Я медленно распрямился.
Мне было совсем плохо. Я понял, что не смогу добраться до дверей, – не говоря уже о том, чтобы освободить остальных. Похоже, я так и умру в этой зале.
Весь пол был усеян алыми муравьями.
Тусклая мысль стучала в моем сознании. Нужно взобраться на стол, там они тебя не достанут. По крайней мере, пока.
Но сил на это не оставалось.
Я сделал шаг, другой, и упал на колени.
Яд быстро растекался по моему телу.
Очень хотелось вновь опереться рукой о пол, но я знал, что делать это нельзя.
Мой кричащий мозг застыли между этими двумя мыслями, и перекатывался между ними. Потом огненная волна охватила меня, и я упал мордой вниз.
– У тебя уши подгорели.
Кто-то помог мне встать. Потом дал пару пощечин.
– Нет, дамы, – пробормотал я. – Я платил только за игры в лошадок.
– Может, ему еще врезать?
– Да нет, ты ему башку оторвешь. Дай я.
Этот голос я помнил. Он принадлежал дворфу, который был прикован к столу. Теперь подгорный вскарабкался на гранитную плиту… Тролль, как он успел освободиться? И запихнул мне в рот что-то склизкое и вонючее.
– Жуй, ушастый.
– Что это за дрянь? – спросил я.
Алые круги постепенно тухли. Боль стала сильнее, я глухо застонал, – но сознание прояснялось.
– Муравьишко давленый, – ответил дворф. – От ихнего яда лучше лекарство.
Он спрыгнул со стола.
Я попытался шагнуть вперед, и меня качнуло.
Девушка взяла меня за руку.
– Как ты освободилась? – с подозрением спросил я.
Черт, такие сложные замки могут раскрывать только эльфы…
Может, это подстава?
– Меня кто-то научил, – ответила девушка.
Такой ответ меня не устроил.
Куда делись все муравьи?
Я посмотрел под ноги. Бурые тельца устилали каменный пол. Многие превратились в горячий пепел. Другие обуглились, третьи все еще пытались двигаться.
Впрочем, их было немного.
– Огненный шар, – пояснила девушка, поиграв пальцами. – Но надо спешить, скоро еще появятся.
Я бросил взгляд на сам муравейник. Он превратился в тлеющую груду пепла. На ней уже сновали новые существа, отстраивая свое логово.
Живучие твари.
Говорят, их вывели кобольды, во время Шестых мифриловых войн. Они запускали критских муравьев в подземелья, где жили свирфнебблины, – и через пару часов, от гарнизонов подземных крепостей оставалось лишь кровавое месиво.
Когда читаешь такое в книгах по истории, – это кажется интересным.
Но увидеть критского муравья вживую…
Лучше бы я не читал таких страшных книжек.
– Быстро освободим пятого и пошли, – велел я.
– А вот этого бы я не делал, – протянул дворф.
Я быстро шагнул к последнему столу.
– Это же некромант, – тихо тараторил подгорный. – Они добрыми не бывают. Убьет нас, к червивой матери. Ты видишь? У него и наручники, не как у других. Серебряные.
Умертвие открыло глаза.
– Освободи меня, эльф, – властно приказал чародей. – Без меня ты не выйдешь из подземелья.
– А вот это еще вопрос вопросов! – отрезал дворф.
Я повернулся к девушке.
– Сестричка, – произнес я.
Отшвырнул к стене, и приставил ей кочергу к горлу.
– Видишь руны Молчания? Здесь нельзя творить магию. Никакую. Откуда же у тебя тот огненный шар?
Глаза незнакомки вспыхнули, из волос появились острые рожки.
– Это не магия, – ответила демонесса. – Это абилка. Или никогда не видел дочь мрака?
– Она же из Преисподней, – замахал дворф руками. – Да ладно, пошли. Не видите, – муравьи уже просыпаются.
– Освободи меня, – снова приказал некромант.
3
Я бросил взгляд на пол.
Алые твари уже наполовину отстроили муравейник. Я знал, что они не бросятся на нас, пока не закончат свою работу. Но трудились они ой как быстро, – гоблинам бы поучиться.
– Сколько файерболлов осталось? – отрывисто спросил я, оглядывая замки.
– Ни одного, – обиделась дочь мрака. – Я только что колледж закончила.
Да, обычно юные демоны и этого не умеют.
И на том спасибо.
– Пообещай, что не устроишь подлянку, – сказал я волшебнику, открывая кандалы.
– Да что ты делаешь, дурень? – верещал дворф, хватая меня за фалды. – Он же нас всех прикончит. У некромантов знаешь, абилок сколько? Только серебро его и держит пока, а как эта гадина вырвется… Да останови же его, дивчина!
Девушка замерла, впившись глазами в стену.
Что она там нашла, интересно?
– Не освобождай его, эльф, – кратко приказала дочь мрака.
Поздно!
Последний замок открылся, и некромант стремительно вскочил со стола.
– Прощайте, господа, – сказал он.
Чародей смерти взмахнул рукой, и меня отшвырнуло в сторону. Короткие ноги дворфа ударили мне по лицу, подгорный покатился по полу, взвизгивая от боли.
Тугая стена поднялась между нами и некромантом.
– Что ты делаешь? – прорычал я.
– Только один сможет отсюда выйти, – произнес чародей.
Он стремительно ткал руны, запечатывая волшебный барьер.
– Да что они заладили? – пробормотал я, поднимаясь на ноги.
Шагнул вперед, и мое тело пронзила острая волна… нет, не боли.
Смерти.
Жуткое ощущение.
Я дернулся назад, и припал к полу.
– Надпись, – хмуро произнесла демонесса. – Ты говоришь на языке гарпий?
Некромант коротко усмехнулся.
Он шагнул к двери, – но не переступил порог, а начал творить охранное заклинание. Видимо, чародей боялся того, что ждет его по ту сторону.
Ненавижу абилки.
У эльфов их нет, – по крайней мере, магических. Мы целиком зависим от колдовства. Наши умения – это взлом замков, обман, лицедейство и мощный бонус к харизме. Но порой я готов променять все это за пару защитных рун, которые будут прошиты не в моем гримуаре, а прямо в генетическом коде, как у некромантов.
– Здесь написано, – быстро сказала девушка. – Только один сможет выйти сквозь эту дверь. Древнее проклятие. Всегда срабатывает.
Так вот почему лисенок пытался меня убить…
Он увидел надпись, и боялся, что я тоже ее прочел. Решил, будто проще убить меня сразу, чем бежать к двери наперегонки. И он бы наверняка проломил мне череп, до самых трусов, если бы не магический амулет.
– Как снять барьер? – спросил я.
– А вы не сможете, – некромант обернулся.
Скудный свет фонаря упал на обнаженный череп умертвия.
– Вы трое навсегда останетесь здесь.
Муравьи закончили свою работу. Несколько тварей уже скользили по полу, к нам. Волшебный барьер не мог остановить ядовитых монстров, – такими их создали.
– Прощайте, – сказал некромант.
Он шагнул к двери.
– И тебе того же, – процедил дворф.
В его руке появилась крошечная шкатулка, с ключом.
Чародей смерти почти переступил порог.
Дворф повернул ключик; раздался оглушительный взрыв, и голова колдуна превратилась в зарево кровавого тумана. Тело некроманта качнулось, и он упал, так и не покинув комнату пыток.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
