женщину впечатление. А что Дэвид это делал... Ну, какая разница? Он часто посылал мне е-мейлы на самые разные темы: от реорганизации основного отделения моей фирмы до очерков из истории городка Сэг-Харбор – я говорила ему, что снимаю там летом часть дома. Его ссылки на статьи в Интернете о шикарных новых ресторанах были куда круче всяких поз. Он даже целоваться умел, хотя с тех пор, как я стала обучать его пользоваться языком, дела пошли куда лучше. Кому-то рано или поздно пришлось бы отучать его от клевков-чмоканий на птичий манер. В конце концов, он даже выучился держать мое лицо обеими руками – так сразу ясно, что ты увлечен поцелуем, – и правильно использовать язык. Я знаю, я настоящий благодетель общества.
