Киллер накрывал брезентом груду мечей, луков, стрел, дротиков, щитов и кинжалов, однако при виде «ли-энфилдов» взорвался. Эти чертовы пукалки весят больше, чем он сам, заявил он, и не убьют завалящего дракона с десяти шагов, а патроны какие? Что, они не дали ему этих своих новых разрывных серебряных пуль? Подожди здесь, приказал он и скрылся в дверях огнестрельного отдела Арсенала.
Джерри вскарабкался на козлы и приготовился к роли третьего лишнего, но тут его окликнула Грейс Ивенс, увидевшая жезл и попросившая разрешения потрогать его, так как до сих пор ей ни разу не доводилось держать такие в руках. Потом подошли пожелать удачи Джо Лефарж и Гэри, потом другие…
Когда Джерри отделался от последнего, прошло уже двадцать минут, и он уже было решил проверить, как там дела у его напарника. В эту минуту из дверей Арсенала показался Киллер и вывалил в повозку два лазерных пистолета, два штурмовых автомата «узи», пулемет системы Гатлинга и несколько коробок боеприпасов – немалую ношу для одной пары рук.
Злосчастные винтовки Киллер намеревался выбросить в сточную канаву, но передумал, завязал брезент и вскарабкался на козлы рядом с другом. Он вытер лоб краем накидки и облизнул окровавленные костяшки пальцев.
– Загрузились, – сказал Киллер, положил ногу на борт повозки и закатал штанину. Лодыжка покраснела и распухла, как огромный багровый гриб, – как это он еще ухитрялся ходить? – Тебе лучше бы найти другого помощника, Джерри, – сообщил он.
Джерри оцепенел.
– Когда это ты так?
– Сегодня утром, – ответил Киллер. – Пришлось выходить в окно.
Конечно, это мог быть разгневанный муж, загораживающий выход, хотя вряд ли – мужья тоже относились к развлечениям. Другая возможность – разъяренная жена, но скорее Киллер просто хотел перекинуться парой слов с кем-то проходившим мимо и при этом позабыл о лестнице.
Сегодня утром?
– Но это значит, что Оракул знал, – сказал Джерри. – Если бы он сказал, осторожного друга или заботливого… но он сказал: надежного, так что знал, что я приглашу тебя.
Киллер улыбнулся неловкой мальчишеской улыбкой:
– Я надеялся, что справлюсь, но вижу, что я не совсем в форме, Джерри.
– Что с оружейником?
Киллер ухмыльнулся и еще раз облизнул пальцы.
– Ничего страшного, – невинно ответил он. – Но я не успел сцапать его, он добежал до стойки со штыками. Пришлось обезоруживать. Потому и задержался, Джерри.
Джерри испытал невольное сочувствие к человеку, которому не посчастливилось встать на пути у Киллера, когда тому не терпелось испытать себя. Вполне возможно, оружейник получил увечья, которые оставили бы его инвалидом где угодно, кроме Меры.
– Если нам предстоит биться, – предположил Джерри, – Оракул вряд ли послал бы меня, даже точно не меня, а кого-нибудь другого. И одного. Так что если ты рискнешь, рискну и я.
Киллер похлопал его по колену.
– Я притягиваю опасности, Джерри. Темные силы давно уже имеют на меня зуб. У меня с ними свои счеты; я слишком часто побеждал, так что они хорошо знают мой запах и слетаются на него. У тебя гораздо больше шансов без лишнего шума вынырнуть во Внешний Мир и обратно, если меня с тобой не будет.
Вот это новость, и новость не из приятных. Однако нельзя оставлять Киллера в таком настроении. Ему наверняка нелегко далось это признание, но еще тяжелее будет, если он сумеет убедить Джерри. Оракул наверняка знал про лодыжку. Имелась, конечно, одна загвоздочка насчет Киллера… впрочем, ему не стоит навязывать условия, так что с этим можно и подождать.
Джерри уже готов был бросить короткое «поехали», но вспомнил, что греки любят торжественные речи, поэтому сказал:
– Я готов скорее встретиться лицом к лицу с самим Астерием и всеми силами Ада, если рядом со мной будешь ты, Ахиллес, сын Криона, чем с каким-нибудь одним завалящим демоном, но без тебя. А теперь убирай отсюда свою пухлую задницу.
Киллер неловко улыбнулся и замялся, потом тряхнул головой.
– Мне не стоило и пытаться, – произнес он. – Я только хотел убедиться, что ты снаряжен как надо. Поехали, пригласишь Свена… или Али?
Джерри удивился, но решил сделать еще одну попытку. Если Киллер уверился в собственной недееспособности, его не переубедить. Но если он просто боится подвести еще более осторожного друга, есть одно нехитрое средство.
– Да, я понимаю, – задумчиво сказал он. – Вылазка во Внешний Мир с таким дилетантом, как я, должна страшить…
– Пшелвжопу! – взревел Киллер, и повозка резко рванула вперед.
Отлично! С этим разобрались. Теперь вторая проблема.
– Киллер?
– Да, Джерри?
– Веди себя платонически.
Киллер оскалился в беззубой улыбке и убрал руку с колена Джерри.
– Гадом буду! – пообещал он.
* * *
Они прогрохотали через Северные ворота, и сразу же стук копыт и шум колес Затерялись в мягкой траве. Прямо от ворот начинался широкий луг, плавно повышающийся и снова понижающийся к разбросанным тут и там рощицам.
Киллер правил прямо вперед, зная, что рано или поздно найдет дорогу.
Кобылка прижала уши и бежала словно щенок на прогулке.
Киллер пробормотал короткую молитву Гермесу.
Из Меры вели четыре дороги. Северная – к опасности; Оракул мог не уточнять.
Джерри обернулся полюбоваться на зрелище: розовые гранитные стены и красно-розовый городок, карабкающийся вверх по склону холма к дому Оракула на самой вершине. Странное и на первый взгляд неестественное смешение зданий всех эпох и стилей из дерева, красного кирпича и теплого камня, с крышами из яркой меди или матово-красной черепицы каким-то образом сочеталось в уютное и красивое целое. На западе – там, где солнце собиралось на выход, чтобы делать свое дело где-то в других местах, – небо окрасилось золотом.
Джерри бросил бесполезный башмак Киллера в хвост повозки и нашел у себя в мешке моток бечевки. Склонившись, он привязал жезл к лодыжке Киллера, и тот пробормотал что-то в знак благодарности.
Повозка обогнула одну рощицу, проехала низиной между двумя другими, и скоро под колесами мелькнула голая земля – они ехали по узкой дороге, вьющейся меж деревьев.
– Хочешь править? – предложил Киллер.
Сдурел он, что ли? В отличие от Джерри Киллер знал лошадей вдоль и поперек. Значит, это просто намек: Киллер отчаянно старается играть непривычную для него роль послушного подчиненного, а не отдавать приказы.
Джерри и сам бы мог догадаться.
– Нет, – ответил он и перебрался через спинку на заднюю скамью, сев спиной по ходу движения.
Дорога повернула – а может, это искривилось пространство, – и солнце оказалось справа от них. Роща становилась все гуще и вскоре превратилась в густой ельник, мрачный, как траур. Толстый слой хвои глушил звуки, и воздух, сгустившийся от смоляного запаха, стал холодным, сырым и темным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
