Нэш улыбнулся девочке:
– Привет, Кристин. – Он повернулся к Мэгги, которая выглядела невероятно сексуально в обтягивающих джинсовых капри и красной футболке радио «Смешинка», обрисовывающей ее грудь. – Привет, Мэгги из интенсивной терапии.
Мэгги почувствовала, как жар приливает к ее щекам, когда он прошелся взглядом по ее телу.
– Этот карапуз говорит, что его зовут Броуди и он хочет передать привет всем, кто находится в третьей палате, – сказал он Кристин, оторвав взгляд от Мэгги.
– Давайте его сюда, – улыбнулась Кристин, протянув руки и пошевелив пальцами. – Я помогу ему. Затем мы сможем провести ваше интервью.
Мэгги тупо уставилась на Нэша, когда Кристин усадила малыша к себе на колени.
– Ты будешь давать интервью?
– Думаешь, не справлюсь? – рассмеялся Нэш.
Мэгги почувствовала жар на своих щеках.
– Ну что ты. – Мэгги жалела, что не знала заранее. Она не спросила Кристин об интервью, потому что предполагала, что давать его будет, как обычно, один из стационарных пациентов. – Как это произошло?
– Я захожу сюда время от времени, и Кристин спросила, может ли она взять у меня интервью, – пожал он плечами.
Нэш заходил на радио «Смешинка»?
– А ты? Много помогаешь здесь?
– Время от времени, – пожала плечами Мэгги.
– Эй, – вмешалась Кристин, – это не правда. Не слушайте ее, доктор Рис. – Она указала на фотографии в рамочках над панелью, на нескольких из них была Мэгги. – Как говорит Росс, Мэгги была движущей силой радио «Смешинка», и без нее его бы не существовало.
Нэш запрокинул голову и посмотрел на увеличенные снимки. Мэгги, выглядевшая моложе, в наушниках; его взгляд привлекло обручальное кольцо и ее улыбка. На другой фотографии Мэгги помогала официально выглядящему мужчине разрезать ленточку у двери позади него.
Он присвистнул. Вчера он видел ее как исполнительную медсестру отделения интенсивной терапии, а сегодня она предстала перед ним в другом свете. Его либидо оценивало ее как великолепную, привлекательную женщину; он понимал, что в Мэгги есть больше, чем симпатичная внешность.
Дуглас наконец-то оторвался от своей картинки.
– Доктор Рис, – позвал он, и Мэгги была спасена от откровенного любопытства в глазах Нэша.
– Привет, Дугги. – Нэш присел рядом с Мэгги. Дуг был его пациентом. – Как дела, дружище?
Дугги взял свою раскраску.
– Я раскрашиваю принцессу. Правда, красивая?
– Как картинка, – кивнул Нэш.
– Хотя она не такая красивая, как Мэгги.
Нэш сознавал, что почти трется коленями о ее бедро. Он посмотрел на ее лицо и улыбнулся, увидев, что оно снова наливается румянцем.
Устами младенца глаголет истина.
– Нет, – согласился он, глядя ей прямо в глаза. – Нет никого красивее Мэгги.
На одно странное мгновение ей показалось, что все исчезли из комнаты. И в тот момент Мэгги увидела перемену в Нэше. Он хотел ее, она это понимала, но здесь было нечто большее. Возможно, уважение. И этот Нэш был более соблазнительным, чем вчерашний флиртующий.
– Хорошо, – сказала Кристин, снова сняв наушники и покачивая на коленях своего нового ассистента. – После этой песни ваша очередь, доктор Рис. Вы готовы?
Нэш неохотно отвел взгляд от Мэгги, всецело обращая внимание на подростка:
– Готов.
Мэгги видела, как Кристин краснеет от взгляда Нэша. Было очевидно, что девочку сильно влечет к нему, и он это тоже знал. Нэш был невероятно очарователен и обходителен и являл собой все, о чем могла мечтать девочка, увлекающаяся Джейн Остин. Но Мэгги понимала, что он соблюдал границу.
Он говорил о том, что вырос на огромной скотоводческой ферме в тысяче километров к западу от Сиднея, брал школьные уроки через «Школу по радио» и присматривал за стадом с вертолета.
– А почему вы решили стать врачом? – спросила Кристин.
Мэгги, которая была поглощена раскрашиванием розового цветка, приподняла голову при этом вопросе. Кристин сидела к ней спиной, а Нэш – лицом. Она заметила, что в какой-то момент Броуди снова перебрался на колени Нэша. Она не думала, что это возможно, но тот сейчас выглядел более мужественно, более привлекательно. Их взгляды встретились, когда он заговорил:
– Когда мы были детьми, моя сестра часто болела, и ей приходилось постоянно ездить в Сидней на лечение, потому что в нашей глуши не было медицинского обслуживания. Тогда я пообещал ей, что стану врачом и изменю это.
Мэгги заметила легкость в его голосе и улыбке, которой он одарил Кристин, когда нарушил зрительный контакт с ней, но было слишком поздно. Она увидела грусть в его взгляде, когда он говорил о своей сестре, и это вызвало в ней гораздо более глубокое чувство, чем сексуальное влечение. А кто смог противостоять пылкому мальчишескому обещанию?
– Как-то вы сказали мне, что радио «Смешинка» было спасением жизни. Что вы имели в виду?
Мэгги задохнулась от этого очень взрослого вопроса. Какое общественное радио? Кристин сделает карьеру на шоу «Шестьдесят минут».
– В больнице в Сиднее, где лежала Тэми, было собственное радио для детей. Моя сестра и я обычно звонили туда и заказывали песни для нее. Она слушала каждый день и говорила, что это помогает ей немного меньше скучать по дому.
У Мэгги по рукам поползли мурашки от искреннего сильного чувства в спокойном голосе Нэша. Очевидно, он был близок со своей семьей, и связь с больной сестрой через больничную радиостанцию, не важно, как давно это было, по-прежнему волновала его.
Она никогда прежде не думала об этом аспекте больничного радио «Смешинка», ее больше заботили развлекательные атрибуты. Но для больных это была еще и возможность почувствовать себя ближе к дому, что было невероятно трогательно, и Мэгги испытала гордость, что является частью такой нужной организации.
– У вас есть пожелание к нам сегодня, доктор Рис?
Броуди стал капризничать, и Нэш переместил его на другое колено и немного покачал.
– Конечно. Мне бы хотелось послушать «Выпустить магического дракона». Это была любимая песня Тэми.
Мэгги была благодарна Дугги и своей вынужденной деятельности, когда в студии зазвучали печальные аккорды песни. Она крепко сжала карандаш, мурашек стало еще больше.
– Спасибо, доктор Рис, – с восторгом поблагодарила Кристин, снимая наушники.
Нэш улыбнулся и встал. Броуди становился более раздражительным, сейчас он тер глаза.
– Никаких проблем. – Нэш начал покачиваться, поскольку ворчанье Броуди стало громче. – Лучше я отнесу этого малыша в палату.
– Увидимся, – кивнула Кристин.
Он кивнул девочке, затем посмотрел на Мэгги, которая не отрывалась от раскраски.
– Увидимся, Мэгги.
Мэгги подняла глаза. Нэш качал на руках Броуди. Он был стройный, привлекательный и внушающий любовь. Вчера она думала, что совсем не вписывается в его окружение, но сегодня, с ребенком на руках, в студии радио «Смешинка», он выглядел совершенно естественно. Доступно. Соблазнительно.
