— слова Харта стали последней каплей
— Вот, — решил я ему помочь. Повинуясь моей воле, облачко пара устремилось к единственной недопитой бутылке среди всех, указывая на неё белёсой стрелкой.
Посетитель сначала затупил, рассматривая зависшее облачко перед собой, а затем всё же догадался, взял бутылку и одним махом выпил всё содержимое, довольно хрюкнув.
— Премногим, маг, благодарен тебе! Цикла доброго в твою хату! — пророкотал свинолюд, расплывшись в улыбке.
Голос у него был суровым и грубым, словно у боцмана на корабле, не вынимавшего изо рта трубку даже во сне.
— Не за что, — улыбнулся я ему в ответ и решительно направился к его столу, а следом вынуждена была пойти и Ласка.
— Славно всё то, горло хорошо лечит что! Садись маг добрый друг. Пить что имеешь?
— Ничего. Но я могу тебя угостить, если трактирщица проснётся.
— Премногим плохо! — резюмировал свинолюд и бросил взгляд в сторону седовласой девушки. — Не любит Мантора Мышка…
— Ну, тогда ничем…
— Вот, — перебила меня Ласка, поставив на стол небольшую бутылку с чёрной жидкостью.
Я удивлённо посмотрел на девушку, и та пояснила:
— Навский огонь. Вообще-то это оружие. Но я слышала, гверфы вроде бы пьют даже это.
То есть она даже не уверена?
Я хотел было перехватить чёрную жидкость, пока моя подруга случайно не отравила несчастного свинолюда, но тот оказался быстрее — неповоротливый с виду полноватый парень со свиным пятаком, проворно выхватил фляжку. Затем поднял её, посмотрев сквозь тёмную жидкость на свет.
— Премногим пьём! — удовлетворённо пробасил свиинолюд. — Желаю света в души ваши…
После чего он молниеносно вскрыл ёмкость и сделал пару суровых глотков. Пятак свинолюда покраснел, затем посинел, а на массивных щеках появился румянец.
— .. Арргх! Пхе! Да-а! Света вам! Вернее, мрака наве госпоже. А, никак, вы тари, маг? — продолжил он.
— Вроде того, — кивнул я.
— Славно! Видать не премногим правы были слухи! Зверяне вернулись древние в мир! Жаль, ненастоящие вы что. Но всяко рад! Немногим рад. Вот мой брат старшой, Балтор, был бы рад премногим! Но да, садитесь нав и кот. Прямо как в сказке!
Сказке? Вот это уже интересно. И чтобы проверить свою догадку, стоило бы для начала представиться:
— Я Синаэль тар Мантикор, а это моя подруга Последняя Ласка.
— Стало быть и впрямь, как в сказке, — кивнул оню — Да только вот не в той, в лихой… Мне имя — Мантор. — ответил гверф. Так, если не ошибаюсь, звалась здесь раса свинолюдов.
Я осторожно отодвинул стул для своей спутницы, а сам прихватил табурет от соседнего стола и уселся рядом, сразу же переходя к самому интересному. Тем более что таинственная чёрная настойка Ласки пришлась по душе зверянину — тот мгновенно захмелел ровно до того состояния, где уже плевать что и кому рассказывать, но язык ещё не начал заплетаться. Ну, если не считать его странный говор.
— Раз уж мы в такой доброй компании, может расскажешь нам эту сказку?
— М-м. Зачем то вам? Все знают обе в нашем мире. Но как хотите вы. Одно прошу, минуту обожди, котэй. Хочу я распалить добра, не против?
— Э-э.. — ответил я, но гверф даже не стал слушать ответ, просто встал из-за стола и отправился к трактирщице.
Роста в нашем новом знакомом было метра за два с половиной. Теперь понимаю смысл таких высоких потолков и широких дверных проёмов.
Я думал, свинолюд таки решился разбудить трактирщицу, но тот на пол пути свернул к стене и снял с трубы высокое устройство с колбой. Бережно взял в руки и направился обратно к столу.
Кальян? Я с трудом узнал курительное устройство. В мире-темнице такие изыски использовались уже не часто — любители покурить чаще пользовались электронными сигаретами.
Мантор взгромоздил двухметровый кальян на стол, отсоединил шахту, достал из инвентаря флягу и залил воды. Затем сверху бережно добавил всего пару капель навского огня. После этого гверф вынул странное устройство, напоминавшее миниатюрные китайские палочки для еды и кубики углей. Мелькнула вспышка и между частей артефакта появилось синеватое пламя, начавшее раскалять угли.
— Какую хочешь ты услышать от меня легенду иномирец? — спросил он. — Про падшего кота, что звался первым Мантикором, али про Мельхиор, что слился с нашим всеотцом?
Охренеть вопросы.
Я посмотрел на Ласку, и та ответила мне пронзительным взглядом, в котором я прочёл интерес, но вместе с тем и сильную тревогу.
— Танатос… — одними губами вывела девушка, но я её понял.
— Думаю, ему сейчас не до нас. Харт одолел Мейару, так что даже магистр не сможет с ним справиться так быстро.
— Это если он будет искать его, а не нас… — прошептала Ласка.
— Мейару?! — услышал нас гверф. — Не тот ли гад, что кличется Помойнным?
— Теперь его зовут Многогранный, — поправил я. — Официально. Новый бог дал ему это имя.
Оставив артефакт с огнём, Мантор стал вынимать из инвентаря ароматные травы. Эмпатия тари уловила лёгкое удивление, но не более того.
— Бог новый? Ну дела-а!, — потянул гверф. — Слыхивал я за новые слухи. Немногим, но слыхивал. Новый бог иномирный в Мельхиоре. То он зря.
— Она, — поправил я. — Дафна.
— Мне имя то беззвестно. И не к чему. Премногим жаль её — пожрёт ведь та, чьё имя проклято. Лишь мать свою, Погибель, ей не по силам нынче поглотить…
Я отметил про себя ту железобетонную уверенность, с которой Мантор говорил это. Будто речь шла не о целом новом боге, а о глупой девочке, пошедшей в одиночку в ночной лес, полный чудовищ.
Нужно, кстати, как следует расспросить об этом Ласку. Что-то я о местном боге зла пока совсем ничего не знаю. А ведь он меня вроде как не очень любит и точит зуб. Если я враг местной версии Сатаны, хотелось бы чтобы богов, которые за меня, воспринимали чуть лучше, чем заключённый в посохе осколок мёртвой сущности и слабенокую наивную девчонку, которая не понимает, во что ввязывается.
Покончив с забивкой кальяна, свинолюд вновь приложился к бутыли с навским пламенем и откинулся на своём стуле так, что тот опасно заскрипел.
— Расскажи мне о Мантикоре. Что не так с этим грешным именем? — задал я интересующий меня вопрос.
— Так — звали первого из
