Это немного утешило Ронина, но все равно он предпочел оставаться как можно ближе к дракону. Несмотря на репутацию человека безрассудного, он не был дураком. Ничто бы не заманило его в глубь этих руин.
Его огромный друг сразу уснул, оставив испытывающего сильные как никогда муки любви Ронина смотреть на ночное небо. Его переполняли мысли о Верисе. Близнецы должны были скоро родиться, и он надеялся, что не опоздает к их рождению. Рождение – таинство еще волшебней, чем сама магия, единственное, в чем Ронину никогда не стать мастером.
Мысли о семье сняли с мага напряжение, и он, прежде, чем смог осознать это, задремал. В его он видел Верису и уже родившихся и любящих его близняшек, хотя невозможно было определить, кем были дети – мальчиками или девочками.
Вериса постепенно исчезла, оставив его с близнецами. Они звали его, умоляли его прийти к ним. Во сне Ронин начал бежать по сельской местности, но дети все время оставались на горизонте. То, что поначалу казалось игрой, превратилось в настоящие поиски. Когда-то счастливый зов наполнился ужасом. Дети Ронина нуждались в нем, но для начала он должен был найти их… и быстро.
— Папа! Папа! — слышались их голоса.
— Где вы? Где вы? — чародей прорывался сквозь запутанные ветки, которые, казалось, запутывались тем больше, чем дальше он продвигался. В конце концов, он вырвался из них и увидел возвышающийся замок.
И сверху снова кричали дети. Он видел их очертания вдалеке — слишком далеко, чтобы достать до них. Ронин прочел заклинание, чтобы поднять себя в воздух, но когда он сделал это, замок поднялся на то же расстояние.
Обескураженный, он силой воли заставил себя подняться еще быстрее.
— Папа! Папа! — кричали голоса, теперь немного искаженные ветром.
Наконец он оказался рядом с окном башни, где его ждала двойня. Ронин тянул руки, пытаясь дотянуться до них. Между пальцами было всего пара сантиметров…
Как вдруг гигантская тварь накатилась на замок, сотрясая его, отчего Ронин и дети начали падать на землю. Ронин отчаянно пытался найти их, чтобы спасти, но чудовищная, кожистая рука схватила его и унесла прочь.
— Вставай! Вставай же!
Голова мага раскалывалась. Все вокруг него начало кружиться. Руки потеряли то, за что он держался, и он снова упал.
— Ронин! Где бы ты ни был! Проснись!
Следуя за ним, две смутных тени торопливо хватались за него… его дети теперь пытались спасти ему жизнь. Ронин улыбнулся им, и они улыбнулись в ответ.
Улыбнулись, обнажив острые, зловещие зубы.
И именно в этот момент Ронин проснулся.
Вместо того чтобы упасть, он лежал на спине. Звезды ярко светили, теперь его окружали руины зданий без крыш. Влажный запах разложения окутал его, отовсюду раздавался ужасный, шипящий звук.
Он поднял голову — и посмотрел в лицо из кошмара.
Если бы кто-нибудь взял человеческий череп, опустил бы его в мягкий растопленный воск и оставил бы этот воск свободно стекать, тогда бы он получил приблизительно то, что бы соответствовало описанию твари с вывернутыми наружу внутренностями, на которую пристально уставился Ронин. Добавьте к этому игловидные зубы вместе с красными бездушными глазами, которые свирепо и голодно смотрели на чародея, и картина адского ужаса будет завершена.
Оно двигалось на слишком длинных ногах и доставало до земли костлявыми руками, которые заканчивались тремя длинными, искривленными пальцами, выдалбливающими уже искрошенный камень. Вдобавок к этому мрачному описанию, оно носило разорванные остатки некогда королевского одеяния. Оно было настолько худым, что сначала Ронин и не подумал, что на нем вообще есть мясо, но затем он увидел его под почти прозрачным слоем кожи, покрывавшим ребра и другие видимые места.
Маг начал карабкаться назад только когда чудовище схватило его ногу. Покрытый жидкой грязью рот открылся, но вместо шипения или вопля раздался детский голос.
— Папа!
Голос из сна Ронина.
Он задрожал от звука, исходящего от вурдалака, но в то же время крик притягивал его. Он снова почувствовал, будто его зовут дети, хотя это было невозможно.
Громоподобный рев вдруг эхом раздался в разрушенных зданиях, искореняя всякое желание броситься в смертоносные когти демона. Ронин указал на существо, бормоча.
Огненное кольцо выжгло все вокруг. Теперь бледное чудовище завопило. Оно поднялось на своих нескладных конечностях так высоко, как могло, стараясь вылезти из пламени.
— Ронин! — откуда-то крикнул Кориалстраз. — Где ты?
— Здесь! Я здесь! В доме!
Пока маг отвечал, изможденное создание вдруг прыгнуло через огонь.
Пламя лизало его в дюжине мест, оно распахнуло свою пасть намного шире, чем это было вообще возможно, так широко, чтобы заглотить голову Ронина одним махом.
Прежде чем маг успел произнести заклинание, гигантская тень затмила звезды и огромная лапа схватила дьявольскую тварь. Продолжавший полыхать ужас с воплем пролетел через всю комнату, разбившись о стену с такой силой, что камень вокруг осел.
Пламенное дыхание дракона закончило то, что начало заклинание Ронина.
Маг едва сдержал тошноту от накатившего зловония. Закрыв рукавом нос и рот, он смотрел, как приземляется Кориалстраз.
— Что… что это было? — спросил Ронин, задыхаясь.
Даже во тьме он чувствовал отвращение левиафана.
— Я думаю… думаю, что оно было одним из тех, кто называл это место домом.
Глаза Ронина вылезли из орбит.
— Это было человеком? Но как такое возможно?
— Ты видел ужасы, которые вытворяла Карающая Плеть во время войны против Пылающего Легиона. Не тебе это спрашивать.
— Это их работа?
Кориалстраз вздохнул. Было очевидно, что он взволнован этой встречей так же, как и Ронин.
— Нет… это намного древнее… и даже более жутко, чем то, что Король Мертвых когда-либо совершал.
— Крас… Кориалстраз, оно проникло в мой сон! Оно управляло им!
— Да, другие пытались сделать то же самое со мной…
— Другие? — Ронин огляделся вокруг, еще одно заклинание готово было сорваться с его губ. Он был уверен, что руины кишат демонами.
— Мы в безопасности… на время. От некоторых из них осталось еще меньше, чем от этого, а остальные разбежались по каждой трещине и щели в этих руинах. Я считаю, тут есть катакомбы, в которых они спят, когда не охотятся.
— Мы не можем оставаться здесь.
— Нет, — согласился дракон. — Мы не можем. Мы должны лететь в Калимдор.
Он опустился и позволил Ронину залезть на себя, затем быстро взмахнул крыльями. Пара поднялась в темное небо.
— Когда мы достигнем цели, я вернусь сюда и положу конец этому ужасу, — заявил Кориалстраз. И тихо добавил: — Слишком много ужаса в этом мире.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
