— Думаю, мне становится жарко.
Я протягиваю ей еще один кусочек и наблюдаю, как она жадно его съедает, а затем снова наступает моя очередь. С каждым разом мы все дольше слизываем пирожное с пальцев друг друга, пока я не начинаю слишком возбуждаться, чтобы остановиться.
— Шугар, — предупреждаю я, опуская взгляд и видя, как ее губы обхватывают мой большой палец, и я чувствую, как она обводит его языком, словно член. — Блядь.
Она высвобождает его, и я больше не могу сдерживаться, бросаюсь к ней и сажаю к себе на колени. Мои губы соприкасаются с ее губами, когда я запускаю руки в ее волосы и притягиваю ее ближе к себе. На вкус она как сладкий шоколад, клубника и шелковистые сливки. Она пахнет сахаром и десертом, а мой член такой чертовски твердый, что, если я не войду в нее, мне придется пойти на прием и засунуть свой член в торт.
— Хэнк, — стонет она мне в рот, пока ее тело движется напротив моего.
Я отпускаю ее волосы и скольжу под платье к ее заднице. Затем крепко сжимаю ее, притягивая к себе, и вскоре мы уже потираемся друг о друга в саду, где к нам может подойти кто угодно.
— Помедленнее, Шугар, — говорю я. Эта мысль пугает меня. Я не хочу, чтобы меня застукали в таком виде, потому что не хочу, чтобы кто-нибудь видел, что принадлежит мне. — Почему бы нам не перенести это в более уединенное место?
— Да. — Она отвечает слишком быстро, и все мое тело вибрирует от ее согласия.
— Я остановился в домике для гостей на другой стороне, — говорю я, вставая и поднимая ее на руки.
— Пойдем, — говорит она, прижимаясь ко мне.
Глава 6
Шугар
Не могу поверить, что делаю это. Я виню во всем торт, из-за которого нахожусь в тумане вожделения.
Имеет ли это значение в данный момент, ведь все очень вкусно. Я прижимаюсь к большому телу Хэнка и на мгновение задумываюсь о том, что делаю, прежде чем его рот снова накрывает мой. Когда его губы касаются моих, все сомнения покидают меня.
Вкус глазури и его самого невыносим, и я стону ему в рот, зарываясь пальцами в его короткие волосы.
— Блядь, ты такая вкусная, — говорит он мне в губы.
— Это торт, — отвечаю я, прежде чем вернуться к поцелую. Его рот такой мягкий и властный, что я хочу его и в других местах.
— Это вся ты, Шугар. — Моя спина упирается в твердую поверхность, и я не собираюсь с ним спорить. Если он думает, что я такая же вкусная, как этот торт, то я позволю ему в это поверить.
Он не только приятен на вкус, но и его большое тело, прижатое к моему, кажется невероятным. Я такая маленькая и хрупкая в его объятиях, совсем как те милые невесты, которых вы видите на свадебных тортах.
Он обхватывает мою шею и целует меня там, пока все мое тело гудит от желания. Со мной, должно быть, что-то не так, потому что я никогда в жизни не была так возбуждена. Я двигаю бедрами, пытаясь прижаться к нему и нуждаясь в трении.
— Хэнк? — умоляю я.
Я знаю, что он все исправит; не знаю как, но инстинктивно чувствую, что он сделает это для меня. То же самое чувство возникло у меня, когда он спросил, знаем ли мы друг друга. Между нами есть связь, хотя мы познакомились всего несколько минут назад.
Зачем бы еще я позволила ему увести меня со свадьбы, чтобы он мог поступить со мной по-своему? Но, думаю, технически прямо сейчас я поступаю по-своему с ним. Хэнк понимает мою отчаянную потребность и берет контроль. Его рука скользит мне под платье, и он быстро находит мои трусики.
Он стонет мне в шею, когда дотрагивается до них, и я понимаю, что они промокли насквозь. Они липнут ко мне, как мокрый купальник, и на полсекунды я беспокоюсь о том, какие на мне трусики. Когда чувствую, как его пальцы отводят влажную ткань в сторону, я решаю, что мне наплевать, что на мне надето. Он проводит подушечками пальцев по моим влажным губам, и все мое тело загорается.
— Такая мокрая. — Я чувствую, как он облизывает мою шею до самого уха. Я хочу, чтобы его язык оказался у меня между бедер. — Ты нужна мне на плоской поверхности, чтобы я мог насладиться этим.
Я стону в знак согласия, и он убирает руку и внезапно несет меня. Мой клитор не понимает и протестует, когда его шаги ускоряются, и вскоре мы оказываемся в помещении.
— Я держу тебя, — заверяет он меня, прежде чем его рот касается моего, и он укладывает меня на мягкую кровать. — Я просто хочу попробовать тебя на вкус. Я должен знать, такая ли сладкая у тебя киска, как и рот.
Я отпускаю его, когда он целует меня. Он наклоняется и снимает свой темный пиджак, затем отбрасывает его в сторону. Его взгляд скользит по моему телу и опускается к тому месту, где платье задралось до талии. Я понятия не имею, куда подевались мои туфли, но сейчас это не важно.
— Посмотри, что ты наделала. — Он задирает мое платье еще выше, а другой рукой сжимает мое бедро и широко раздвигает мои ноги для себя. Его толстый палец проводит по моим трусикам прямо над клитором, и я задыхаюсь. — Эта липкая сладость принадлежит мне.
Он опускается, и его рот накрывает мои трусики поверх мокрого пятна. Я чувствую его теплое дыхание сквозь хлопковый материал, и мое лицо вспыхивает от того, насколько я промокла. Если бы я не была так возбуждена и не нуждалась, то убежала бы отсюда с позором. Вместо этого я приподнимаю бедра, пытаясь прижаться клитором к его лицу и побудить лакомиться досыта. Боль настолько сильна, что я думаю, что могу умереть. Сначала я боялась того, какие на мне трусики, а теперь хочу, чтобы их вообще не было. Сейчас они кажутся такими бессмысленными.
Хэнк
