Вождь потер подбородок.
— Я думаю, что знаю кого. Хороший воин, — он посмотрел на стражу. — Брокс! Приведите ко мне Брокса!
Итак, Брокса вызвали и объяснили его задачу. Тралл весьма уважал Брокса — старый воин был героем последней войны, единственным выжившим из группы бойцов, удерживавших опасный перевал от демонов. Своим боевым молотом Брокс проломил черепа более дюжины огненных врагов. Его последний товарищ погиб, рассеченный надвое, как раз когда пришло подкрепление, чтобы спасти их. Покрытый шрамами и кровью, одиноко стоявший посреди бойни Брокс показался прибывшим на помощь ожившим видением старых преданий его расы. Его имя стало чуть ли не столь же почитаемым, как имя Тралла.
Но нечто большее, чем звание ветерана, было причиной уважения Вождя и остановило выбора Тралла именно на нем. Тралл знал, что Брокс — так же, как он сам, — воин, который во время сражения пользовался головой не хуже, чем рукой. Орочий лидер не мог послать в горы армию. Ему нужно было доверить поиски одному или двум искусным бойцам, чтобы они смогли затем рассказать ему о том, что нашли.
Гаскал был выбран спутником Брокса за быстроту и абсолютное повиновение приказам. Молодой орк принадлежал к новому поколению, что росло в относительном мире с другими расами. Брокс был доволен, что получил способного бойца себе в помощь.
Шаман так досконально описал путь через горы, что пара смогла заранее прикинуть время, что понадобится на перевал. По расчетам Брокса, их цель лежала точно за следующим хребтом... точно там, где скрылись дракон и его наездник.
Брокс покрепче ухватился за молот. Орки согласны на мир, но он и Гаскал будут сражаться, если потребуется, даже если это будет означать их неизбежную гибель.
Старый воин подавил мрачную улыбку, что чуть не заиграла на его губах при последней мысли. Да, он готов сражаться до смерти. Чего Тралл не знал, призывая к себе героя войны, так это того, что Брокс мучился ужасной виной, виной, пожиравшей его душу с того самого дня на перевале.
Все они погибли, все, кроме Брокса, и он не мог принять этого. Он чувствовал вину за то, что он жив, а не доблестно погиб со своими товарищами. Для него то, что он остался в живых, было предметом позора, полного провала их свершения. И с того самого времени он ждал и надеялся, что ему подвернется возможность искупить эту вину. Искупить… и умереть.
И теперь, видимо, судьба подарила ему этот шанс.
— Вперед! — приказал он Гаскалу. — Мы можем догнать их прежде, чем они там разместятся! — теперь он позволил себе широкую усмешку, которую его товарищ принял за типичный орочий энтузиазм. — И если они доставят нам хоть какие-то неудобства… мы дадим им понять, что Орда до сих пор не забыла вкуса ярости!
Если остров, на котором они высадились, казался ужасным местом, то в горном перевале, по которому они сейчас спускались, чувствовалась ошибочность. Это было лучшее слово, которое мог подобрать Ронин, чтобы описать преследовавшее его ощущение. Что бы они ни искали… этого не должно было быть. Как будто в самой ткани реальности произошла страшная ошибка…
Интенсивность ощущения была столь сильной, что маг, который взглянул в лицо любому кошмару, который только можно представить, попросил дракона повернуть назад. Тот ничего не сказал, однако маг вспомнил, как уже замечал его неуверенность на острове. Кориалстраз уже, наверно, сожалел о том, что позвал его.
Багровое чудище выгнуло аркой свои крылья, уже почти достигнув цели. Его массивные когти опустились на снег, пока он искал более или менее устойчивое место для приземления.
Ронин крепко вцепился в шею дракона. Его сильно трясло, и он надеялся, что руки выдержат. Сумка подскакивала и сильно ударялась о спину.
Наконец, Кориалстраз остановился. Морда рептилии повернулась в сторону мага.
— Ты в порядке?
— Лучше и быть не может! — пропыхтел Ронин. Он уже как-то летал на драконе, но не так долго.
Либо Кориалстраз знал, что его пассажир слишком устал, либо ему самому нужен был отдых после столь сложного перелета.
— На какое-то время мы останемся здесь. Восстановим силы. Пока я не чувствую в тех излучениях изменений, так что мы можем позволить себе небольшой отдых. Думаю, это благоразумно.
— Спорить не буду, — ответил Ронин, соскальзывая вниз.
Сквозь скалы дул резкий ветер, горы отбрасывали холодные тени, однако же маг, чуть взлетев над землей при помощи магии, не замерзал. Пока он был занят тем, что сгибал и разгибал конечности, Кориалстраз ушел к перевалу, разведывая обстановку. Гигант исчез чуть впереди, за поворотом.
Накинув капюшон, Ронин задремал. Ему думалось о… Верисе и ее скорых родах. Чародей улыбнулся, подумав о том, как он вернется домой.
Он проснулся от приближавшегося звука. Ронин слегка удивился, ибо подошел не Кориалстраз, а Крас в капюшоне и робе.
Заметив удивление человека, дракон-маг пояснил:
— Это место слишком хрупко. В этом виде меньше шансов, что я вызову обвал. А если вдруг появится необходимость, я всегда смогу перевоплотиться.
— Нашли что-нибудь?
Почти эльфийское лицо поморщилось.
— Я чувствую Аспекта Времени. Он здесь, но его нет. Меня это беспокоит.
— Мы должны начать…
Но до того как он закончил, ужасающий вой резко отдался эхом через всю горную цепь. Звук вонзился в нервы мага, как кинжалы. Даже Крас казался обеспокоенным.
— Что это было? — спросил Ронин.
— Не знаю, — дракон-маг потянулся. — Мы должны идти. Наша цель недалеко.
— Мы не полетим?
— Я думаю, что то, что мы ищем, лежит в тесном перевале между двумя горами. Дракон туда не пролезет, но два маленьких путника — легко.
Направляемая Красом пара отправилась на северо-восток. Похоже, спутника Ронина мороз не беспокоил, однако же человеку пришлось наложить защитные чары на свою одежду. Но даже тогда его пальцы и лицо ныли от холода, исходящего от земли.
Вскоре они подошли к перевалу, о котором упоминал Крас. Теперь Ронин понимал, что тот имел в виду. Перевал был не больше узкого коридора. Полдюжины людей могли пройти через него, особо не потеснившись, но попытайся туда пролезть дракон, он еле-еле бы просунул туда голову, что уж говорить о громадном теле. Высокие, слишком высокие края отбрасывали тени, такие темные, что Ронин подумал, что неплохо бы было подумать об освещении.
Крас без колебаний пошел вперед, уверенный в правильности пути. Он двигался все быстрее и быстрее, с какой-то маниакальной устремленностью.
В природном коридоре ветер завывал еще сильней, и чем дальше они шли, тем сильнее и сильнее становился он. Человек Ронин, с трудом поспевал за своим бывшим наставником.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
