чем дело? — говорю я в трубку, ставя бокал с шампанским на стол и стараясь не обращать внимания на потенциального охранника. Я чувствую на себе его пристальный взгляд, и он никуда не уйдет, пока я не подойду к нему.
— Я хотел спросить, есть ли у тебя планы на вечер.
— Есть ли у меня планы на вечер? — я повторяю то, что говорит Джек, не уверенная, правильно ли я его расслышала. Может, я и не смотрю на красивого мужчину в костюме, но все мое внимание приковано к нему. Я не могу ясно мыслить.
— Да, я был недалеко от твоего дома и подумал…
— У моего дома? — я перебиваю его, удивляясь, откуда, черт возьми, он знает, где я живу. Прежде, чем я успеваю спросить, у меня выхватывают телефон.
Я стою в шоке, глядя на гиганта во всем черном. Все, что ему нужно, — это очки, и он действительно будет выглядеть так, будто работает в ФБР или где-то еще. Я думаю, дни, когда мы проникали на свадьбы, закончились. Нас поймали. Интересно, какие будут обвинения.
— Ты не пойдешь к ней, — гремит его низкий голос в трубку, заставляя мои глаза округлиться от шока. Он нажимает отбой, прежде чем вернуть мне телефон, и я автоматически беру его у него из рук.
— Спасибо? — говорю я, но выходит как-то неестественно. Он сбрасывает вызов от Джека, но при этом выхватывает телефон прямо у меня из рук.
Не то, чтобы я могла начать разбрасываться обвинениями, потому что меня здесь быть не должно.
Глава 5
Хэнк
— Не хочешь рассказать, с кем ты здесь? — я не могу вспомнить ее и не вижу здесь ее спутника, а из этого телефонного звонка ясно, что у нее есть поклонники слева, справа и в центре. — Твоя подруга-блондинка тоже не кажется мне знакомой.
— Никки? Куда она делась? — она обеспокоенно оглядывается по сторонам, и я с трудом сдерживаю улыбку.
— Не беспокойся о ней. Думаю, она в хороших руках. — Я заметил, что она кружилась по танцполу. Когда я видел ее в последний раз, мой двоюродный брат Дин собирался подойти к ней.
— Послушай, просто отпусти меня, и я обещаю, что больше никогда не сделаю этого снова.
— Что сделаешь снова? — я наклоняю голову набок и борюсь с улыбкой. — И с чего бы мне вообще отпускать тебя? Я гонялся за тобой по всему бальному залу. — Я подхожу ближе, протягиваю руку и касаюсь ее подбородка, чтобы она посмотрела на меня снизу вверх. — Теперь, когда ты у меня в руках, я не собираюсь отпускать тебя.
У меня снова что-то странно сжимается в груди, поэтому приходится сделать вдох. Чем ближе я подхожу к ней, тем сильнее это чувство, и на полсекунды я думаю, что у меня сердечный приступ.
— Но разве ты не хочешь меня выгнать? — на ее лице появляется растерянность, но она не делает попытки отстраниться.
— С чего бы мне хотеть этого? — на этот раз я не могу сдержать смех в голосе. — Кроме того, ты даже не попробовала торт.
Она замирает от моих слов, и ее глаза расширяются.
— Я тебя знаю?
В ней есть что-то такое знакомое, будто я знаю ее всю свою жизнь. Но когда я провожу ладонью по ее руке и переплетаю свои пальцы с ее, то пожимаю плечами.
— Кажется, словно да, не так ли? — я веду ее туда, где официанты разрезают торт. — Как тебя зовут?
— Шугар, — отвечает она, и я вижу, как девушка пытается скрыть румянец.
— Я должен был догадаться. — Я облизываю губы, думая о том, какая она сладкая на вкус.
— Эй, Хэнк, что мы можем тебе предложить? — спрашивает официант. Это он помог мне принести торт ранее.
— Как насчет всего понемногу? — я смотрю на Шугар, и ее глаза снова расширяются, но она улыбается и кивает.
— Сейчас подам, — говорит парень, протягивает руку за спину, чтобы взять две полноразмерные тарелки вместо маленьких для десерта, и накладывает нам по кусочку с каждого слоя.
— Идеально. — Я киваю ему, передавая тарелку Шугар, и беру другую, держа ее за руку и ведя сквозь толпу.
Снаружи разбит сад с фонтаном и скамейками. Когда мимо нас проходит официант, я прошу его принести нам два бокала шампанского, и он следует за нами.
— Спасибо, — говорю я ему, когда Шугар садится и ставит один из бокалов рядом с собой.
Я сажусь рядом с ней и ставлю свой бокал, когда официант молча покидает нас. Солнце полностью зашло, и на небе начинают появляться звезды. На заднем плане слышится тихое журчание фонтана, а сияние, исходящее от свадьбы внутри, освещает ее тело.
— О, черт, у нас нет вилок. — В ее голосе слышится грусть, когда она с тоской смотрит на торт.
— Я не забыл. — Я протягиваю ей кусочек темного шоколада, и она смотрит на него, облизывая губы.
Она нерешительно наклоняется вперед и кладет руку мне на запястье, открывая рот. Ее мягкие губы касаются моих пальцев, и я чувствую мягкое тепло ее языка, когда она быстро откусывает кусочек торта и откидывается на спинку скамейки.
— Ого, — шепчет она, поднося руки к губам.
— Тебе нравится? — я опускаю взгляд на ее тарелку и вздергиваю подбородок. — Дай мне попробовать.
Она берет пальцами клубничный кусочек и с нетерпением протягивает его мне.
— Это невероятно.
Мои губы накрывают ее пальцы, и, когда я провожу языком между ними, ее рот приоткрывается, а глаза закрываются. Я не отрываю от нее глаз, ощущая вкус клубники и сладких сливок на своем языке. Я стону и не спеша облизываю ее пальцы, прежде чем откинуться назад и сделать глоток шампанского.
— Не думаю, что я когда-либо пробовал что-то настолько вкусное. — Я наблюдаю, как она тянется за своим бокалом и чуть не опрокидывает его.
— Тебе не кажется, что здесь жарко? — она обмахивается, и я улыбаюсь, когда ее щеки вспыхивают, и Шугар откидывает волосы с шеи.
