разработано лекарств и препаратов от бессонницы, сколько методик и разработок релакса, включая солевой флоатинг, электросон, криокамеры и т.д. и т.п., однако лучше методики от бессонницы и дурных навязчивых мыслей, чем КМБ, не существует. Когда нас фотографировали на документ для военного билета, я, честно говоря, не сразу узнал себя на фото. Ввалившиеся щеки, все подробности строения черепа были отличным наглядным пособием для изучения студентами медицинских вузов анатомии человека. Моя борцовская шея стала похожа на шею новорожденного цыпленка. За месяц я потерял более шести килограммов веса, при том, что лишнего веса у меня и не было. Все пять лет учебы в КВТИУ я с ужасом смотрел на это фото в военном билете. Это еще один эффективнейший метод борьбы с лишним весом, действует быстро и безотказно. Вот что такое настоящий курс молодого бойца.
Но между тем приближалось время, когда нам предстояло принять военную присягу. После приема присяги мы становились полноценными военнослужащими, курсантами, присваивалось первое воинское звание – рядовой, и должность – курсант. Текст присяги мы учили наизусть. Когда непосвященный зритель смотрит, как боец с автоматом читает текст с листа, – это обманчивое впечатление: каждое слово он знает наизусть, начиная с: «Я, гражданин, фамилия, имя, отчество, Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооруженных Сил…» и заканчивая последним абзацем: «Если же я нарушу мою торжественную клятву, то пусть меня постигнет суровая кара советского закона, всеобщая ненависть и презрение советского народа». Особенно сильно врезались слова присяги о защите Родины: «Я клянусь защищать её мужественно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагами». Это было очень серьезно и по-взрослому.
Наряду с текстом присяги, мы изучали Уставы Вооруженных Сил СССР, в первую очередь это Устав внутренней службы, Устав гарнизонной и караульной службы, Строевой устав, а также Дисциплинарный устав ВС СССР. Множество статей мы учили наизусть до запятой, не допускалось передавать близко по смыслу или менять местами слова. Вот этим и отличается студент от курсанта: армия – это точность и однозначность терминов и понятий, без которых немыслимо управление войсками.
Но вот и наступил торжественный и волнительный день присяги. Мы в парадной форме одежды, начищенные, наглаженные, с личным оружием, которое уже закрепили за каждым, выстроились на плацу. Лично меня распирало от эйфории этого незабываемого момента, думаю, у каждого курсанта было похожее чувство. На плацу был выстроен личный состав училища, присутствовали родители некоторых курсантов, гости. Оркестр играет встречный марш, доклад начальника училища, приветствие и троекратное «ура» на поздравление с началом торжества принятия присяги. Повзводно выстроенный курс, перед каждым взводом стол и офицер, принимающий присягу, и роспись курсанта, присягнувшего на верность Родине. То был огромный праздник для курсантских душ, и в этот день мы получили свои первые увольнительные записки в город.
За два месяца мы успели отвыкнуть от городских пейзажей и, как дикари, иногда выглядывали через забор на проезжающие по улице Пархоменко трамваи. Время увольнения до 21.00. Пролетело оно быстрее, чем пуля, и началась наша полноценная военная жизнь. На вечерней поверке все четыре взвода выстроились в проходе. Теперь мы могли и получше рассмотреть друг друга. Сумасшедший ритм жизни КМБ теперь уже казался нам более размеренным.
Я был во втором взводе, а рядом, в третьем взводе, стоял высоченный курсант. Я удивился, как раньше мог его не замечать при таком росте под два метра. Это был Сергей Черноусов. Если бы снимали кино про дядю Степу, по произведению Сергея Михалкова, то с актером на главную роль проблем бы точно не было. Серега Черноусов был настолько скромным и выдержанным, что умудрялся быть незамеченным при таком высоченном росте. Мне подумалось, что ему подошел бы больше морфлот, чем танк. Как он вообще умещался в танке, я до сих пор не понимаю.
Зато в первом взводе был антипод Сергея, маленький карапуз Саша Ефремов. Он был достаточно активным, то есть противоположным по психофизическим параметрам. Если бы Сергей Черноусов встал в проходе казармы, слегка расставив ноги, то Шура Ефремов, который получил потом прозвище Чуримаман, смог бы пробежать, не пригибаясь, как под футбольными воротами, между ног.
Началась вечерняя поверка. Старшина Кургаев, начав с первого взвода, быстро зачитывал фамилии, на которые курсанты коротко отвечали: «Я!» .После второго и третьего взвода, проверяя личный состав четвертого взвода, дошел до фамилии Киалдунозянц. «Киалдунозянц!» – громко произнес старшина после нескольких попыток выговорить это слово. «Аааа!» – кричаще-рычащим голосом бабуина, спрыгнувшего с ветки, ответил Киалдунозянц. По взводам покатился смешок. Кургаев напрягся, лихорадочно про себя размышляя, как выправить ситуацию, и начал проводить поверку с самого начала, очевидно подумав: «Вы у меня сейчас посмеетесь!». Кургаев опять начал с первого взвода и дойдя до четвертого, прочитал почти сто фамилий курсантов ,наконец снова дошел до Киалдунозянца.
– Киалдунозянц!
– Аааа! – еще более душераздирающе взревел носитель армянской фамилии. Все рухнули от смеха, включая зам.комвзводов. Ни один мускул не дрогнул на лице старшины, он начал терпеливо объяснять Киалдуназянцу, как должен правильно отвечать военнослужащий, когда называют его фамилию. «Йяа!» – громко и выраженно артикулируя, выкрикнул Кургаев, демонстрируя по его мнению идеальный пример ответа военнослужащего ,когда называют его фамилию. Это было достаточно комично. И опять поверка началась с самого начала. На этот раз уже включились остальные, начиная с Валика Немирича из первого взвода. Курсанты начали пародировать старшину, с придыханием выкрикивая на свою фамилию: «Йяа!» Смех со слезами на глазах. Короче, эту вечернюю поверку наш Толик Кургаев провел пять или шесть раз. Я уж точно и не вспомню.
Часть 4
Однако, в нашем училище уже начался учебный процесс, и самая первая лекция, – современные читатели, поколения 90-х и 2000-х, ни за что не догадаются, – первая лекция была по истории КПСС (Коммунистической партии Советского Союза). Не случайно кафедрой номер один, значилась кафедра научного коммунизма. На мой субъективный взгляд, именно в 70-х годах роль партии и замполитов стала настольно формализованной, что выросло огромное количество перерожденцев политруков, озабоченных лишь своей карьерой и личным благополучием. Партийные собрания превращались в пафосные декларации, не имеющие ничего общего с повышением боеготовности войск. Сколько крови замполиты попортили командирам, зампотехам и личному составу. Именно они, эти перерожденцы, первыми предали истинно благородные цели народного государства, развалив наш могучий Советский Союз. Идеи государственного строительства социалистического общества, выстроенные Лениным, были первыми в мире реализованными на практике. В работах Ленина, которые мы изучали очень тщательно, был заложен здравый смысл и перспектива развития справедливого общества с приоритетами человека
