ловко заменив слово «продолжение».
Я некоторое время колебалась, уткнувшись носом в нежные лепестки. В моем сердце боролись два полностью противоположных чувства — стыд только за то, что допустила мысль о такой возможности, и восторженность от того, что именно этот человек хотел бы пообщаться со мной поближе.
В конце концов я решила, что ни к чему не обязывающий ужин в оживленном ресторане ничего не изменит в моей судьбе. Я как собиралась, так и выйду замуж. А пока… не запрещено же мне общаться с мужским полом, в самом деле?! Мы ведь не в Средних Веках живем вроде…
Мне, как и любой женщине, было приятно принимать комплименты и маленькие знаки внимания. К сожалению, мой будущий муж меня таким никогда не баловал. Хотелось бы заменить слово «никогда» хотя бы на «редко», но это было бы абсолютной неправдой. Леша у меня совершенно не романтик. Никогда им не был и никогда не будет.
Но это совершенно не значит, что мне неприятно сжимать тонкие стебли с заботливо срезанными шипами и прятать смущение за белой вуалью визуализированной нежности.
— Хорошо, — выдохнула я всё же. — Только если совсем не долго.
— Пусть будет, как вы скажете, — приятное тепло скрытой радости разлилось по красивому лицу Ильи. — Буду рад каждой минуте, проведенной с вами.
Я промолчала, хотя сейчас мне, как ни парадоксально, хотелось убежать от этого мужчины как можно дальше. Хотелось бы больше никогда его не видеть. Ведь он подрывал мой привычный — да, заплесневелый и сухой, но такой знакомый — окружающий мир.
К счастью, в зал начали подтягиваться журналисты, которым я была безумно благодарна за то, что избавили меня от необходимости придумывать что-то в ответ на такое (искреннее?) животрепещущее признание.
Буквально через пять минут, в течение которых Илья успел сообщить мне название и адрес ресторана и исчезнуть, конференция продолжилась.
Я снова и снова пыталась вникнуть в нудные рассуждения почтенных профессоров и ученых, но вместо этого я намного более внимательно разглядывала маленькие темно-зеленые листики с тонкими линиями прожилок и хрупкую дрожь крохотных лепестков.
После окончания сегодняшнего выматывающего силы и мои нервы дня ко мне подошел оператор, уже вызвавший нам такси. Олег тактично промолчал насчет появившегося в моих руках дополнительного предмета. Не расспрашивал, не рассматривал, ни звуком не выдал того, что он видел или не видел дарителя.
В гостиницу я прибыла окрыленная и снедаемая чувством неправильности происходящего. Смутное ощущение надуманной тревоги пыталось грызть меня изнутри, с каждой секундой всё больше подтачивая мою решимость.
Я приняла душ и уселась в кресло, бездумно глядя на цветы, стоящие на маленьком столике в прозрачной вазе. Казалось, что в этот момент я просто выключила все чувства, реакции и строго настрого запретила себе думать о будущем. Отдаленном будущем, конечно же. Недалекое будущее продолжало будоражить мне душу, бурным коктейлем кипятя мою кровь.
Прозвенел заведенный мною будильник. Я поспешно надела платье и, не оставляя себе времени на раздумья, выскочила из гостиницы. К своему большому счастью, со своим коллегой я нигде не пересеклась. Объяснять еще ему, куда и зачем я собралась этим вечером, я бы точно не смогла.
Подъехавшее такси довольно быстро домчало меня до нужного места и высадило в моменте наивысшего напряжения. Отсюда я могла видеть сидящего на террасе Илью. Сложивший руки в замок меня совершенно не видел. На его лице тем не менее блуждала счастливая улыбка, которая тут же закономерно передалась и мне.
Я сделала шаг и услышала короткий звук, исходящий от моего телефона. Сообщение, пришедшее так некстати или…?
Я вытащила устройство и вздрогнула так, что едва не уронила свой тонкий гаджет.
«Помни, я за тобой слежу» — говорили буквы, расплывающиеся у меня перед глазами.
Адресат был мне еще меньше приятен, чем его весточка. Горилла. Огромный. Массивный. Лучший друг моего Леши. Мой страх и ужас.
И ведь с него действительно станется проследить за мной.
Я обернулась, но никого рядом с собой не увидела. Это, конечно, совсем не означало, что никто за мной не следит…
Следующий шаг я так и не сделала. Осталась на месте.
Колебания в моей душе достигли такой амплитуды, что, казалось, мою утлую лодочку, которую раскачивают громадные штормовые волны, вот-вот выбросит на каменистый берег.
Нет, я не могу так поступить с незнакомым, но таким приятным мужчиной. Он вовсе не заслуживает того, чтобы встретиться вживую с Гориллой или любым другим Лешиным прихлебалой…
Я глубоко вздохнула, развернулась и медленно, будто оттягивая свинцом налитые ноги, уходила от ресторана.
Машинально вызвала такси. Как добралась до гостиницы и побросала вещи в чемодан — я не помню. На мгновение застыла с букетом в руках. Бережно уложила его прямо на летнее бирюзовое платье.
И уже через двадцать минут в тихом салоне очередной вызванной машины я ехала в аэропорт.
Стоя в длинной очереди желающих улететь из Африки, я написала Олегу сообщение, что мне срочно нужно улететь домой. Возникли неотложные дела. Завтрашнее закрытие мероприятия он сможет снять и без меня.
Сразу же после этого выкинула телефон в стоящую неподалеку мусорку.
Сдала багаж и — по ощущениям — через пять секунд уже садилась на свое место в самолете.
Отвернулась к окну и натянула маску для сна на глаза. Несмотря на то, что через пару секунд она была насквозь мокрой от моих слез, снимать этот защитный атрибут моего уединения я не собиралась.
Глава 4. Избранник моего тела
Родной город встретил меня той же погодой, которой и провожал. Серое небо плакало горькими слезами, орошая мое высохшее лицо.
Я забрала багаж и отправилась к стоянке. Словила машину и под монотонные рассказы пожилого таксиста пыталась заковать свое сердце стальными обручами безысходности и безукоризненной безупречности.
Я так корила себя за попытки любых порочных мыслей, что еще минут пятнадцать стояла под проливным дождем, окутанная темнотой, в своем дворе. Будто пыталась искупить свою еще несовершенную вину.
Я сама себе казалась сейчас такой испорченной и червивой, что, едва попав в квартиру, сбросила с себя все вещи и полностью нагая с порога отправилась в душ. Воду не включила, пронзенная очередной «праведной» мыслью. Выскочила из душевой кабинки, едва не сорвав стеклянную дверь, подскочила к стеклянной полочке и тут же нацепила на палец свое помолвочное кольцо.
Вот так, несомненно, будет лучше.
Кому?
Разве это так важно…
Вытершись насухо, я закуталась в теплый махровый халат и отправилась на кухню. Пока грелся чайник, распахнула настежь окно
