знаю почему, но этот низкий человек одним своим видом заставил меня дрожать. И я снова напрягся, когда спустя час он проковылял обратно.
В остальном мои первые сутки прошли спокойно. Жильцы мелькали не часто. С перерывами на обед и ужин я просидел за стойкой до полуночи, а потом, как положено по инструкции, закрыл главный вход на засов и отправился спать.
***
Следующим утром я увидел проживающую, которая показалась не менее странной, чем тот старик. Причём она имела схожие с ним черты. Такая же низкая горбатая старуха и ковыляла тоже в развалку. Лицо морщинистое, длинный нос и две жирные бородавки, но не на лбу, а на щеках. Бабка была одета в куртку-поддергайку и в длинную юбку, что едва не волочилась по полу.
– Здравствуйте, – сказал я.
Старуха оказалась не дружелюбной. Она кинула на меня презрительный взгляд и пробубнила:
– Уже новый сидит…
Домой бабка вернулась поздно – примерно за полчаса до полуночи.
– Добрый вечер, – сказал я.
Приветствовать всех, кого вижу, стало моей новой привычкой. Низенькая старуха не ответила. Она несла с собой что-то длинное, замотанное в тряпку. По форме эта вещь напоминала сапог.
Бабка пыталась увернуться от моего любопытного взгляда, и вдруг свёрток выскользнул из её рук. Тряпка размоталась, предмет гулко стукнулся о кафель.
Я посмотрел: а это нога! Вернее, протез ноги ниже колена – пластиковая стопа и голень с ремешками. Вещь была вся грязная и изношенная.
– Это ваше? – спросил я.
– Моё! – крикнула бабка и как безумная вцепилась в протез.
Пока она заматывала его в тряпку, я почувствовал тухлый запах помоев. Мне велели следить за жильцами, которые таскают в комнаты мусор, но запретить им это делать я, конечно же, не мог. Поэтому просто оставил пометку в журнале: «Пожилая женщина пронесла в свою комнату протез ноги (возможно мусор)».
Ситуация разрешилась сама собой, когда следующим утром в холле появился низенький старик в длинном пальто. Он нёс под мышкой ту самую пластиковую ногу и сказал мне, будто оправдываясь:
– Устал воевать со своей бабкой. Совсем с ума сошла. Собирает всякую дребедень на помойках и тащит в нашу комнату… Вот зачем ей это?
– Не знаю, – ответил я.
– Вот и я не знаю, – с досадой сказал старик.
Когда он ушёл, в холл вошла Рия. Она постучала длинными ноготками по моей стойке и сказала:
– Этот дед и его бабка из четвёртой комнаты. Они мои соседи через стенку. Постоянно собачатся! Боюсь, когда-нибудь поубивают друг друга.
Девушка надела наушники, закинула рюкзачок на плечо и ушла.
Вернулась она только к пяти вечера, когда я перекусывал жирным бургером.
– Приятного аппетита, – сказала Рия.
– Спасибо! – ответил я.
– Как ты вкусно ешь, мне прям тоже захотелось, – бросила она, проходя мимо стойки.
Мне нравилось здороваться с этой милой девушкой. В доме было не так много приятных лиц.
Спустя полчаса в подъезд вошёл молодой человек. Его вид не вызывал отторжения, и одет он был опрятно. Брюнет с хорошей стрижкой. Вот только цвет лица нездоровый и шёл он, не поднимая ног. Шаркал по полу, как дед.
– Здравствуйте, вы к кому-то в гости? – сказал я, сразу поняв, что он не из местных.
– Я в пятую комнату, – тихо ответил парень.
– Вы не сказали, к кому, – я открыл журнал и взял ручку.
– К Дарье, – покорно ответил он.
Я помнил, кто живёт в пятой комнате и задумался: может ли Рия быть сокращением от имени Дарья?
– Подождёте минутку? – попросил я. – Надо уточнить, ждут ли вас.
Глаза парня затуманились. Лицо помрачнело, будто на него нашла тень. И тут в коридоре послышался знакомый голос Рии:
– Женя, пропусти ты его! Это мой парень!
– Проходите, пожалуйста, – сказал я и не стал ничего записывать.
***
Тот парень вышел из дома только следующим утром. Рия шла рядом и держала его под руку.
– До свидания, – сказал он, вид у него был всё такой же уставший.
А девушка бодро улыбнулась и подмигнула мне.
В тот день мимо стойки прошла низкая старуха. Я подумал: «Не пошла ли она опять на мусорную охоту?». И оказался прав! К полуночи бабка вернулась с «крупным уловом». Она притащила с собой ноги от манекена. До чего же у неё был счастливый вид. Что за странную коллекцию она пыталась собрать?
– Извините, – сказал я. – Носить мусор в комнаты запрещено.
– Какой мусор? – громко возмутилась бабка. – Это мои вещи!
– Зачем они вам?
– Не твоего ума дело!
Старуха скривила рожу и пошла в коридор, качаясь из стороны в сторону. Плевать ей было на мои запреты. А мне что делать? Не отнимать же у неё мусор силой!
Я и в тот раз ограничился пометкой в журнале.
***
На следующий день ситуацию снова разрешил её сожитель. Утром он появился в холле, волоча за собой ноги от манекена.
– Здравствуйте, – сказал он, запыхавшись, словно нёс неимоверную тяжесть, а не лёгкий кусок пластика. – Опять старая с ума сходит. Видели, что вчера притащила?
– Да уж, – ответил я.
– Тащит какие-то ноги! – прохрипел дед. – Хочет от меня убежать, что ли? Хе-хе! Да я бы сам от неё убежал, если б было можно…
– Трудно вам, наверное, – я поддерживал разговор на автомате.
– Ничего! Пока мой день – всё вынесу и выброшу!
– Сегодня ваш день…
Я проводил его взглядом и подумал: вот странное дело! Этот старик и старуха ни разу не выходили вместе. В одно утро выходил он, а в следующее она. Ночью бабка тащит мусор в дом, а на утро дед его выносит. Что за сюр такой?
И оба похожи друг на друга. Конечно, не как две капли воды, но одного роста и походки одинаково странные.
«День – он, день – она. А вдруг это оборотень? – подумал я в шутку, и всё же от этой мысли стало не по себе. – Или это один человек, который переодевается то в хамоватую бабку, то в доброжелательного, но не менее безобразного деда?».
В следующий раз, когда мимо стойки проходила старуха, я внимательно вгляделся в её лицо. Нет ли на ней грима? Настоящие ли бородавки на щеках?
Она, как всегда, ушла утром и вернулась к полуночи перед закрытием. С собой она несла что-то большое и тяжёлое, наглухо завёрнутое в чёрный пластиковый мешок.
– Что смотришь? – гаркнула она.
– Ничего, – ответил я и пропустил её без вопросов.
Даже не стал делать пометку в журнале. Знал, что чего бы она не притащила – завтра оно снова окажется на помойке. Казалось, я уже понял правила этого
