упало. Вниз, под балкон.
Валентин помолчал, а потом спросил:
– Принеси, пожалуйста, мои вещи, а?
– Чего? Кого ты тут увидел? Девочку на побегушках? Я за твоими шмотками побегу, а ты обчистишь мои карманы?!
– Да не вор я, говорю же… Я бы и сам пошёл, но в трусах же. А там февраль, минусовая температура. Лена, будь человеком, помоги, пожалуйста.
– Не могу, – развела я руками в стороны.
– Хорошо. Дай что-нибудь мне надеть. Я сам спущусь, а потом верну. Мужик же у тебя есть?.. Одолжи на несколько минут что-нибудь.
– Моя личная жизнь тебя не касается, Валентин.
– Да мне пофиг на твою личную жизнь, Лена. Мне самому неловко от всего. Хочу убраться как можно быстрее и забыть эту нелепую ситуацию. Дай что-нибудь надеть, а? Ну будь ты человеком…
– Одежду? Хорошо, Валентин. Сейчас.
Я раскрыла дверцу шкафа и задумчиво произнесла:
– Тебе подойдёт размер S, Валентин?
Тут же развернулась и топнула ногой:
– Представь себе, мой халатик на тебя не лезет, громила!
– Я не громила.
– Ага, посмотри на себя! Плечи как у качка.
– Я слежу за собой. Это что, плохо?
Валентин откинулся на диване и сложил руки на груди. Все его мышцы от такого простого движения заиграли под смуглой кожей. Так, Лена, не пялиться. Я повернулась к шкафу и выудила самую огромную футболку, в которой тонула. Безобразное чёрное нечто с жёлтой надписью «спецназ». Понятия не имею, откуда эта футболка у меня взялась, но в ней я всегда делаю генеральную уборку. Она мне была как туника – ниже попы. И ещё я выудила носки, забытые Данилом. Швырнула это Валентину. Мда…Носок Данила налезал Валентину только до половины его огромной ступни.
– Господи, какой у тебя размер ноги? Пятьдесят восемь, что ли?
– Сорок семь, – огрызнулся Валентин и, отбросив бесполезные носки в сторону, начал натягивать футболку на своё тело. Она кое-как села на него в облипку. Я не удержалась от смеха: на крупном мужчине моя футболка смотрелась как укорочённый топ для девочек из команды поддержки. Валентин двинул рукой в сторону – футболка затрещала.
– Да что тебя! – выругался Валентин и сорвал с себя чёрный кусок ткани заправским жестом стриптизёра.
– А говоришь, не стриптизёр!
– Я повар! – упрямо повторил Валентин.
– Ага. Может быть, ты стриптизёр, изображающий повара. Или парень по вызову. Проститутка-повар…
– Послушай, Лена!
Поднялся Валентин, шагнув ко мне. А я сжалась от испуга. Он же просто огромный, как медведь, ударит ладошкой – от меня и живого места не останется.
– Да перестань ты! Я не бью женщин, – расстроился Валентин, – тем более таких крошечных.
Я зарделась. Крошечной я себя назвать не могла, но по сравнению с этим гигантом я была Дюймовочкой. Так, стоп…
– Ладно, Валентин-повар, – я согнула пальцы в воздухе, изображая кавычки, – как ты уже понял, с одеждой я тебе помочь не могу.
– Фиг с тобой. Я так выйду.
Валентин направился к входной двери, демонстрируя мне широкую спину и подтянутую мужскую задницу.
– Откроешь дверь?
– Не могу.
– Не хочешь? Давай мы прекратим этот спектакль.
– Я не могу тебе открыть эту дверь, потому что замок старый и его заклинило. Он только снаружи открывается.
– Я попробую, – упрямо мотнул головой Валентин.
Я молча протянула ему ключ. Валентин повозился с замком минут пять, но безрезультатно.
– Да его просто разобрать, и всё!
– А ты его починишь, повар?
– Да что ты ко мне привязалась? Ещё и издеваешься! Да, я повар-кондитер в ресторане!
– Ага, – фыркнула я.
– Не веришь? А я тебе сейчас докажу! Испеку печенье. Нормальное печенье, которое можно будет есть. Нет, не просто есть, наслаждаться!
– Не-е-ет, не надо хозяйничать на моей кухне!
Но Валентин уже направился на кухню, отодвинув меня в сторону своей рукой.
Глава 5
Валентин дёрнул дверцу моего холодильника, словно хотел её оторвать.
– Та-а-ак, что у нас тут?
– Не трогай ничего в моём холодильнике, человек-гора!
– Яйца есть. Масло… не самое удачное, но сойдёт… – бубнил себе под нос Валентин, выгружая продукты из моего холодильника, – я научу тебя готовить. Хотя…
Он осмотрел меня с головы до ног и фыркнул:
– Нет, не выйдет. Но хотя бы ты узнаешь, какой должна быть настоящая выпечка.
Кот Стёпка, спавший до того на стуле, потянулся, зевнул и… начал тереться о ноги Валентина. Предатель! Стёпка, вообще, не переваривал чужих мужчин и шипел на них издалека. А тут трётся словно Валентин намазан валерьянкой.
– Даже твой кот голодает!
– Стёпа не голодает! – возмутилась я.
Но Валентин уже вытащил колбасу и отрезал кусочек, бросив коту.
– Стёпе нельзя, Стёпа не ест колбасу!..
Нет, Стёпа не ел колбасу. Сейчас он её жрал с таким довольным видом, словно не воротил свою наглую морду от всего, кроме куриной печени.
– Кот накормлен, – довольно заявил Валентин и вымыл руки, – где у тебя мука и ванилин? Хотя бы порошковый ванильный ароматизатор у тебя есть, горе-хозяйка?
– Я не горе-хозяйка. Просто замоталась и проглядела. Да почему я, вообще, перед тобой отчитываюсь? А ну уйди отсюда!
Я обхватила локоть Валентина и потянула его, но куда там. Человек-гора развернулся и усмехнулся, обхватил меня за талию, усадив попой на широкий подоконник.
– Яблочко погрызи! – Валентин ловко всунул мне в руки яблоко из корзины с фруктами, – и не мешай мне.
– Рецепт не забудь подсмотреть… Записан, наверное, на этикетке с внутренней стороны трусов!
– Рецепт у меня вот здесь, – Валентин постучал по своей голове и подкинул яйца в воздух.
– Мать… – выдохнула я, думая, что всё – вот сейчас точно моя кухня будет загажена, но на удивление Валентин не уронил яйца, а жонглировал ими.
– Ладно, допустим, ты клоун-жонглёр, – чуть спокойнее произнесла я.
