могла. Она видела, как ее собственная кровь фонтанирует и бьет из шеи, забрызгивая стену и мебель. Она задыхалась и захлебывалась кровью, попавшей в поврежденную трахею, в глазах читался страх и безысходность. Она металась по кухне, сдавливая руками рану на шее. А ты стоял и наслаждался. Когда ее муки закончились, она перестала биться в агонии и упала на пол, ты склонился над ней, чтоб завершить свой обряд. Открыл рот, достал ее язык и отрезал одним движением. Потом ты оставил послание. Ты обмакнул язык в луже крови, как художник кисть в краски, и вывел на дверцах мебели надпись: “ТЫ СВОБОДНА”. А после, как ненужную больше вещь и часть тела, выбросил его в мусорное ведро. Затем ты вложил в руку и зажал пальцами убитой сувенирные весы, которые ты принес с собой. Что это? Подарок, подпись, подсказка? Зачем? Что за извращенный ритуал? Что ты хотел этим сказать? Кому это послание: жертве или кому-то еще? Чью душу и от чего ты освободил таким кровавым способом гибели?»
Максим вернулся в гостиную и в изнеможении плюхнулся в кресло. Его пробирала дрожь, он был вымотан физически и морально. Он ощущал усталость, ноги и руки ломило, от мыслей в голове закипали мозги. Закрыв глаза, откинувшись на спинку кресла, он в воображении переместился на Жижицкое озеро, где в бескрайних водах улов на любой вкус рыбака, где он забрасывал бы удочку. Он хотел оказаться сейчас где угодно, но только не здесь, где было совершено преступление и пахло смертью.
Раздался звонок сотового телефона, Макс вздрогнул. Достал из кармана телефон, на экране высветилось лицо капитана Колесникова.
— Есть новости? — с надеждой спросил Медведев.
— Макс, пришел протокол заключения анализа волоса, взятого с края раны тела Образцовой.
— И? Есть ДНК?
— Образец оказался малоинформативным, ДНК выделить не удалось. В описании какая-то ерунда, понятно только, что волос принадлежит женщине.
— Значит, cherchez la femme, — задумчиво проговорил следователь.
— Еще кое-что.
— Не томи, говори.
— Образцова на протяжении последней недели неоднократно и безуспешно пыталась связаться по сотовому с одним и тем же абонентом, но без результатов.
— Кто это?
— Врач тибетской медицины, профессор Дон-гин-доо Жар-гал, — произнес по слогам Денис.
— Скажи еще, что это женщина с черными волосами? — с надеждой в голосе спросил Максим.
— Судя по фото в интернете, да. Врач работает в центре восточной медицины «Тибет». Со слов дочери Образцовой, погибшая наблюдалась у нее по поводу болей в спине. Два раза в год проходила курс лечения иглорефлексотерапии в данной клинике.
Максу на мгновение стало легче.
— Сначала разберемся с анализом волоса. Встречаемся в лаборатории. Потом навестим доктора.
В экспертно-криминалистическом учреждении шестьдесят процентов сотрудников были женщины, остальные двадцать находились в декрете. Все больше представительниц слабого пола встречалось в этой профессии. Майор Медведев по долгу своей службы не раз посещал криминалистическую лабораторию, с некоторыми экспертами доводилось совместно работать, некоторых он знал только заочно.
Максим и Денис зашли в отдел по исследованию волос и волокон. На рабочих местах находилось четверо сотрудников, все были женщины.
— Милые дамы, здравствуйте! Рад вас всех видеть, — нежно сказал Медведев.
Макс обладал врожденным обаянием, что притягивало противоположный пол. Все четыре пары глаз устремились на следователей, и лица расплылись в улыбках. Особенно оживилась Аллочка, молодая сотрудница, большая сплетница, вечно находящаяся в поисках достойного кандидата для замужества.
— Ирина Михайловна, мы по вашу душу! У нас возникли вопросы по делу Образцовой. Поможете нам разобраться? Нам без вас никак! — игриво спросил следователь Медведев.
Не теряя ни минуты, Аллочка тут же встала из-за стола, кокетливой походкой прошлась между мужчинами и направилась к кулеру с водой. Медленно наклонилась прямой спиной, демонстрируя свою соблазнительную пятую точку в короткой юбке и длинные ноги на высоких каблуках. Набрала стакан воды, затем так же кокетливо вернулась за рабочее место. Данное позирование не могло остаться не замеченным остальными. Денис стоял с глупым выражением лица, раскрыв рот.
— Да, хорошааа! — окинув взглядом Аллочку, сказал Максим вслух. — Хороша сегодня погодка, жарко, — быстро поправил себя он. — А у вас прохладно. Кондиционеры творят чудеса.
Судмедэксперт Ирина Михайловна просмотрела коллекцию конвертов с образцами вещественных доказательств, отыскала нужный конверт с номером дела Образцовой и извлекла из него диапозитив.
— Так, нашла. Для анализа мне был предоставлен вот этот единственный волосок. Наш образец каштаново-рыжего цвета, длиной восемнадцать сантиметров, слегка изогнутый, не совсем прямой, местами окрашенный в черный цвет. К сожалению, волос выпал естественным путем, его не выдергивали, вследствие чего нет луковицы.
— Следовательно, нет ДНК, — сказал капитан Колесников.
— Да, верно. Нет на корне клеток эпителия, нет ДНК.
Максим и Денис огорченно переглянулись.
— Но кое-что есть. Давайте вместе посмотрим под микроскопом, так будет нагляднее. — Она настроила окуляр микроскопа. — Взгляните.
У микроскопа было два окуляра, так что Максим и Денис могли одновременно рассматривать. Они лишь увидели волос, внутри которого имелись пузыри.
— А что это за пузыри? — спросил Денис. — Какая-то патология?
— Это аномалия волосяного покрова стержня называется «bubble hair», что дословно означает — пузырьковые волосы, приобретенная деформация, вызванная внешними факторами. Это, конечно, не ДНК. Но, думаю, в суде можно будет использовать в качестве косвенной доказательной базы. Жаль, что у нас нет волос с трупа Соколовой для сравнения.
— Чем может быть вызвано такое состояние волос? Какими факторами? — спросил Максим.
— Температура. Поскольку мы установили, что волос принадлежит женщине, то такими внешними факторами могут быть фен, плойки, утяжки. Во время воздействия горячим воздухом, высокими температурами повреждается кутикула волоса, на ней возникают трещинки и отверстия.
Судмедэксперт принялась объяснять, как вдруг ее перебила Аллочка, все это время подслушивающая и не сводившая глаз со следователей.
— Это когда утюжком с температурой двести двадцать градусов, да по влажным, плохо просушенным волосам, еще и без косметики. Вода в волосах закипает и размягчает кератин, в котором пар, расширяясь, образует крошечные пузырьки. Волосы обязательно обломятся и с трудом потом восстанавливаются, — манерно ломаясь, выговорила Аллочка.
— Спасибо, Алла! — не скрывая недовольства, сказала Ирина Михайловна.
— Выходит, наша неизвестная — это женщина, перекрашенная в брюнетку, с прямыми и ломкими волосами, которая злоупотребляет феном и плойкой, — сказал Максим.
— Совершенно верно.
Получив всю необходимую информацию, следователи покинули криминалистическую лабораторию. А тем временем любопытная Аллочка спросила.
— Кто это были? Майор очень симпатичный.
— Майор Медведев и капитан Колесников, — ответила Ирина Михайловна.
— Тот самый Медведь, который развелся с женой после десяти лет брака?! Слышала, у них никак не получалось завести детей, — возбужденно говорила Алла.
— Я удивляюсь вашей осведомленности. Вы всего лишь четыре месяца здесь работаете, а
