По официальной версии, Сильвана доблестно погибла, защищая жителей Луносвета от слуг Артаса. Военачальники эльфов и дед Верисы утверждали, что тело предводительницы следопытов сгорело в пожаре, который охватил половину столицы. Никаких следов не осталось.
На этом кончалась история для Верисы, однако Ронин через источники в Кирин Торе и Кель'Таласе нашел новости о Сильване, от которых его будто окатило ледяной водой. Один из оставшихся в живых следопытов, сошедший с ума, лепетал о том, что предводительницу не убили сразу, а захватили в плен. Она была страшно изувечена и, наконец, по воле Артаса, ее тело принесли в темный храм, где он поднял ее; в своем сумасшествии принц исказил ее душу и тело, превратив эльфийскую героиню в предвестника зла… и теперь часто появляющийся печальный призрак, называемый банши, якобы бродил по руинам Кель'Таласа.
Ронин не был способен проверить эту молву, но опасался, что в ней есть зерно истины. Он молился, чтобы Вериса никогда не услышала эту историю.
Так много трагедий… и даже то маленькое чудо, что пришло в его новую семью, не смогло пошатнуть его неуверенности.
Он вздохнул.
— Возможно, когда они родятся, я стану лучше. Я просто слишком нервничаю.
— Это знак родительской заботы, — Вериса вернулась к кровати. — Тем более, мы не одиноки. Джалия нам очень помогает.
Джалия была старой, полнотелой женщиной, которая родила шесть детей и несколько раз была акушеркой. Ронин был уверен, что для человека проявлять любопытство к делам эльфов, не говоря уже об эльфе замужем за магом, неудивительно, но Джалию занимал только вид Верисы, и ее материнские инстинкты брали вверх. Ронин хорошо платил ей за помощь, но он не сомневался, что горожанка вызвалась бы помочь и бесплатно — так искренне она интересовалась делами его жены.
— Я думаю, ты права, — начал он. — Я как раз…
Голос… очень знакомый голос… вдруг наполнил его голову.
Голос, который не предвещал ничего хорошего.
— Ронин… я нуждаюсь в тебе.
— Крас? — выпалил маг.
Вериса села, все веселье тут же исчезло.
— Крас? Что с ним?
Оба прекрасно знали учителя чародея, члена Кирин Тора. Крас был одним из тех, кто познакомил их. И также он был одним из тех, кто не говорил всю правду о деле вовремя — особенно, если он сам был в этом заинтересован.
Только через ужасные обстоятельства они узнали, что на самом деле он был драконом Кориалстразом.
— Это… это Крас, — все, что мог сказать Ронин в этот момент.
— Ронин… я нуждаюсь в тебе…
— Я не стану помогать вам! — тут же ответил маг. — Я выбрал свою долю! Вы знаете, я не могу оставить ее сейчас…
— Чего он хочет? — спросила Вериса. Как и чародей, она знала, что Крас пошел бы на контакт с ними, только если бы приключилась страшная беда.
— Это неважно! Он найдет кого-нибудь другого!
— Перед тем как отвернешься от меня, дай мне показать тебе кое-что, — объявил голос. — Дай мне показать вам обоим.
Прежде, чем Ронин успел запротестовать, изображения наполнили его голову. В нем ожили воспоминания об изумлении Краса при контакте с Повелителем Времени, потрясение опытного дракона-мага, когда отчаяние Аспекта стало очевидным. Все то, что испытал Крас, теперь испытывали маг и его жена.
В самом конце Крас подавил их видом того места, в котором, как он думал, таилась причина отчаяния Ноздорму — покрытая льдом грозная цепь зубчатых гор.
Калимдор.
Все видение заняло не более нескольких секунд, но оно очень изнурило Ронина. Он услышал тяжелый вздох и, обернувшись, увидел, как Вериса упала на подушку.
Он подскочил к ней, но она жестом остановила его.
— Я в порядке! Только… запыхалась. Дай мне несколько секунд…
Ради нее он отдал бы вечность, но другим не дал бы и секунды. Вызвав в голове изображение Краса, маг ответил:
— Найди для своего задания кого-нибудь другого! Сейчас я нужен здесь! Для меня на карту поставлены куда более важные вещи!
Крас ничего не сказал, и Ронин удивился: вдруг его ответ был послан бывшему учителю, а тот уже искал другую марионетку. Он уважал Краса, даже любил его, но для Ронина дракон-маг больше не существовал. Сейчас для него имела значение только его семья.
Но к его удивлению, произошло то, на что он совсем не рассчитывал.
— Ты отправишься немедленно.
Он уставился на Верису.
— Я никуда не пойду!
Она снова поднялась.
— Но ты должен. Ты видел то же, что видела я. Он не вызвал бы тебя, если бы было что-то несерьезное! Крас крайне взволнован… и то, что волнует его, волнует и меня.
— Но я не покину тебя! — Ронин упал перед ней на колени. — Ни тебя, ни их!
Напоминание о том, что она была следопытом, пробежало по ее лицу. Глаза опасно сузились, и какая бы таинственная сила ни грозила разлучить ее с мужем, она ответила:
— В последнюю очередь я хотела бы, чтобы ты бездумно рисковал! Я не желаю принести в жертву своим детям их отца, но то, что мы видели — намек на страшную опасность, угрожающую миру, в котором они родятся! Только ради этого стоит идти. Если бы не эта причина, я бы приняла твою сторону, ты знаешь это.
— Конечно.
— Я говорю самой себе, что Крас силен, и еще сильнее, когда он Кориалстраз! Я говорю себе, что отпускаю тебя лишь потому, что знаю, что вы будете вместе. Я знаю, он не просил бы тебя, если бы не был уверен, что ты справишься.
Это была правда. Драконы не особо-то уважали смертных созданий. То, что Крас искал его помощи, значило многое… как и то, что вместе с этим левиафаном Ронин будет защищен лучше, чем кто бы то ни было.
Но что могло случиться?
Побежденный, Ронин кивнул.
— Хорошо. Я пойду. Только ты управишься сама, пока не вернется Джалия?
— Своим луком я насмерть подстреливала орка с сотен метров. Я сражалась с троллями, демонами и черт знает еще какими тварями. Я прошла Азерот почти вдоль и поперек… да, моя любовь, я думаю, я справлюсь до прихода Джалии.
Он наклонился и поцеловал ее.
— Тогда будет лучше, если Крас узнает, что я пойду. Для дракона он, однако, слишком нетерпелив.
— Он несет на своих плечах бремя всего мира, Ронин.
Но это не заставило мага посочувствовать ему. Нестареющий дракон гораздо более способен управляться с опасными кризисами, чем простой смертный чародей, готовящийся стать отцом.
Сосредоточившись на изображении дракона-мага, таком, каким он хорошо его знал, Ронин попытался дотянуться до своего бывшего учителя.
— Хорошо, Крас. Я помогу вам. Где мы встретимся?..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
