дома.
Но следующее утро обернулось для меня ужасом всей жизни. Я проснулся от того, что в подъезд громко постучали. Было только пять часов утра.
Я встал, отодвинул засов и открыл дверь. Там стоял коренастый мужчина в чёрной дублёнке. Его лицо напоминало морду хищной птицы: широкий лоб, густые брови, пронзительный взгляд и нос, загнутый крючком.
– Консьерж? – спросил он.
– Ага, а вы кто? – поинтересовался я.
Мужчина показал мне красное удостоверение с надписью: «Следственный комитет».
– Понятно, – сказал я. – Что-то случилось?
– Ты ночью ничего не слышал?
– Вроде нет, а что?
– Пойдём, посмотришь.
Только светало. Следователь повёл меня через двор к месту, где догнивали машины. Рядом стоял белый УАЗ с полицейской мигалкой. Под ногами хрустел лёд. Я предчувствовал, что сейчас увижу что-то страшное. И оказался прав! За старенькой «шестёркой» лежал безногий мертвец. По виду нищий. Кто-то отрезал ему ноги вместе с брюками.
– Господи! – я отвернулся и зажал рот ладонью.
– Ещё один висяк на Тенистой будет, – сказал следователь.
А другой полицейский крикнул ему из машины:
– Не будет, Николаич! Успокойся. Этот жмур просто замёрз. Ноги ему уже потом отпилили. Там видно, что резали мороженное мясо.
– И кому ноги бомжа понадобились? – спросил следователь.
– Это ты выясняй! – ответил его коллега.
– Кажется, знаю кому! – сказал я, откашлявшись, и повёл тех ребят в свой дом, к четвёртой комнате.
Там оказалось не заперто. Двое полицейских ворвались внутрь, я прошёл за ними. Бабка лежала на полу. Одетая в кофту и свою длинную юбку. В комнате был погром, будто кто-то подрался. В углу лежал надорванный чёрный мешок, из которого торчали грязные человеческие ноги.
– Вставай, мать! Разговаривать будем, – сказал следователь.
– Не могу! – еле просипела старуха. – Дед мой умер.
И вдруг я заметил, что на ней нет обуви, а из-под юбки торчат не голые стопы, а ладони с длинными пальцами.
Пожилая женщина подняла юбку и сказала:
– Вот!
Перед нами открылись руки, плечи и голова безобразного старика. Он был нижней частью её тела. Дед и бабка оказались сросшимися, будто кукла-перевёртыш. Вот почему у них были такие странные походки – они ходили на руках друг друга!
Меня бросило в жар и перехватило дыхание.
– Отрежьте его от меня и пришейте ноги! – требовательным голосом сказала бабка.
На шее старика остались багровые синяки, явно от пальцев. Она задушила того, с кем делила тело.
– Я нашла себе ноги… Понял, старый чёрт? – голос женщины постепенно угасал. – У меня будут ноги…
Бабка закрыла глаза и перестала дышать. Теперь близнецы были оба мертвы. Мне вдруг захотелось проснуться в своей консьержной комнате и обрадоваться тому, что это был кошмар. Но я не просыпался.
– Ненавижу эту дыру! – пробурчал следователь и указал на сдвоенный труп. – Если здесь что-то случается, то всегда вот такое!
Я не знал, что ответить. А он посмотрел на меня пронзительным взглядом и сказал:
– Ну что стоишь, консьерж? Вызывай труповозку!
Глава 2. Повелитель насекомых
Я стал ещё внимательнее вглядываться в лица жильцов дома. Какие же они все разные. У одного мужика была внешность, как у гоблина: нос большой и кривой. Глазки чёрные, маленькие, как бусинки – в них не заметить белков. И пальцы такие длинные, что казалось, они имеют лишние фаланги.
Жила здесь женщина, равная в росте и ширине. Огромная, как гора. Её кожа блестела от жира, будто она обмазывалась маслом. И рот у неё был, как у жабы.
А ещё мимо стойки часто проходила вполне красивая дама. Вот только на её щеках были шрамы, словно ей их разрезали от уголков губ, а затем зашили. Был парень, который всегда прятал нижнюю часть лица, поднимая воротник пиджака, как герой детектива. Никогда не видел столько странных людей в одном месте.
Хотя были здесь и самые обычные жильцы, которые ничем особенно не выделялись. Были и симпатичные, такие как Рия, которая всегда со мной здоровалась и улыбалась.
Сегодня она подошла к стойке ранним утром и сказала:
– Привет, Женя.
– Привет, Рия, – ответил я.
– Как у тебя дела? – спросила девушка. – Грустный ты какой-то. Не проснулся ещё?
– Плохо сплю после того, что видел, – признался я. – Ты знаешь, что случилось с твоими соседями?
– Ты про деда с бабкой? Ага. Мне сказали, что они умерли.
– А ты знала, что они оказались одним целым? Сросшиеся, как сиамские близнецы. Наверное, эти люди и были сиамскими близнецами. Ног у них тоже не было, ходили на руках друг друга!
Большие глаза девушки стали ещё круглее. Она присвистнула и сказала:
– Сколько здесь живу, столько и удивляюсь.
Я забылся и начал размышлять вслух:
– Одного не пойму: как у них был устроен контроль над телом? Они ведь по очереди выходили из дома: один день – старик, другой день – старуха.
Рия остановила меня справедливым замечанием:
– Вот ещё об этом думать! Забудь. Это не наше с тобой дело. Правильно?
– Правильно, – ответил я.
– Ладно, до вечера, Женя, – девушка ушла, оставив за собой лёгкий сладковатый аромат духов.
В нём были нотки шоколадного пломбира. И мне сразу захотелось есть. Я подумал, что надо отлучиться и сбегать до палатки с шаурмой на другой улице, но тут явился посторонний.
Это был мужчина, подозрительно похожий на пройдоху. Он улыбнулся с самого порога, показав все свои зубы, а глаза так и бегали. У него были редкие брови и отросшая седина под чёрной шевелюрой. На него плече висела массивная чёрная сумка размером с мешок Деда Мороза.
– Здравствуйте, я пройду, поторгую! – он пытался пробежать мимо стойки.
Я быстро поднялся и преградил ему путь:
– Куда? Всех посетителей регистрируем.
– Да зачем все эти формальности? – мужик осторожно смахнул крошку с моего пиджака. – Я час похожу по квартиркам, предложу людям вещи… разные, полезные!
– Какие вещи? – спросил я с нажимом.
Мужчина поставил сумку на пол и начал выкладывать свой товар прямо на мою стойку:
– А вот смотрите: ножи, столовые приборы, всякая техника – всё качественное, импортное. Или вот регуляторы напряжения на розетки – без них техника ломается. Хотите себе взять?
Во всех этих вещах была заметна дешевизна. Столовые приборы с осыпающейся позолотой, фен из плохого пластика, воняющий клеем. Копеечные китайские товары, которые и даром не нужны.
– И сколько же это добро стоит? – спросил я, уже поняв, что он из тех «коробейников», которые продают наивным старикам самый дешёвый товар по завышенным ценам.
– Сейчас у фирмы распродажа, – улыбнулся мужик. – Вот этот набор столовых приборов можете купить всего за семь тысяч, но только сегодня. И к нему идёт подарок…
