Было по прежнему тихо, и вода оставалась такой же спокойной. Прижимаясь к меху рыси, Маргерит чувствовала тепло того дня и прекрасный аромат, доносившийся с залитых солнцем берегов. Ей не было нужды спрашивать, был ли ее собеседник одним из тех, кто первым ступил на берег.
— И вы не боялись сирен и грифонов? — спросила девочка.
— Это все выдумки моряцкие байки, — отвечал маркиз, улыбаясь. — Мы вошли в залив, который назвали Шали, и высадились на землю, которую Картье назвал «Гасп». Он мечтал покорить эту чудесную землю Франции.
— А как же цветы и плоды? — она старалась все запомнить, чтобы потом рассказать Пьеру.
— Аромат исчез, как только мы высадились, но там росли прекрасные деревья, дикая пшеница, горох, смородина, земляника и розы. Мы видели несколько видов животных — неопасных, конечно, — и дикарей…
— Дикарей! — Маргерит резко выпрямилась и уставилась на него. До сих пор все звучало тихо и мирно, словно сон, она даже представила себе обнаженных матросов, резвящихся в воде. — И что они вам сделали?
— Мы беседовали с ними, — ответил новый знакомый, довольный ее удивлением. До той минуты она сидела так тихо, что он не знал, смог ли ее заинтересовать. — Они рассказали нам о великой реке, несущей свои воды за сотни миль. Их кожа была красной, как медь, и у них были длинные черные волосы. Они были высокими и стройными, и совершенно не носили одежды. Мы захватили в плен двоих из них, — тихо сказал Турнон, и Маргерит представила себе, как высохший скрюченный старик, похожий на ребенка, захватывает в плен таинственных дикарей.
— И что вы сделали с ними?
— Мы привезли их во Францию, чтобы показать королю, — равнодушно отвечал маркиз. — Картье взял их с собой в качестве проводников и переводчиков, когда в прошлом году поплыл обратно.
— И вы не отправились вместе с ним? — удивленно спросила Маргерит. Было так очевидно, что он любил эту сказочную землю.
— Нет, я должен был остаться, чтобы убедить короля послать туда экспедицию. Нужны люди, чтобы заселить Новую Францию. Тогда… тогда отправлюсь туда и я.
Он взял в руки завиток волос, упавший на ворот ее платья, и поднес к губам.
— Ты поедешь со мной, моя Маргерит, в мой новый юный мир? Там я построю тебе новый замок. Там мы будем молоды вместе.
Маргерит села. Она чувствовала губы, прикасавшиеся к ее шее, но в этот момент думала о таинственных островах, чудесном аромате и дикарях. Она не сомневалась в том, что он может взять ее с собой, этот мужчина-ребенок, обладавший властью над ее дядей, дикарями и даже самим королем.
— Да, — сказала она, — если вы возьмете Пьера… и Бастин.
Он медленно заглянул ей в лицо.
— Я знаю Бастин, — кивнул он. — Расскажи мне о Пьере.
Маргерит ощутила, как кровь приливает к ее щекам, и ее начинает лихорадить. Только Бастин знала о Пьере. Если аббат узнает, то Пьер будет наказан. Пять лет назад Пьер впервые перелез через стену, и с тех пор она не рассказывала о нем никому, кроме няни, а теперь она должна была раскрыть свою тайну незнакомцу. Она просительно посмотрела на Турнона.
— Только вы никому не должны рассказывать, — прошептала она.
— Кто такой Пьер, Маргерит?
— Мой друг… из аббатства, — она не могла понять выражения лица маркиза. Его глаза оставались спокойными, но рот дрогнул, словно он усмехался про себя.
— Монах?
Маргерит покачала головой.
— Просто мальчик. Мой друг…
— Сколько ему лет?
Встретившись со взглядом собеседника, Маргерит обнаружила, что не может отвести глаза.
— Ему четырнадцать.
Турнон отвел взгляд, и Маргерит принялась рассматривать свои руки.
— Четырнадцать, — произнес он задумчиво. — Он… он когда-нибудь целовал тебя?
— Иногда, — ответила девочка почти шепотом.
— Он?..
Неожиданно Турнон схватил ее за плечи, и Маргерит уже подумала, что он собирается встряхнуть ее, но вместо этого маркиз с неожиданной силой привлек ее к себе и прижал губы к ее губам. Сперва казалось, что это знак прощения, но потом девочке померещилось: Турнон пытается задушить ее. Она начала отталкивать его, чтобы глотнуть немного воздуха. Спустя мгновение маркиз отпустил ее, и, подняв испуганные глаза, Маргерит увидела его удовлетворенную улыбку.
Он глубоко вздохнул.
— Мы никому не расскажем о Пьере, моя дорогая. Но мы и не возьмем его с собой.
Маргерит отпрянула от него, сжав губы, чтобы не расплакаться. Она видела, что маркиз больше не злится, и была рада, что он никому ничего не расскажет о Пьере. Она только не сказала: «Если вы не возьмете Пьера, я тоже не поеду», — но подумала об этом.
— Прости, если напугал тебя, — сказал Турнон, тяжело дыша. — Сядь рядом, Маргерит.
Она быстро поднялась на ноги.
— Я… я не хочу, — тихо сказала девочка. — Бастин будет беспокоиться. Я должна вернуться.
— Нет, Маргерит! — он тоже встал. — Я еще не поднес тебе своего подарка…
Она задержалась, готовая в любой момент сорваться с места.
— Ты простила меня? — спросил Турнон.
Она молча кивнула.
Маркиз достал из кармана батистовый платок и развернул его.
— Это тебе с невиданных островов.
Ее глаза невольно уловили отблеск солнца на заморской раковине.
— Спасибо, монсеньор, — она едва согнула колено — так, что Бастин никогда не признала бы это за реверанс.
Он сделал шаг к ней.
— Позволь мне подуть на твои волосы. Так делают дикари.
Маргерит уловила изменения в его тоне… но, как бы то ни было, не могла позволить ему вновь прикоснуться к себе.
— Нет.
Она направилась к замку, но маркиз поймал ее за руку и развернул к себе.
— Маргерит, — настойчиво сказал он. — Это был только поцелуй, дитя мое!
Она боролась с ним, спеша вырваться, но маркиз крепко держал ее, пытаясь успокоить. Между тем, воспоминания о его цепких руках и морщинистом лице навевали на Маргерит ужас. Она нагибала голову, чтобы избежать прикосновения его губ, и пинала его колени.
— Это не был поцелуй… — рыдала она.
Неожиданно кроваво-красная раковина ожила. Из нее стремительно высунулось что-то, похожее на алую ленту. Маргерит вскрикнула, со всей силы оттолкнула Турнона и, подобрав полы юбки, бросилась бежать к замку.
Она слышала всплеск воды и крик маркиза, но не остановилась. Пробежав парком и аллеей, Маргерит влетела в замок и устремилась прямо в свою комнату, продолжая рыдать.
Она пыталась запереть дверь, но тут в комнату вошла Бастин.
— Запри дверь! — выдохнула Маргерит и рухнула на пол.
Бастин задвинула засов.
— Что случилось, дорогая?
— Бастин, Бастин! Что случилось с девочкой? — послышался из-за двери голос мадам де Роберваль.
