пробормотала женщина и сама поразилась тому, как неуверенно звучит её голос.
Марина, не отвечая, отпихнула Свету в сторону и вставила ключ в личинку замка. Громко щёлкнул, открываясь, старый механизм. Сёстры переглянулись.
8.
Звонок застал Артёма на пороге дома новой любовницы. Кристина убежала вперёд, чтобы привести себя в порядок, а он задержался на несколько минут, чтобы купить конфеты, шампанское и презервативы.
Настойчивая телефонная трель раздалась сразу же, едва он вошёл в квартиру. Несколько мгновений он хмуро глядел на экран смартфона, размышляя, стоит ли поднимать трубку. Вообще-то у них со Светой существовала договорённость созваниваться строго в определённое время, и потому подходить не хотелось. Тем более в тот момент, когда Кристина в чём-то коротком и полупрозрачном мелькнула в конце коридора, переходя из одной комнаты в другую. Но с другой стороны, если он проигнорирует вызов, эта тупая истеричка сперва накрутит себя, потом накрутит дочь. И тогда они вдвоём будут названивать до тех пор, пока трубка не раскалиться. Плавали, знаем. Какие уж тогда развлечения с Кристинкой? Тяжело вздохнув, Артём смахнул большим пальцем по экрану телефона, принимая вызов.
— Да?
— Тёма! — Света, как и ожидалось, панически задыхалась. — Тёма, у нас беда! С Катькой беда!
Кристина, легко покачивая бёдрами, подошла к Артёму и покрутилась перед ним, задев взметнувшимися волосами. Мужчина почувствовал, что у него сладко засосало под ложечкой.
— М-м-м, Свет, не до того сегодня. Давай в темпе! — он подмигнул беззвучно прыснувшей любовнице.
Света, похоже, его не слышала. Тяжело всхлипывая в трубку, она продолжила тем же тоном:
— Тём, у нас беда тут. Очень большая беда!
Кристина позволила обнять себя за талию. В голове Артёма слегка зашумело.
— Что за беда?
— Катя пропала!
Отвлёкшись от игры с любовницей, мужчина замер. Непонимающе нахмурился, глядя в пустоту.
— Чего? Куда она пропала? Где?
— В лесу!
Раздражённо ткнув любовника в грудь острым кулачком, Кристина подхватила с табуретки коробку конфет и, обиженно надув губы, удалилась на кухню. На смену минутному замешательству Артёма быстро пришла злость. Ну куда могла пропасть эта мелкая трусиха?
— Света! Ты чего несёшь вообще! В каком лесу?
— В Казачьем! Она ушла туда гулять сегодня утром, одна. И её до сих пор…
Не договорив, Света громко всхлипнула. И это разъярило Артёма ещё больше.
— Значит, вернётся вечером, Света! Чего ты истеришь-то? Чего меня звонками достаёшь опять? Света, ей семнадцать лет! Семнадцать! Вынь уже титьку у девки изо рта. Встретила мальчика, гуляет с ним, о времени позабыла.
Жена попыталась было ему возразить, но Артём прервал её быстро и решительно:
— Всё! Конец разговора! Я занят. И не названивай мне больше, чёрт возьми!
Не слушая больше плачущий голос женщины, он повесил трубку. Чёртовы идиотки! Обе, что жена, что дочь! Раздражение медленно таяло, стоило ему подумать обо всём хорошем, что ждало его в квартире Кристины. В конце концов, впереди у них ещё куча времени, Кристинин муж вернётся только в понедельник утром. С мечтательной улыбкой скинув ботинки, Артём пошёл на кухню.
9.
Пашку трясло, как в ознобе. Подумать только! Просто ух! Отсталый паренёк метался по комнате, бесцельно хватая все предметы подряд и, не глядя, швырял их на пол. Этот день обещал стать самым удивительным и чудесным в его жизни!
Отец, вернувшись из леса, сразу же загнал машину в гараж, а это означало, что в багажнике «четвёрки» лежал очередной пленник. Пленников Пашка любил. Папа иногда разрешал ему поиздеваться над ними, а когда те оказывались женщинами и девушками — даже повторить то, что однажды показал на видео. Мужики тоже могли поразвлечь. Очень смешно было сесть напротив них, прикованных к стене, и слушать. Все они действовали одинаково. Сначала пытались подружиться с Пашкой. Потом подкупить дорогими подарками и деньгами. А потом, когда понимали, что толку в этом нет, начинали проклинать его и биться на узкой койке, пытаясь освободиться. В такие моменты Пашка хохотал, как припадочный, а однажды его даже стошнило от смеха.
Но это всё приносило покой и радость лишь на время. Даже несмотря на свою умственную отсталость, Пашка понимал, что пленники — не его друзья. Игрушки, да, и притом отличные, таких нет больше ни у кого! Но всё же он неосознанно мечтал о дружбе. Эти мечты во многом строились на его смутных и отрывочных воспоминаниях о матери, умершей очень рано. Что-то родное и тёплое, кто-то, кто принял бы его и любил…
Но такого он никак не мог ожидать!
В просторном багажнике универсала, неловко подогнув под себя ноги, лежала девчонка. Да ещё какая! Никаких грязных цветастых юбок, провонявших потом и блевотиной телогреек. Без огромных синяков под глазами, вены не покрывала вереница уколов. Её лицо не оплыло от пьянства, и даже все зубы, скорее всего, оставались на месте. Настоящая девчонка, красивая, как в телевизоре!
— О-о-о… — только и смог выдавить из себя Пашка.
— Нравится? — с гордостью спросил Андрей Семёнович. Несколько лет назад, когда он ещё не добавлял позорное, как ему казалось, уточнение «бывший» к слову «охотник», он с такими же интонациями интересовался у сына, нравится ли ему очередной привезённый из леса зверь.
И так же, как несколько лет назад, Пашка ответил, на этот раз шумно сглотнув слюну:
— О-о-очень! — и тут же торопливо добавил, чтобы отец не подумал лишнего и не рассердился: — Наша новая игрушка-развлекушка, да?
— Не, — Андрей Семёнович усмехнулся. — Это твоя жена.
И увидев, как взметнулись Пашкины брови, добавил:
— Будущая.
— Ого!
Умственно отсталый не знал толком, как ему на это реагировать, и предпочёл ответить нейтрально-удивлённо. Андрей Семёнович объяснил с несвойственным для него терпением:
— Это как игрушка-развлекушка, только навсегда. Или пока не надоест. Только твоя игрушка.
Пашка густо покраснел, глядя на Катю. Ещё несколько часов назад он и представить не мог, что сможет хотя бы прикоснуться к такой красивой девушке, а тут вот как оно обернулось! Собственная! Жена! Навсегда! Но на всякий случай он решил всё же кое-что уточнить.
— А жену её, ну… можно? Ну, это?
— Ага, — Андрей Семёнович широко улыбнулся. — Даже нужно! Как только тебе захочется. И можно ни с кем не делиться.
— Вау… Ну, с тобой я поделюсь, если захочешь!
Не сдержавшись, мужчина расхохотался.
— Посмотрим, Пашка… Ты пока погоди, нужно ещё, чтобы она согласилась. Жену в погребе держать нельзя, она…
Пожевав губами, мужчина махнул рукой.
— В общем, не сразу всё. Но со временем получишь, обещаю. А пока давай её вниз отнесём.
Андрей Семёнович ещё раз проверил, не наблюдает ли кто из соседей, после чего
