этом «Кадиллаке» в самостоятельное путешествие, чтобы начать новую жизнь. После этого она отдала машину Джемме, уговорив ее отправиться в свое самостоятельное путешествие.
Теперь настала моя очередь сесть за руль.
— Ты, э-э, говорила с Кэшем? — спросила Джемма. — О поездке?
— Нет. Он не вернулся домой ни в пятницу, ни вчера вечером.
Каждую пятницу вечером Гриры устраивали семейный ужин в доме Кэрол и Джейка. Это была давняя традиция, и, как и на семейной фотографии, меня пригласили — вернее, ожидали — присутствовать. Может быть, моя фамилия и не Грир, но со стороны этого никогда не скажешь.
Я дорожила этим приглашением и редко пропускала пятничный ужин.
Когда приехала Джемма, они начали приглашать и ее. Они без колебаний приняли ее в свою семью, но, кроме нас, существовало негласное правило, что ужин предназначен не для других.
Ни Истон, ни Кэш, ни я не приводили свои пары на семейный ужин, потому что, если это не было серьезно, ты приходил один. Ни у кого из нас никогда не было достаточно серьезных отношений, чтобы устраивать знакомство за семейным ужином.
По крайней мере, я так думала.
В прошлую пятницу Кэш пригласил Дэни, симпатичную блондинку, которую я знала много лет, на ужин. Ее семья была родом из этих мест, и у них было собственное ранчо неподалеку от Клир Ривер. Ее отец состоял вместе со мной в городском совете и всегда хвастался, как сильно Дэни нравилось работать медсестрой в Миссуле, ближайшем городе, расположенном в сорока милях отсюда.
На протяжении всего ужина Кэш был очарован Дэни. Смеялся. Шептался. Касался.
Это разбило мне сердце. Точно так же, как и от осознания того, что он провел выходные с ней, в то время как я была дома одна и плакала, уткнувшись в стакан с мороженым, потому что мужчина, которого я любила долгие годы, видел во мне только Кэт, свою неофициальную сестру.
— Я жалкая, — прошептала я.
— Нет, это не так. — Джемма взяла меня за руку. — Он идиот.
— Нет, это не так.
Кэш Грир был хорошим человеком. Ему нравилось работать с лошадьми. Он любил свою семью. Любил это ранчо.
Он просто не любил меня.
Истон припарковал «Кадиллак» рядом с моим грузовиком, и Джемма оттолкнулась от качелей, придерживая живот. Мои руки дрожали, когда я стояла, перенося вес с одной ноги на другую, пока Истон выбирался с водительского сиденья. Вишнево-красная краска на капоте «Кадиллака» была отполирована до блеска. Его хромированные крылья блестели. Это было потрясающее зрелище.
И следующие две недели оно было моим.
Я спустилась по ступенькам крыльца, поздоровалась с Истоном и направилась к грузовику, чтобы выгрузить свои вещи. Чем скорее я выберусь отсюда, тем скорее расслаблюсь. Я подошла, чтобы поднять свой чемодан и положить его в багажник «Кадиллака», но Истон был рядом и сделал это за меня.
— Только это? — спросил Истон.
— И моя сумочка. — Я схватила ее с переднего сиденья пикапа и отнесла в «Кадиллак». — Спасибо, что позаботился обо всем. Позвони мне, если что-нибудь случится, хорошо?
Истон захлопнул багажник, надежно уложив мой чемодан.
— Так и сделаю.
Хотя Кэрол настаивала на том, что справиться со всем самостоятельно, Истон не станет так настойчиво отгораживаться от меня. Когда на курорте не все шло гладко, это вызывало у него стресс, а когда у Истона был стресс, он не скрывал его.
Гриры разделили свой бизнес на две части — ранчо и курорт. Оба они тесно сотрудничали друг с другом, и пока я управляла курортом, Истон управлял ранчо.
Поскольку ему приходилось управлять тысячами акров земли, у него не было ни времени, ни желания заниматься обслуживанием гостей. Он предпочитал сидеть в своем кабинете в конюшнях, а не в лодже, с улыбкой ожидая любого гостя.
Пока я сосредоточила свои ежедневные усилия на гостеприимстве, Истон был занят наблюдением за всеми операциями, связанными с землей и домашним скотом. Он и его сотрудники следили за тем, чтобы пастбища были огорожены и очищены от вредных сорняков. Они управляли стадом крупного рогатого скота и лошадьми. Когда мои гости хотели отправиться на прогулку по тропинкам, команда Истона водила экскурсии. От пеших походов до поездок на лошадях, разведения костров и охоты с гидом — его команда занималась всем, что происходило на открытом воздухе.
Когда дело касалось подушек, вилок или бронирования номеров — это была моя компетенция. Когда четыре года назад Джей Эр ушел на пенсию, а меня повысили до менеджера, мы вдвоем разработали систему. Мы рассчитывали друг на друга в честности и открытых линиях общения. Наши отношения были построены на доверии.
Если случится беда, Истон позвонит, и это немного успокаивало нервы от предстоящего отпуска.
— Повеселись, — сказала Джемма, устраиваясь рядом с Истоном. — Не волнуйся ни о чем здесь.
Я кивнула.
— Я попробую.
— У тебя есть карточка «Три А» (прим. ред.: Три А (Американская Автомобильная Ассоциация) — это компания, которая широко известна своей помощью на дорогах)? — спросил Истон.
— Э-э, нет. — А зачем мне «Три А»? Я много лет никуда не ездила, так зачем мне дорожная страховка? — Но у меня есть телефон.
Он нахмурился.
— А что, если у тебя спустит колесо?
— Тогда я заменю его и, наконец, использую часы тренировок, которые ты заставил меня вытерпеть, с пользой.
Джейк и Джей Эр по очереди учили меня водить машину. Они не могли поверить, что я приехала в Монтану в восемнадцать лет и никогда не садилась за руль. Но именно Истону я позвонила, когда во время поездки в Миссулу у меня спустило первое и единственное колесо. Мы вернулись домой, и всю следующую неделю он заставлял меня менять по одной шине в день, пока не убедился, что я с этим справляюсь.
Истон был старшим из сыновей Гриров и почти как старший брат для меня. Он был чрезмерно заботливым и слегка раздражающим, но добрым. Когда Джемма, Лондин и я приехали на ранчо со свалки, он уже закончил колледж и работал на ранчо. Он был красивым и суровым, но, на мой вкус, слишком задумчивым и серьезным. Кроме того, его сердце принадлежало Джемме долгое-долгое время.
Они были идеальной парой. Ее дерзость и сталь смягчили его. Он укротил ее дикий нрав и дал ей корни.
С ними было бы трудно находиться рядом, если бы я так сильно не любила их обоих.
— Хочешь печенье на дорожку? — спросила Джемма, глядя на гравийную дорогу. — Я испекла его вчера вечером.
— Нет, все в порядке. Я, пожалуй, поеду.
— Ты уверена?
