предал заветы нашей Богини, посмел осуждать её ритуалы и оскорблять Ллосс своими мыслями и чувствами. Она долго не предпринимала никаких действий, надеясь, что её дети сами разберутся и покарают отступников. Но мы были слепы, а они хорошо скрывались. Вот они, предатели нашей Богини, она сама назвала мне их имена! Это из-за
них наш народ едва не лишился покровительства Создательницы.
По залу пронёсся возмущённый гул, а Мать Сифан наслаждалась произведённым эффектом – она всегда умела произносить речи. Но Вэрс чувствовал, что это ещё не все, а бежать уже поздно – его дурные предчувствия наконец обрели форму. Ллосс не могла пропустить его, вычислив всех остальных, недовольных её властью. Ему лишь оставалось попытаться как можно дороже продать свою жизнь. Но он не успел. Как будто читая его мысли, Верховная Мать неожиданно оказалась рядом и положила невесомую ручку на плечо. Боковым зрением мужчина заметил чёрный блеск когтя-напальчника, а в следующее мгновение тот уже пропорол и зачарованные доспехи-одежду и кожу – плечо пронзила жгучая боль, а руки, ещё секунду назад сжимавшие рукояти верных клинков, разжались и повисли вдоль тела.
- И ты всерьёз надеялся противостоять мне и желанию Ллосс, сын? – прошипела эльфийка ему в ухо. – Как же ты наивен! Ты упустил свой шанс на достойную воина смерть, – затем она повысила голос. – Но самым большим разочарованием для меня стал Младший Принц – Оружейник нашего Дома! Его преступление тяжело вдвойне, поскольку он предал и меня лично, притворяясь истинным иллитири, а в душе богохульствуя и презирая свой народ! Именно ему суждено открыть врата в мир Богини, его кровь поможет нам свершить правосудие и дать Ллосс новых слуг.
Под конец своей пламенной речи Мать Сифан уже кричала, а лицо исказилось в торжествующей злобной гримасой. Вэрсу же было плохо, как никогда – его участь оказалась хуже смерти, ведь предстояло стать безвольным слугой кровожадной Богини на бесконечно долгий срок. Ну почему он не прислушался к дурным предчувствиям и не бежал?! А теперь выбора не существовало – коготь, вонзившийся в плечо, нёс на себе заговорённый яд глубинных пауков. Эта гадость замедляла движение крови по телу, а также полностью лишала способности управлять им, передавая эту власть тому, кто нанёс рану. Раненый же полностью осознавал себя и происходящее вокруг, но ничего не мог сделать.
Мать Сифан подошла к алтарю и приказала сыну сделать то же самое, а затем и лечь на камень. Тело Вэрса легко выполняло команды своей хозяйки, а разум вопил от ужаса. Он не хотел так умирать, и ладно, если бы это оказалась окончательная смерть. Но… Молодой дроу улёгся в полном боевом облачении на алтарь, имеющий небольшой уклон к голове. Исполнил приказ закатать рукава рубашки и вытянуть руки над головой. Верховная Мать выразила надежду, что его крови хватит на весь ритуал. Так вот зачем она использовала паучий яд – медленно вытекающая кровь продлит агонию на нужное время! Затем Мать Сифан и старшая дочь встали у изголовья, а младшая, совсем недавно получившая высокое звание Старшей Жрицы, в ногах алтаря. Три Жрицы Дома Са’Тэрвад затянули молитвенные песнопения призыва Ллосс, покачиваясь им в такт и держа в руках зажжённые чёрные свечи.
Благодаря своему наклонному положению, Вэрс мог видеть, как прямо перед Жрицами начинает клубиться чёрный туман, затем он очерчивает в пространстве большой овал портала. В это мгновение мать с сестрой повернулись к нему и одновременно вонзили в вены на запястьях тонкие полые иглы, через которые медленными тягучими каплями потекла его кровь. Магия вытягивала её даже против тока движения. Он не видел, но знал, что красная жидкость капает в специальные борозды, начинающиеся от алтаря и идущие прямо к тому месту, где завис портал. Там она скапливалась в небольшом углублении, а переполнив его, начала подниматься к туманному кольцу, питая то и окрашивая в насыщенный багровый цвет. К тому времени Жрицы поставили свои свечи по бокам портала, и как только всё кольцо засветилось багровым светом, они упали на колени и пропели окончание призыва: «Приди, Ллосс!».
Несколько секунд ничего не происходило, а потом пространство внутри кровавого кольца уплотнилось, и Вэрс увидел уродливую богиню тёмных эльфов и свою будущую хозяйку. Он не видел её прекрасного лица, не хотел видеть, перед ним стоял паукообразный монстр, жаждущий крови. В глазах Ллосс промелькнуло торжество, которого никто не заметил. Нежный голос звучал тихо, но его услышали все.
- Я вижу, мои дети наконец-то решили порадовать свою Создательницу и избавиться от позорной слабости и отступников. А тебе, Принц Крови, я приготовила особую участь, – от улыбки чудовища Вэрсу стало совсем не по себе, – но об этом ты узнаешь чуть позже. Начинайте Жрицы, я жду своих новых слуг!
Всё, что происходило потом, было совершенно омерзительно: Жрицы по одному подводили к кольцу безучастных дроу, Мать Сифан тянула короткую песнь и вонзала очередной жертве изогнутый ритуальный кинжал прямо в сердце, с удовольствием наблюдая за предсмертными конвульсиями, а за миг до полной смерти из портала вырывались туманные щупальца и, опутав тело, утаскивали его за собой. Вэрс не помнил, сколько это продолжалось, крови из него вытекло уже достаточно и перед глазами всё плыло от слабости. Сквозь шум в ушах он еле расслышал приказ Верховной Матери подняться и подойти к ней. Ну вот, сейчас всё и закончится, больше не будет сомнений и размышлений, отныне он перестанет существовать и станет преданным рабом чудовища. Мужчина, шатаясь, подошёл к порталу, ожидая последнего удара, который оборвёт его земное существование и ввергнет в кошмар.
- Нет, Сифан, он уже почти мёртв, нет нужды пробивать сердце. Я сама заберу его.
Вэрс уже ничего не видел, но почувствовал, как холодные и неожиданно твёрдые щупальца обвиваются вокруг него и поднимают над полом. Нет, нет, я не хочу, не так! – метались мысли, потому что кричать воин не мог. Когда он проходил сквозь портал, что-то вырвало из запястий иглы, кровь оросила туманное кольцо в последний раз и тотчас же оно схлопнулось.
- Кровавая Богиня приняла нашу жертву! Она благоволит Дому, раз лично забрала последнего отступника. Наша сила отныне возрастёт, – громко заговорила Мать Сифан, и она в самом деле чувствовала прилив магических сил, да и остальные Жрицы тоже, – и больше никогда мы
