Возле кабины геликоптера курил пилот, а рядом стоял пожилой мужчина, одетый в твидовый костюм, с фотографическим аппаратом на широкой груди. Джон Смит подошел к ним и тоже закурил.
– Хотите сфотографироваться на фоне руин? – спросил пожилой.
– Не особо, – признался Смит.
– У вас есть час, чтоб осмотреть руины, – сказал пилот. – Через час мы отбываем на водопады, потом к Чертовой горе, а затем летим обратно.
Джон обернулся и увидел Питера, который рыскал возле руин, словно напавший на след пес, и Элизабет, стоявшую, скрестив руки, у разрушенной белой колонны, а чуть дальше еще несколько геликоптеров, прилетевших сюда раньше них, и галдящих туристов, разглядывавших руины.
– Вы не видели, куда пошел охотник? – спросил Смит.
– Очевидно, вы имеете в виду Алистера, – сказал пожилой.
– Он ушел охотиться в джунгли, – сказал пилот.
– Идти черт знает сколько, – сказал Джон, вглядываясь в синюю полоску на горизонте.
– Алистер любит ходить, – сказал пилот и хохотнул.
– Ему нравится одиночество, – сказал пожилой.
Пилот уронил окурок и затоптал его каблуком.
– Он в самом деле охотится в одиночку? – спросил Смит.
– Да, – сказал пилот. – Он всегда охотится один. Через три или четыре дня мы подберем его здесь или возле водопадов и подбросим обратно.
– Удивительно, – сказал Смит.
– Однажды он не вернется, – сказал пилот. – Никому не может везти вечно.
– Алистер не пропадет, – сказал пожилой.
– Ты то же самое говорил про Лоренте.
– Алистер сильнее Лоренте.
– Перед тем как пропасть, Лоренте одолжил у меня пятьдесят долларов, – сказал пилот. – С тех пор я не одалживаю деньги сумасшедшим охотникам.
– Ты просто скряга, Джош, – сказал пожилой.
– Может, я и скряга, – сказал пилот. – Но я не дурак.
– Ты дурак и скряга, Джош, – сказал пожилой.
Пилот сплюнул и полез в кабину. Пожилой поднял фотографический аппарат и сказал:
– Давайте я вас все-таки сфотографирую. Будет что показать на Земле.
Он сфотографировал Джона возле статуи, заросшей чем-то вроде плюща, и возле колонн, лежавших одна на другой, и возле круглого здания с обвалившейся крышей, и у анфилады причудливых черных арок, уходивших к горе и еще дальше – в гору. Джон проникся симпатией к пожилому фотографу, который любил свое дело, несмотря на то, что каждый день ему приходится фотографировать крикливых туристов на фоне одних и тех же развалин, одних и тех же гор, и одних и тех же джунглей.
Питер подозвал фотографа, и Джон Смит отправился искать Элизабет. Он нашел ее возле белого вагончика, двери которого были распахнуты, а на боку было намалевано синей краской: «Кафе «У венерианских развалин»». Элизабет стояла возле дверей и смотрела внутрь. Из вагончика пахло жареным мясом, вареным картофелем и водкой.
– Хотите есть? – спросил Смит.
Элизабет покачала головой и промолчала.
– Пойдемте, я угощаю.
Он мягко взял Элизабет за руку и повел внутрь. Женщина послушно пошла за ним. Воздух в кафе был застоявшимся, выбор блюд не отличался разнообразием, однако кормили сытно и вкусно. Джон заказал для себя и Элизабет жареного мяса, несколько вареных картофелин, рассыпчатых и щедро политых оливковым маслом, и бутылку белого венерианского вина в прозрачном кувшине. Они расположились за круглым столиком в углу вагона, возле открытой двери, и всё равно им было душно. Вино было чересчур кислое, но холодное, и они пили его с удовольствием.
– Вам, кажется, не доставляет удовольствия наша прогулка? – спросил Смит.
Лицо женщины раскраснелось и уже не выглядело таким больным, как в геликоптере. Она улыбнулась Смиту и промолчала.
– Любопытно, что за мясо мы едим, – в шутку сказал Джон. Ему хотелось развеселить женщину.
– Это свинина, – сказала Элизабет.
Джон Смит разочарованно хмыкнул.
– Мясо венерианских животных непригодно в пищу, – сказала Элизабет.
– И тем не менее охота на Венере процветает, – заметил Джон.
– Современные мужчины охотятся не ради пропитания.
В голосе женщины Смит почувствовал горькую иронию, и подумал, что впервые нащупал тему, ей интересную, и ему захотелось разговорить Элизабет, чтоб понять, что ею движет и зачем она оказалась на Венере.
– Вы – американец? – спросила Элизабет.
– Да, – сказал Джон.
– Он тоже был американцем, – сказала Элизабет, допивая вино. – Он обещал мне горы, моря и звезды, он обещал мне вечную любовь и великое счастье, он вскружил мне, молодой дурочке, голову, и я поверила ему. – Элизабет взяла бокал, и Джон подлил ей вина. – Мы путешествовали, мы видели моря и горы, мы видели и счастье, и горе, и мир, и войну, и мы всегда были вместе, но два года назад он улетел. Без меня.
– Улетел?
– Он улетел на Венеру и больше не вернулся.
Элизабет посмотрела на Джона сквозь стекло бокала, и Смит поймал себя на мысли, что хочет обнять ее и пожалеть и сказать на ухо что-то успокаивающее, и, подумав так, молодой человек понял, что вино оказалось крепче, чем он ожидал, и он уже изрядно пьян, но останавливаться не захотел и заказал еще один графин. Они выпили еще по бокалу, и Элизабет произнесла свой коронный тост «И ракета взлетит!», а Джон предложил выпить за космических первопроходцев, бравых космолетчиков зари космической эры, и Элизабет с удовольствием поддержала его тост, а затем они болтали о пустяках, будто старые знакомые, и Джон поклялся Элизабет, что больше никогда не выпьет виски и что отныне будет пить только охлажденное венерианское вино. Элизабет смеялась.
– Этот «он», о котором вы говорили… ваш муж? – спросил Джон. – Вы прилетели на Венеру искать мужа?
Элизабет грустно улыбнулась.
В вагон заглянул Питер. Он ухмыльнулся, увидев Джона и Элизабет вместе, и Смиту захотелось ударить его по наглой, ухмыляющейся роже, и желание было таким сильным, что он с большим трудом удержал его в себе.
– Вот вы где, – сказал Питер.
– Да, именно здесь, – с вызовом ответил Смит.
– Тогда поторопитесь. Геликоптер взлетает через пару минут.
Глава пятая
Элизабет стояла на каменном выступе, совсем рядом с водопадом, а вода падала с тридцатиметровой высоты мимо выступа, и водяные брызги окружали Элизабет, и волосы мокрыми прядями облепили ее лицо. Джону показалось, что Элизабет плачет, но он не был уверен, есть ли слезы на ее лице или это только вода. Внизу разговаривали люди, работали двигатели, лаяли собаки. Внизу, под водопадом, располагался поселок – форпост человеческой расы. Джунгли подступали к нему очень близко, и возле бетонного забора, с пропущенной поверху колючей проволокой, дежурили люди с винтовками, а на вышке курил пулеметчик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
