хочу.
Знакомлюсь с охранником, представляясь новым владельцем шестьдесят второй квартиры. Он объясняет, что три автомобиля, которые ранее принадлежали моему отцу, стоят на подземном паркинге. Григорий подтверждает информацию, заявляя, что все документы, как и ключи, передаст мне лично чуть позже.
– Как ее хоть зовут? – спрашиваю, когда мы поднимаемся с мужчиной на лифте.
– Альбина, – тяжело вздыхает мужчина, а я в ответ усмехаюсь.
– Оригинально, ничего не скажешь.
Двери лифта открываются, и мы попадаем на просторную площадку четвертого этажа. Перед нужной дверью замираю – ни разу здесь не был, и если бы не сложившиеся обстоятельства, то никогда бы не переступил порог этого дома. А Гриша тем временем достает из кармана ключи, открывает дверь и снова пропускает меня вперед.
Двухъярусная квартира впечатляет. По крайней мере, огромный зал с кухней-студией я могу лицезреть прямо сейчас. Григорий по-свойски проходит за барную стойку, достает из холодильника минералку и наливает в стакан, после чего выпивает залпом. Я медленно двигаюсь по комнате и нахожу две двери – одна, как выясняется позже, это ванная с туалетом, другая – кабинет отца, теперь, как понимаю, мой. Твою ж…
– Какие люди, – мои невеселые мысли прерывает женский голос, и мы с Григорием поворачиваем головы в сторону лестницы, по которой спускается блондинка.
Та самая Альбина, которая пару часов назад пыталась изображать из себя скорбящую вдову. На ней надето короткое черное платье, плотно облегающее фигуру – и в этом виде она собиралась показать всем, что страдает?
– Аля, дорогая, – начинает юрист после непродолжительной паузы, видя, что я не собираюсь ничего комментировать. – Тебе придется покинуть квартиру.
– Чего ради? – блондинка кривит нос, чем вызывает у меня еще большее раздражение.
– Дело в том, – продолжает Григорий, тоже, по-видимому, не желая долго лицезреть эту крашеную идиотку, – что Виктор оставил свое жилье вместе с машинами и бизнесом своему родному сыну. Знакомься, это Алексей.
Женщина впивается в меня взглядом, при этом ей приходится задрать голову, так как мало на моем пути встречается народа, чьи глаза находились бы с моими на одном уровне. При моем росте в два метра и два сантиметра практически всем моим собеседникам приходится задирать головы.
– Так может, договоримся? – томным голосом произносит Альбина и поднимает одну бровь вверх.
– Нет, – слишком резко вырывается у меня. – Не договоримся.
– Гриша, оставь нас с Алексеем наедине, – приказывает блондинка, но я взглядом заставляю мужчину не двигаться с места.
– Ты не поняла, красавица, – снова обращаю свой взор на женщину. – У тебя ровно сутки, чтобы покинуть этот дом. Можешь забирать всё, что хочешь, мне плевать. Гриша, – обращаюсь к юристу и поворачиваюсь к блондинке спиной, показывая, что разговор окончен. – Завтра здесь должны быть рабочие. Выбросить все, что здесь есть, и отремонтировать заново. А ещё сразу поменять замки на дверях.
– Но… – пытается вставить мужчина, однако я его перебиваю:
– Если ты хочешь, чтобы я управлял компанией, тогда обустрой мне жилье. Не хочу, чтобы даже мелочь мне напоминала об отце и его пассиях.
Получается резко, но на любезности нет ни сил, ни желания. Не дожидаясь ответа, я выхожу из квартиры, прикрывая за собой плотно дверь…
Глава 5
Наши дни…
За окном уже потемнело, но даже при свете фонарей видно, как идет снег. Интересно, сколько я простоял в одной позе, ни разу не пошевелившись? А всё эти чертовы воспоминания, чтоб им пусто было. Поворачиваюсь к окну спиной и смотрю на часы. Начало шестого – так много времени прошло. А казалось, день только недавно начался.
В голове пусто, точнее остается только одна мысль – ехать или не ехать? Вопрос, на который я третьи сутки не могу найти ответа. На душе тяжело и мрачно. Такое чувство, что все кары небесные разом свалились на мою многострадальную голову. И от этого только хуже.
Так ехать или все же не рвать себе сердце? Не бередить себе душу и забыть обо всем?
– Алексей, я к тебе, – в конференц-зал входит начальник службы безопасности, заставляя меня отвлечься от грустных мыслей.
– Давай завтра, Роман Иванович, – кривлюсь в ответ, показывая, что не настроен на конструктивный диалог.
– Завтра, так завтра, – спокойно отвечает мужчина, но не двигается с места, глядя на меня.
– Что? – через несколько секунд молчания я первым задаю вопрос.
– Ты все же решился продать бизнес? – аккуратно спрашивает мужчина, а я в ответ стону.
Как же они меня все достали! Ну, сколько можно постоянно задавать одни и те же дурацкие вопросы?!
Я не хочу возглавлять компанию! Я хочу играть в волейбол! У меня еще есть шанс все исправить! Маленький, но шанс!
И что из этого им всем непонятно?
– Послушай, Роман Иванович, – тяжелый вздох в очередной раз вырывается у меня из груди. – Что вы все меня здесь прессуете, как пацана пятнадцатилетнего? Ты же знал, что я с самого начала хотел продать этот чертов бизнес. Но пошел у вас с Гришей на поводу.
– Но ведь… – мужчина пытается вставить хоть слово, но я его перебиваю:
– Никаких “но”, Роман Иванович, – слишком печальным голосом произношу, так как воевать со своими сотрудниками нет никаких сил.
Хоть и знаю я начальника безопасности давно, и он, как ни странно, всегда меня поддерживал, наставляя отца на путь истинный, сейчас весь его внешний вид меня бесит. А его появление в самый неподходящий момент раздражает. Однако теперь я четко понимаю, что поеду – хотя бы просто посмотреть на игру одним глазком.
Роман Иванович Василевский дружил с отцом еще со школы. Потом судьба ненадолго их развела – учеба в ВУЗе, семья, маленькие дети, однако спустя время они снова начали тесно общаться. Я не верил, что у них получится работать вместе – отец в роли генерального директора и Роман Иванович в качестве начальника службы безопасности.
Стоит признаться, что я ошибся, так как несмотря на столь огромную разницу в социальном статусе они продолжали дружить. К тому же отец платил Василевскому одну из
