Сетевой принцип вместо прежней иерархии станет главным и в производстве, и в политической жизни. Все начнется с отказа от неолиберальной модели экономики, контроля общества над финансовым капиталом и развития зеленой энергетики.
Сетевые принципы сначала дополнят, а потом вступят в конкуренцию с прежней системой обособленных производств. Так закончится подчинение рынка крупнейшим корпоративным игрокам.
Вовлечение всех людей и всех устройств в единую «умную сеть» создаст последнюю предпосылку для когнитивной экономики посткапитализма, в которой роботы решают поставленные им задачи, общаясь в сети между собой и формируя, если нужно, новых роботов.
Не столь однозначны в своей оценке сетей другие технооптимисты марксистской традиции – авторы «Акселерационистского манифеста» (2013), а потом и совместной книги «Изобретая будущее: посткапитализм и мир без работы» (2015) Ник Срничек и Алекс Уильямс. С их точки зрения, импровизированный порядок Сети все же должен сочетаться с командной системой Плана в посткапиталистическом будущем.
Согласно акселерационистской логике, история нашей цивилизации – это рост способности задействовать все большее количество энергии ради производства все более сложной информации. Но на пути дальнейшей рационализации этого процесса по-прежнему стоят рамки прибавочной стоимости, резервной армии труда и «свободного», то есть никем не контролируемого движения капитала. Капитализация представляет собой не более чем коммерциализацию потенциалов. В нынешнем капитализме действуют два главных вектора абстракции – монетарный (финансиализация) и технологический (общие алгоритмы).
Эксперт по цифровой экономике, Срничек изучает «капитализм платформ», в котором данные становятся все более важным ресурсом, новым сырьем для извлечения прибыли. Платформы (Uber и Google – только самые очевидные примеры) торгуют коммуникацией и монетизируют связи между людьми, «откачивая стоимость» у неплатформенных конкурентов. Это следующий шаг в истории капитализма. Срничек задается вопросом: возможны ли платформы, принадлежащие всем и не запрограммированные на извлечение прибыли из нашей коммуникации?
Главное противоречие наступающей эпохи состоит в том, что новые возможности технологий конфликтуют с прежними интересами получения прибыли классовыми элитами. Проблема антикопирайта и открытый код – только самые наглядные выражения этого конфликта. Акселерационисты рассчитывают поставить на службу дальнейшего освобождения производительных сил агентное моделирование, социально-сетевой анализ больших данных и неравновесные экономические модели.
Производство иного будущего позволяет всерьез изменить настоящее. Сейчас же мы перестали производить будущее и попали в мир «пост-», где на рынке представлены сотни вариантов ностальгии по самым разным «великим эпохам».
Финальный кризис капитализма – это замещение массового человеческого труда машинами, то есть кризис, который опрокидывает сам закон стоимости. Будущее – это товары с нулевой стоимостью и работа, которую невозможно измерить в деньгах.
В такой логике базовое противоречие капитализма между коллективным характером труда и частным способом присвоения результатов этого труда может быть первоначально снято через тотальную автоматизацию и введение безусловного базового дохода. Но, автоматизировав труд, потому что так было выгоднее с точки зрения рынка (снижало себестоимость), мы получаем миллионы безработных. Если мы выплачиваем им теперь деньги просто так, чтобы стимулировать их покупательную способность и примирить этих людей с системой, зачем нам вообще деньги? Они ведь больше ничего не выражают, не являются даже платой за работу. Так рыночная экономика упирается в собственный предел и получает шанс перестать быть товарной. Смысл базового дохода в самой возможности не продавать себя на рынке труда.
В таком сценарии сохранение массового наемного труда превращается в чисто дисциплинарную политическую практику, в которой уже нет экономического смысла, зато поддерживается прежняя иерархия классов, социальная лестница неравного доступа. Но так бывает всегда в истории. Любая система сохраняет себя столько, сколько может.
Маркс был уверен, что он открыл секретное строение клеток капиталистического тела, первичных атомов, образующих всякую товарную экономику вообще. История капитализма и его внутренняя логика не объяснимы без такого знания. Само обнаружение этой тайны уже есть политическая победа и важнейший шаг к преодолению господствующих отношений.
«Капитал» навсегда останется уникальной попыткой понимания человеком общечеловеческой деятельности. Если производство и обмен являются главными человеческими чертами, что в таком случае стоит на пути нашего дальнейшего развития и как будут меняться правила обмена и способы управления в условиях принципиально нового производства? Эта книга – один из вариантов ответа на этот фундаментальный вопрос. Работая над ней, Марксу удалось найти высокую философию в «повседневной» экономике. В конечном счете речь в «Капитале» идет об условиях производства смысла нашего общего существования.
10
Цель этой хрестоматии – жертвуя многими примерами и формулами Маркса дать читателю самое общее представление о логике и стиле главной книги великого философа, а также связать этот текст с последующим развитием марксизма как критической теории.
Алексей Цветков
Посвящается моему незабвенному другу, смелому, верному, благородному, передовому борцу пролетариата Вильгельму Вольфу
Родился в Тарнау 21 июня 1809 года. Умер в изгнании в Манчестере 9 мая 1864 года
Книга первая. Процесс производства капитала
Отдел первый. Товар и деньги
Глава первая. Товар
1. Два фактора товара: потребительная стоимость и стоимость (субстанция стоимости, величина стоимости)
Богатство обществ, в которых господствует капиталистический способ производства, выступает как «огромное скопление товаров», а отдельный товар – как элементарная форма этого богатства. Наше исследование начинается поэтому анализом товара.
В марксизме «производство» – это то, что делает человека историческим существом. В конечном счете любое производство – это всегда производство самого человека в конкретной версии. Уровень и способ производства задает цивилизационную модель, условия жизни, форму обмена, тип сознания, пределы мысли. В горизонтальной проекции экономический базис окружает культурную и политическую надстройку как охраняемый периметр и не позволяет исполниться самым благородным мечтам и высоким надеждам утопистов. Способ производства есть связь производительных сил и производственных отношений. С момента возникновения классов Маркс называет четыре таких способа. Античный, при котором патриции эксплуатируют рабов. Азиатский – при котором не угадывается вообще никакого разделения между правящим классом и государственным аппаратом. Государство выступает как совокупный рабовладелец. Многие последователи Маркса считали азиатский способ всего
