в тебе
есть, проснулось полностью?
Она почувствовала странную робость. Такого ей ещё никто не говорил.
Но сама-то…
Да, она знала, что не такая как все.
Мать, когда отчитывала её за какие-нибудь проступки или шалости, никогда не… Била её. Даже не шлёпала. И даже в глаза старалась не смотреть.
Почему?!
Вначале она даже думала, что — приёмная. Что мать взяла её из детского Дома.
Однако годам к тринадцати, когда у неё началось перерождение, и произошла первая менструация, лицо в зеркале однозначно показывало: нет, никакого детдома. Она — родная! Плоть от плоти, кровь от крови.
Просто — нелюбимая. Вот Машка, младшенькая — любимая. А она… Нет.
Сергей, молча наблюдавший за тем, что творилось с ней, очевидно, понял, что что-то не так. Что он, вольно или невольно, задел больную струну в её душе. Он встал:
— Идём-ка. Я… Должен кое-что тебе показать.
В старом парке оказалось только несколько парочек, хихикавших и повизгивающих по скамейкам и кустам — летняя ночь использовалась веселящимися по полной!
Они быстро прошли в дальнюю, ещё не обустроенную местной Администрацией, полузаброшенную часть парка — к павильону, где раньше размещался аттракцион «Кривые зеркала». Здесь не было скамеек и деревьев. Наверно поэтому вокруг и не оказалось никого. Ещё бы — слишком всё открыто, травы и кустов нет, а всё больше кучи строительного мусора, да ямы. Да и дорожки вокруг из гравия — неудобно!
Сергей отпер амбарный замок на створках своим ключом.
Ого! Откуда у него ключ? И для чего?..
Что он делает тут, в пустом и гулком помещении, куда позвал её?
— Встань здесь, в центре. Закрой глаза. Успокоилась? — он видел, что она чуть ли не дрожит — ещё бы! Страшно! А ещё очень стыдно. Сознаваться, что она, хоть и страдала по нему, и готова была к…
Но — стеснялась! Того, что всё ещё девственница!
Хотя и непохоже было, что он привёл её сюда для банального секса…
— Закрыла? Хорошо. Не бойся. Отдышись. Постарайся стать… Серьёзной. Ну, такой, как всегда. Думай, например… Что тебе нужно сделать занудную, но — нужную работу. Да — работу.
Она… подрастерялась. Затем попробовала сделать так, как сказал Сергей. Хм-м… ну, предположим, ей предстоит очередной зубрёж перед зачётом. По той же химии…
— Вот так, да. Теперь скажи: «Я здесь и не здесь. Я везде — и нигде. Я — в Авалоне!»
Хмыкнув (Про себя!) она медленно и торжественно, как чуяла, он хотел, произнесла, словно это было неким волшебным заклинанием:
— Я здесь… И не здесь. Я — везде и нигде. Я — в Авалоне!
Почему-то вдруг пропал шум, до этого доносившийся сквозь стены и окна павильона со стороны Дома Культуры. Запах пыли и давно не проветриваемого пространства пустующего помещения тоже исчез.
Вместо этого пахнуло какими-то цветами. Розы? Нет, похоже, магнолии. (Нюхала она их как-то в оранжерее жены Председателя. Их сельсовета…)
А ещё почему-то пропало ощущение, что Сергей стоит рядом. Да и глаза… Не-е-ет, вокруг уже вовсе не темно!
Сквозь плотно сжатые веки она ощущала, что снаружи — и светло, и тепло. Гораздо теплей, чем было только что.
Но почему он молчит? Что случилось?
Она решилась глаза открыть.
Гос-с-поди!..
Сквозь чистые — замечательно отмытые! — окна пробивалось ярчайшее солнце!
Она стояла в центре круглого павильона, вроде, нисколько не изменившегося, но…
Но это — был не тот павильон!
Она поняла, что произнесённая фраза действительно сотворила Чудо.
Она — в другом Мире! Быть может, даже на другой Планете! Ну, или, если верить тому, что там болтают фантасты — в «параллельной Вселенной»! И…
Авалон?! Она до этого не задумывалась, но вроде это… Страна эльфов?!
Ну и что ей теперь делать?! Как вернуться?! Вот уж «погуляла» так погуляла…
Нерешительно она шагнула к двери. Та оказалась не заперта. И вот она…
В саду.
Но Боже — что это за Сад! Она задрала голову.
Тень дают цветущие акации, и… Каштаны. Значит, она всё-таки — на земле? Или…
Пышные и огромные (В её рост!) кусты роз. Причудливые изгороди из вечнозелёных кустов. Вон стоит приземистая магнолия: усыпавшие её, словно огни в окнах — Новогоднюю ночь, белые бутоны и распустившиеся звёздочки цветов перебивают все остальные цветочные тона. А вот и тюльпаны — красные, фиолетовые и желтые головки побольше её головы! А это — скромная низкорослая лаванда в голубых точечках соцветий…
Как это сделано — что всё цветёт одновременно?!
Нет, определённо — дома, и не в теплице — такое невозможно!..
Где же она?..
Между кустов и деревьев появилась фигура: кто-то шёл по тропинке, от того, что раньше было Домом Культуры, а сейчас превратилось во что-то вроде древнегреческого Храма, с чёткими пропорциями, и великолепными белыми стенами и колоннами.
Приблизившись, фигура оказалась невысокой женщиной в простом белом платье, и с пышной (но, конечно, не настолько, как у неё…) причёской из медно-медовых волос.
— Здравствуй, Евгения. Не сильно испугалась?
— З-здравствуйте. Н-нет, не сильно… — она и правда не испугалась. Поздно бояться, когда по уши вляпалась! Ох, Сергей, ох, фокусник! Куда же это он её?..
— Ну и отлично. Ты в Авалоне. Идём. Я провожу тебя к Главноуправителю, и он тебе всё расскажет. Почему ты здесь. Кто ты. И что сможешь делать дальше…
— Спасибо. А вы… кто?
— Я — Маддалена. Если останешься здесь, первое время я буду твоей… Кураторшей.
— Кураторшей?..
— Ну да. То есть — если у тебя возникнут вопросы, я постараюсь на них ответить. И помочь. Устроиться. В-смысле, обустроить твой быт. Здесь.
— Спасибо… А что — я могу и не остаться? То есть — смогу вернуться домой?
— Конечно! Домой ты сможешь вернуться в любой момент! Или можешь выбрать это Измерение, как базовое. Как можешь выбрать и Йотунхейм, или Валгаллу, Аид или Парнас, Дом Ориона, или… Ведь ты прошла через Портал, значит — сможешь проходить всегда! Словом, всё теперь будет в твоей власти, но! Лишь в том случае, если решишь остаться. И выберешь!
— Что — выберу?
— Измерение. А проще говоря — Мир, где захочешь жить и… работать! — они неторопливо двигались к Храму, и Жека поражалась — до чего же здесь светло и тихо, если не считать жужжания пчёлок и пения незнакомых птиц! Словно нет ни Заводов, ни Комбината, ни вечно гудящей ТЭЦ, ни… Словом — никаких людей и их вездесущих машин!
— Простите, что спрашиваю… Это — Рай?
Маддалена рассмеялась. Весело и непринуждённо. Всплеснула руками: «Все так говорят!»
Камень с
