будущий муж.
Глава 3
— Могу ли я что-нибудь тебе предложить?
Голос Камиля пробудил Ханну из полуобморочного состояния.
— Я думала, тебе надо работать.
— Решил немного подремать. Хочу хорошо выглядеть на свадебных фотографиях.
Тяжело дыша, Ханна стояла в дверях, упершись руками в бока и с ненавистью уставившись на его закрытое руками лицо. Она заметила на его запястье следы от когтей.
— Ты можешь, пожалуйста, хоть на минутку быть серьезным?
Страдальчески тяжело вздохнув, незнакомец убрал руки от лица, затем одним грациозным движением сел на кровати и опустил ноги на пол. Положив руки к себе на бедра, он слегла склонился вперед.
— Я весь во внимании.
— Тебе следует обработать раны.
Незнакомец в недоумении приподнял одну черную бровь.
Ханна указала на его руку.
— У тебя идет кровь.
— Выживу.
— А вот я, в свою очередь, чувствую себя несколько неуверенно, находясь в самолете с абсолютным незнакомцем, направляясь… — она манерно пожала плечами, — неизвестно куда. Так что ты не против рассказать мне о своих планах?
Незнакомец кивнул. Ханна не казалась ему неуверенной в себе. Она говорила и выглядела уверенно и сексуально, как будто держала ситуацию под своим контролем.
— Мой отец прислал тебя?
Он в знак согласия кивнул:
— И он просил передать свою любовь.
— Я уверена, моему отцу по душе твое чувство юмора, но я…
— Слишком сухая и чванливая?
Ханна сделала глубокий вдох, решив набраться терпения. Люди ведь говорили про нее много плохого, но ей удавалось сохранить чувство собственного достоинства. Все дело в распределении силы. Если твои обидчики видят, что ты реагируешь на их колкости, то ты лишаешься силы, и она переходит к твоему сопернику. И не важно, кто твой соперник — хулиганы в школе или скандальные журналисты, — правила игры те же. Если ты покажешь им свою слабость, они, как истинные хищники, нападут, почувствовав кровь жертвы.
— Скажи мне, куда мы летим, и я оставлю тебя в покое.
— В Суран.
Ханна вспомнила, что видела изображение креста — герба этой страны — на обшивке самолета, и вдруг поняла, что, наверное, ее отец воспользовался своими связями. Она знала, что отец считал короля Сурана своим давним другом, сорок лет назад, будучи мальчишками, они вместе посещали одну частную школу.
— Так значит, отец будет меня встречать, когда мы приземлимся?
— Нет, он будет ожидать нас в часовне.
Ханна пыталась собраться с мыслями. Этот мужчина что, ненормальный?
— Просто обхохочешься.
Камель пожал плечами, как будто ему ни до чего не было дела.
— Послушай, мне бы хотелось, чтобы все это оказалось шуткой. У меня нет ни малейшего желания на тебе жениться, как, собственно, и у тебя, но, прежде чем ты побежишь жаловаться своему папочке, спроси себя, если бы тогда в камере я предложил тебе выбрать — выйти за меня замуж или провести следующие двадцать лет в раскаленных на солнце стенах тюрьмы, где роскошью считается один душ на несколько сотен людей. А может быть, и хуже…
— Что может быть хуже?
— Как насчет смертной казни?
— Такой вероятности не было. — Ханна замолчала. — Или была? Так если бы я подписала признание…
— Ты его не подписала. Поэтому прекрати мучить себя мыслями о том, что могло произойти.
— Я бы и не думала об этом, если бы ты мне не сказал.
— Возможно, пришло время тебе самой решать свои проблемы и наконец уже понять, что от них нельзя убежать.
— Я благодарна тебе за то, что ты освободил меня, это очевидно, но я не сделала ничего плохого.
— Ты незаконно перешла границу независимого государства, к тому же ты перевозила наркотики.
— Я просто потерялась, а перевозила медикаменты. Вакцины и антибиотики.
— Морфин?
Чувствуя себя зверем, загнанным в угол, Ханна потерла свои вспотевшие ладони о бедра.
— Да.
— И у тебя была камера.
— Нет!
— В твоем телефоне есть камера? Тебе разве не сказали не отходить от машины, когда она сломалась?
Как он вообще об этом знал?
— Положение было непростым.
— Я понимаю, что ты была одна и тебе пришлось принять такое решение, но теперь тебе надо столкнуться с последствиями своих поступков.
— Так теперь я должна выйти за тебя замуж, потому что ты меня спас?
Маска равнодушия и надменная ухмылка тут же спали с его лица, и он стремительно вскочил. Ханна могла ощущать злость, которая исходила от него, и, наверное, его птица — ястреб тоже это почувствовала, потому как начала издавать беспокойные звуки.
— Она не станет на тебя нападать.
Ханна опустила руки, еще раз быстро с недоверием посмотрела на крылатого хищника.
— Я и не птицу испугалась. Я бы не вышла за тебя замуж, даже если бы ты был в своем рассудке!
— Ты хочешь объяснений? Хорошо. Когда мы приземлимся в Суране через… — Он посмотрел на свои часы.
— Через тридцать минут…
— Красная дорожка и делегация встречающих уже будут готовы к встрече его высочества, — закончила Ханна за него, продолжая смотреть ему в глаза, затем грациозно поклонилась.
Камель решил не обращать внимания на ее сарказм.
— В данной ситуации не будет никакой официальной делегации. О нашем прибытии мало кто знает. Мы сразу же отправимся во дворец, где мой дядя — король…
— Король? Ты действительно хочешь, чтобы я поверила, что ты настоящий принц?
— И кем же ты меня считаешь?
— Кем-то, кому мой отец заплатил, чтобы меня вытащили из тюрьмы. Я думала, ты играешь роль…
— Я не могу решить, ты действительно просто глупая или невероятно наивная. — Он медленно закачал головой из стороны в сторону, как будто размышляя над этой дилеммой. — Ты правда думаешь, что можно зайти в тюрьму, представиться кем-то из королевской семьи, и из тюрьмы тут же выпустят, кого ты скажешь?
— А что мне еще думать?
— Что тебе крупно повезло, у тебя есть отец, который заботится о тебе, и он будет ожидать нас вместе с моим дядей и шейхом Саиди в Квагани. И единственной причиной, по которой ты уже не в тюрьме в ожидании неминуемого приговора, то, что шейху сообщили, что ты моя невеста.
— И он поверил?
— Я думаю, приглашение на свадьбу его убедило.
— Что ж, я не согласна. Теперь, когда все позади, ты можешь сказать, что свадьба отменяется.
— Я понимаю, что в твоем мире ты привыкла так выходить из ситуации. — И в этом не было никакой чести.
— Что это вообще значит?
Самолет попал в небольшую турбулентность, Камель быстро среагировал и поэтому удержался, когда его качнуло из стороны в сторону. Ханна же споткнулась и неуклюже схватилась
