это тоже не имею.
Проснувшись, однажды почувствовала себя физически лучше. Внутренне была какой-то… отупевшей что ли?
Ощущение, что мне обрезали крылья.
— Поло, малышка, больше меня так никогда не пугай, — тихий голос от кресла, стоящего возле моей кровати. — Как себя чувствуешь?
— Более или менее, — я попыталась натянуть на губы непослушную улыбку. Очень надеялась, что со стороны она не напоминает оскал. — Спасибо.
Как я чувствовала себя?
Больно, но холодно. Пусто. В том месте, где должно было быть сердце.
— Прости, — тихо произнес Леша. Я повернула к нему голову в удивлении. Это слово сейчас действительно вылетело из его рта? Неужели это сказал мой друг, мой бывший будущий муж?
Леша никогда не извинялся. Вот вообще никогда. Считал это проявлением слабости. Шутил? Да. Переводил тему? Обязательно. Но никогда в жизни я от него не слышала слово «прости».
— Я был неправ, — обухом по голове. Выбил всё, что не добил раньше. — Пожалуйста, подумай.
Он наклонился ко мне и разжал мою руку. Я почувствовала отрезвляюще горячее прикосновение согретого его теплом металла.
— Ты знаешь, что ты для меня больше, чем невеста.
Я кивнула. Знаю. Долгое время мы были друг для друга всем. И только моя строптивая выходка всё испортила…
— Я подумаю… Леша… — тихо произнесла, закрывая глаза.
Прикосновение костяшек пальцев к моей щеке почувствовала еще до того, как оно случилось. С ним я всегда знала, что произойдет. Знала, как себя вести. Знала, что сказать и что ответить.
Только от себя не знала, чего теперь ожидать…
Следующие пару недель прошли в постоянном присутствии Леши. Он снова стал для меня тем, кем был раньше. Топил в тепле своей неумелой заботы и радости знакомых глаз.
И в один из вечеров я не заметила, как сама одела лежащее на тумбочке кольцо. Одела, чтобы больше его не снимать.
Наше время
— Полина, привет! Ты где пропадаешь? Через десять минут у нас планерка, а тебя еще в офисе нет, — грозно произнесла моя руководительница.
— Варь, — вздохнула я, — мы же вроде бы с тобой договорились.
— Чтоб была здесь ровно в восемь! — буркнула она и тут же положила трубку.
Варвара вроде бы и хорошая, но иногда напоминала мне мегеру. Тем более, что не далее, как полчаса назад я сообщила ей, что сегодня задержусь.
Не то, чтобы я была непунктуальна, но жизнь преподнесла мне сегодня свинью. Причем в самом прямом смысле этого слова. И даже не одну.
Я пристроилась на хвост большого грузовика для перевозки животных. Ехала медленно. Ненавижу гонять. Вообще ненавижу скорость.
Обычно (!) никогда так не еду.
Вот и сегодня, как всегда, никуда не спешила. Вышла загодя, как тут…
Передо мной на светофоре остановился грузовик. Тот самый, за которым я плелась уже целых три квартала. Всё как положено — по второй полосе.
Мигающий свет сменился на зеленый. Махина впереди резко дернулась, и я как в замедленной съемке наблюдала выпрыгивающих на дорогу небольших светло-розовых свинок, тут же бросившихся врассыпную.
От неожиданности, я немного притормозила. И тут же раздался ужасный звук, дернувший меня вперед и больно затянувший ремень безопасности на моей груди. Это ехавшая за мной машина успешно «поцеловала» мой зад. И в этот момент, понимая, что опоздаю, я и звонила своей руководительнице.
В огромное здание нашего телеканала я залетела спустя час после начала работы. Выслушала о себе столько новых и незнакомых доселе слов.
— Знаешь, милая, а у меня для тебя есть новость, — закончила свою гневную тираду Варвара, а потом едва не запрыгала и не захлопала в ладоши. Я же радоваться не спешила. И, как оказалось, совсем не зря. — У тебя в скором времени командировка, — я внимательно слушала и вообще никак не реагировала. Мне нужно было знать только одно — куда.
Я молчала и просто ждала. Сердце больше не болело. Я пережила.
— Полина, на этот вопрос тебе сможет ответить Ярослава! — выдала обрадованная Варя.
Кажется, в эту минуту я зависла, мой мозг поломался и желал быть перепрограммированным.
Каким образом руководитель нашего телеканала может быть осведомлена о командировках обычного сотрудника?
— Иди-иди. Яся тебя уже ждет, — Варвара подтолкнула меня к двери, ведущей в коридор.
— Я могу отказаться? — спросила с надеждой, чтобы тут же услышать жесткое «нет».
— Что ж… Тогда хорошо, — кивнула Варе и удалилась с высоко поднятой головой.
Медленно брела по коридорам и лестницам огромного здания, сознательно избегая лифты. Я будто оттягивала час своей каторги.
Но потом рассудила, что еще одной поездки в Марокко сейчас не будет. Следующий симпозиум только через год. Поэтому можно расслабиться.
Походка стала немного бодрее, и через несколько минут я уже здоровалась с Ксенией, секретаршей руководителя нашего телеканала.
— Здравствуй, Полина, — милая длинноволосая женщина встала из-за своего стола.
Ярослава выглядела такой хрупкой, что в ней с трудом угадывался человек, обладающий стальным характером и несгибаемой волей.
— Здравствуйте, — я немного улыбнулась. — Варвара сказала, вы хотели меня видеть.
— Хотела, — кивнула Ярослава и подошла ко мне поближе. — Хочешь чая или кофе?
Я едва не отдавила себе падающей челюстью ногу. Это меня сейчас спрашивает руководитель нашего холдинга? Меня? Обычную журналистку?
— Нет, спасибо, — всё же выдавила из себя. — Если можно…
Хотела сказать, что у меня еще куча работы. Некогда мне с ней любезностями обмениваться.
— Да, конечно, — с пониманием произнесла Ярослава Олеговна. — Полина, я хотела бы попросить тебя сделать мне одолжение.
Выражение удивления так и не сошло с моего лица. Приклеилось. Застыло.
— Нас приглашают на одно закрытое мероприятие, которое пройдет в Штатах. Я там, к сожалению, присутствовать не смогу. Но для нашей телекомпании жизненно необходимо даже для галочки появиться там, — рассказывала Яся, а я пыталась понять, каким боком я отношусь к этому мероприятию. И буквально через несколько слов поняла. — Поскольку ты смогла раздобыть интервью у господина Киреева, — я постаралась не скривиться при упоминании того периода моей жизни (интервью, к слову сказать, выпускала не я. В тот момент я выпускала свои мысли в Космос, лежа без сил в своей квартире), — думаю, ты справишься с этим лучше любого другого. Даже лучше Варвары, — быстро добавила она, словно читая мои мысли. — Ну, так что? Сделаешь мне одолжение?
Я вздохнула. К счастью, Америка — это не Марокко.
И кивнула, подтверждая свое согласие.
Дальше день прошел как обычно: съемки, интервью, подводки — без всего этого совсем никуда.
Где-то между сюжетом о розовопятачковых свинках (с которыми буквально совсем недавно рассталась) и интервью со звездой баскетбола мне позвонил мой будущий муж.
Сам позвонил. И это уже не
