Кто из нас преуспевает, а кто терпит неудачу? Почему одни дети процветают, а другие сбиваются с пути? И что может сделать любой из нас, чтобы отвратить одного ребенка – или целое поколение детей – от неудачи и повернуть их к успеху?
В сущности своей эта книга посвящена амбициозному и имеющему гигантские перспективы предприятию по разрешению одной из наиболее неуловимых тайн жизни.
Глава 1. Как потерпеть неудачу и как этого избежать
1. Школа Fenger
Надин Берк-Харрис росла в привилегированной обстановке Пало-Альто, штат Калифорния. Ее родители – образованные профессионалы, ямайские эмигранты, которые переехали из Кингстона в Силиконовую долину, когда Берк-Харрис было четыре года. Ребенком она часто чувствовала себя аутсайдером – одна из немногих темнокожих учащихся в своей школе в Пало-Альто, где были в основном дети из богатых белых семей и где девочки рыдали в кафе, если не получали на свое шестнадцатилетие именно ту машину, которую хотели.
Элизабет Дозье выросла в ближнем пригороде Чикаго в гораздо более скромных условиях. Ее рождение было плодом невероятной и беззаконной любви между ее отцом, заключенным тюрьмы штата в Джолиете, штат Иллинойс, и матерью, монахиней, которой в качестве послушания предписано было посещать заключенных и которая в результате влюбилась в одного из своих «подопечных». После рождения Дозье мать воспитывала ее в одиночку, преподавая в местной католической школе и работая летом горничной в мотеле, чтобы хоть немного увеличить свой скудный доход.
Берк-Харрис и Дозье вынырнули из такого разного детства с одной и той же целью: помочь молодым людям преуспеть, и в особенности молодым людям, попавшим в беду.
Берк-Харрис поступила в Гарвардскую школу общественного здоровья, стала педиатром и открыла клинику в беднейшей части Сан-Франциско. Дозье стала учительницей, а затем и директором, руководя школами в самых бедных пригородах Чикаго.
Когда я познакомился с каждой из них в отдельности, а это произошло несколько лет назад, меня заинтересовало не их одинаковое чувство долга, но глубокая фрустрация, которая, похоже, у них тоже была общей. Обе женщины незадолго до нашей встречи пришли к выводу, что наилучшие инструменты, доступные им в избранных профессиях, просто не соответствовали тем трудностям, с которыми они сталкивались. И поэтому они обе подошли к поворотной точке в своей карьере и жизни. Они искали новые стратегии; в сущности, они искали совершенно новый сценарий.
В августе 2009 года, когда Дозье была назначена директором старшей школы Christian Fenger (Christian Fenger High School), школа переживала кризис – хотя, если оглянуться на ее историю за предшествовавшие двадцать лет, трудно было найти момент, когда школа Fenger не была бы в состоянии кризиса.
Школа эта более восьмидесяти лет работала в самом сердце Роузленда, в южной части Чикаго, в некогда процветавшем районе, который теперь был признан одним из худших в городе почти по любому показателю, какой только можно придумать: по уровню нищеты, безработицы, преступности, даже по мрачному, пустынному ощущению от его улиц. Там, где некогда стояли процветающие предприятия и роскошные дома, теперь были лишь безлюдные развалины, заросшие сорняками.
Невозможно ожидать, что удастся разрешить проблемы школы, не принимая во внимание то, что происходит в обществе.
Роузленд географически изолирован (он находится рядом с южной границей Чикаго, достаточно далеко от конечной остановки электрички), и здесь явственно видна расовая сегрегация: в городе, где общее население приблизительно поровну состоит из белых, афроамериканцев и латиноамериканцев, Роузленд на 98 процентов – «черный» район. И, как большинство больших общественных старших школ в бедных районах, школа Fenger всегда имела скверный послужной список: неизменно низкие результаты экзаменов, плохая посещаемость, хронические проблемы с дисциплиной и высокий процент недоучившихся.
Когда слышишь истории о школах, подобных Fenger, в них часто проскальзывают уничижительные нотки: мол, школа на задворках, учащиеся, о которых позабыли бюрократы в центре и в Вашингтоне. Но странность ситуации школы Fenger заключалась в том, что ее отнюдь не игнорировали. Вовсе нет! Наоборот, в прошедшие два десятилетия она была центром постоянных амбициозных и хорошо финансируемых реформ, проводившихся самыми уважаемыми деятелями образования и филантропами в стране. В Fenger в той или иной форме перепробовали практически все стратегии, которые кто-либо когда-либо придумывал для улучшения положения общественных старших школ.
Современная история Fenger начинается с 1995 года, когда мэр Чикаго, Ричард Дейли, декретом штата Иллинойс получил контроль над городскими школами. Проявляя свой деловой подход ко всему на свете, Дейли решил, что главные чиновники в школьной системе не должны больше называться суперинтендантами; теперь они будут генеральными директорами.
В качестве первого кандидата на этот пост Дейли избрал своего верного соратника, директора по бюджету Пола Валласа, который немедленно сосредоточил свое внимание на улучшении Fenger и других городских средних школ, чье положение оставляло желать лучшего.
Валлас создал всегородскую оценочную систему, которая ранжировала школы в зависимости от того, сколько помощи им требовалось, и поместил Fenger в самую зловещую категорию: «на испытательном сроке».
Будучи подростком, Валлас сам проучился в Fenger два года, и, может быть, именно поэтому она удостоилась столь пристального его внимания.
Он представил план реструктуризации Fenger, в который входил и наем по контракту специалиста со стороны, чтобы обучать учителей школы приемам обучения грамоте и письму. Он создал в школе «Академию первокурсников», целый отдельный этаж, где ученикам, поступившим в первый класс старшей школы, должно было уделяться особое внимание в течение всего первого года обучения.
В 1999 году он создал в школе «Академию математики и естественных наук», дополнив ее научной лабораторией за 525 тысяч долларов, которую спонсировала NASA. Спустя еще два года он превратил Fenger в школу, специализировавшуюся на технологиях.
Одна реформаторская инициатива Валласа сменялась другой, но похоже было, что положение учащихся в Fenger никак не улучшается.
То же можно сказать и о деятельности сменившего Валласа на его посту Эрни Дункана. В 2006 году Дункан выбрал Fenger как одну из пилотных школ для широкомасштабного сотрудничества между Чикагской школьной системой и Фондом Билла и Мелинды Гейтс.
Это предприятие получило название «Трансформации средней школы» (High School Transformation), и фонд изначально профинансировал его 21 миллионом долларов (спустя три года общая сумма городского проекта возросла до 80 миллионов). Когда было объявлено о создании этой инициативы, Дункан заявил, что это «воистину исторический день – не только для общественных школ Чикаго и города, но и для страны в целом».
Всего лишь два с небольшим года спустя, когда было уже ясно, что «Трансформация средней школы» не дает результатов, Fenger переключился на последнюю реформаторскую инициативу Дункана: «Поворот средней школы» (High School Turnaround). В ходе этой программы директор школы и минимум половина ее учителей были уволены, и за дело взялась совершенно новая команда. И когда эта программа в 2009 году пришла в школу Fenger, новым директором была назначена Элизабет Дозье.
Важно отметить, что Валлас и Дункан не были обычными бюрократами школьной системы; оба они из числа наиболее значимых лидеров образования в стране. После того как Валлас покинул Чикаго, он руководил школами в Филадельфии, а потом снискал всенародную славу как человек, ответственный за перестройку и трансформацию школьной системы Нового Орлеана, после того как город был почти стерт с лица земли ураганом Катрина.
Постчикагская карьера Дункана еще более блистательна: президент Обама избрал его своим министром образования в 2009 году. Но за все время исполненных благих намерений и часто достаточно дорогих реформ в Чикаго, проводившихся этими двумя людьми, мрачная статистика школы Fenger оставалась более или менее неизменной – такой, какой она была в 1995 году: около половины или даже двух третей набора первогодков бросали школу еще до окончания второго года обучения. Те немногие ученики, которые все-таки дотягивали до вручения аттестатов, как правило, редко демонстрировали академические успехи: в 2008 году, на последнем году правления Дункана в Чикаго, менее 4 процентов выпускников Fenger соответствовали стандартам тестов на готовность к колледжу, которые сдавали учащиеся последнего и предпоследнего классов.
