захочется возвращаться для отдыха после путешествий по мирам, а соответственно – слугами-рабами и воинами, небольшой такой, безраздельно преданной только мне армией. За время своих путешествий по мирам я видела многие замки и дворцы знати, и кое-что уже вырисовывалось перед мысленным взором. Но всё это позже, пока у меня есть дело, занимающее всё свободное время.
Паучья Королева с восхищением соглашалась с любыми изменениями, планируемыми обожаемой Великой. Забавное прозвище придумали мне тёмные боги. Наконец всё было готово, детали ритуала обговорены, Ллосс донесла свою волю до Жриц, сопроводив её списком «неугодных и отступников», не забыв припугнуть наказанием за невыполнение. К сожалению, без убийства обойтись не получится – изменять живых против воли не столько сложно (для меня естественно), сколько опасно для их рассудка. Тем не менее, смерть должна быть по возможности безболезненной и быстрой.
И вот, час жертвоприношения настал. В каждом списке присутствовал хотя бы один кровный член правящей семьи Дома – его кровь служила активатором для портала. Среди них оказалось много детей и подростков, и, как ни странно, даже несколько Старших Жриц. Они тоже должны были умереть, но самыми последними, закрыв при этом портал. Всё в основном шло по плану – Жрицы с удовольствием вонзали ритуальные кинжалы в сердца жертв, Ллосс перехватывала тела, а я окружала каждое коконом безвременья, оставлявшим тело в неизменном состоянии сколь угодно долго, сохраняя при этом мозг неповреждённым. Пещеры постепенно заполнялись – каждая соответствовала определённому подземному городу, а там тела размещались в соответствии с их принадлежностью к какому-либо Дому.
Маленькая заминка, связанная с подарком романтичного чудовища, прошла незамеченной для Жриц из-за тех же временных потоков. Мы продолжили своё занятие, но теперь я постоянно чувствовала осторожный изучающий взгляд и не выпускала молодого дроу из-под наблюдения. Мысли мужчины забавляли, но надо будет проучить его немного, чтобы понял: роскошь осуждения для него непозволительна. Тут моё внимание отвлекли – из портала выпало тело с чудовищно развороченной грудной клеткой. Видимо, кто-то решил выделиться чрезмерным усердием. По другую сторону туманного овала я увидела озверевшую жрицу, кромсающую грудь очередной жертвы. Пришлось срочно останавливать время в том городе.
- Ллосс! Эта проклятая фанатичка испортит мне отличный материал. Ты ведь предупреждала их о каре за непослушание? – паучиха мрачно кивнула, но она не могла просто остановить ритуал, потребовав прекратить лишнюю резню, это принесло бы гораздо больше вреда. – Уничтожь этот Дом.
- Это послужит им уроком.
Я взглянула на тихого мужчину и на несколько минут отключила его из реальности – лишние свидетели в некоторые моменты не нужны, так что следующего приказа он уже не слышал, хотя, видимо, и предыдущих слов хватило с лихвой, судя по почувствованному мною возмущению.
- И уничтожь ещё по одному-два не слишком сильных малочисленных Дома в каждом городе – для острастки. Необходимо сделать это сейчас, я помогу вытащить оттуда нужных эльфов. Но оставь везде по одному свидетелю, кого-нибудь из молодых Старших Жриц, и внуши знание о каком-либо нарушении твоей воли, пусть и мелком. Кто-то должен рассказать о наказании и его причине. А сейчас сообщи оставшимся Домам об участи, постигшей нарушителей. Только не говори кто это – сами позже обнаружат. Страх – лучшее средство для поддержания повиновения.
Мы закончили всё за несколько минут, и продолжили принимать тела. Надоевшая монотонная работа завершилась через несколько часов. Перенастроив портал на одну из пещер, я кивнула Паучьей Королеве и мы тихо исчезли. Стоящий на коленях молодой мужчина казался глубоко погружённым в собственные мысли и не заметил ухода своих пленительниц. Интересно, что он предпримет, когда обнаружит себя в одиночестве? Хотя, и так всё понятно – любопытство слишком сильная штука. Но это потом. Я повернулась к Ллосс, которая замерла в ожидании.
- Ну что ж, ты очень хорошо потрудилась. Именно поэтому предупреждаю тебя об изменении своих планов и даже объясню причины этого. Раньше я хотела кардинально изменить твоих созданий, но передумала – часть из них почти не буду менять, просто поселю на поверхности. Остальную часть изменю внешне и несколько смягчу внутренне. Ты тоже будешь изменена не столь резко, как я планировала вначале.
Тут я почувствовала отдачу охранного контура. Всё же дроу нарушил приказ. Поймав взгляд ближайшего паучка, которых всегда в избытке крутится возле своей Королевы, я мысленно велела ему найти и проследить за мужчиной.
- Я не понимаю, Повелительница, – голос Ллосс еле заметно дрожал.
- Я планирую расселить тёмных эльфов по разным мирам, но уже во многих из них слава о твоих детях, благодаря путешественникам между мирами, идёт весьма дурная. К тому же они придут туда, где остальные расы существуют уже многие тысячелетия. Вначале их будет слишком мало, чтобы выжить, если начнётся травля. А воинственный характер, закалка и боевые навыки для этого необходимы. И, надеюсь, ты понимаешь, что сильные и беспощадные воины и маги не захотят чтить мягкую добрую богиню? Я разделю тебя с паучьей сущностью, но малая часть её жестокости останется в тебе, так же как ты отдашь ей часть своей мягкости. И пауки в других мирах, где появятся дроу, по-прежнему останутся в твоём подчинении – не стоит отказываться от столь верных и полезных слуг. А ещё ты сможешь уже по желанию обращаться в свою изначальную форму.
Про то, что собираюсь разделить мягкость и жестокость между двумя телами не совсем в озвученной пропорции, она вряд ли узнает – просто со временем характер «новой» Ллосс станет более жёстким, так, что она и сама не заметит, а «старая» немного смягчится. Так будет правильнее. И интереснее, конечно.
- Значит, у меня всё же будет нормальное тело?
- Ты опять позволила себе усомниться в моих словах? Конечно, будет – я не собираюсь нарушать основное условие нашей работы.
- Тогда всё остальное неважно.
- Ну, раз мы всё выяснили – начнём.
Тело богини окуталось мягким сиянием, охватившим его непрозрачным коконом, который по прошествии нескольких секунд разделился на две части. И вот уже передо мной два разных существа – красивая тоненькая темнокожая девушка с серебряными волосами и копия прежней Ллосс, но с более резкими чертами лица. Девушка открыла глаза – тёмно-зелёные, чуть темнее, чем у меня – и слегка
