нарисованные умелой рукой художника.
Я так увлеклась рассматриванием своего отражения, что не сразу услышала вопрос Мары:
– Госпожа, как вам уложить волосы? Сделать высокую причёску или оставить распущенными? Хотя вы прелестны всегда, красоту ведь ничем не испортишь.
Я благодарно улыбнулась девушке. Слушать комплименты всегда приятно, даже если эта внешность ещё вчера была не твоя, а теперь внезапно волею судьбы ты оказалась её хозяйкой.
– Спасибо, Мара. Пусть останутся распущенными.
Служанка быстрыми, уверенными движениями привела мои волосы в порядок, высушив и слегка завив их с помощью каких-то заклинаний и причудливых пассов руками. Я только завороженно наблюдала за этим чудом. Даже на время забыла о своих шпионских планах. Но нельзя терять времени впустую. Осторожно подбирая слова, я решила закинуть пробную удочку:
– Ох, как неловко получилось. Это ж надо свалиться в обморок прямо на своей свадьбе. Ты случайно не слышала, что об этом говорят? Как на это отреагировали?
Девушка всплеснула руками и затараторила ещё охотнее:
– Да не переживайте вы так! Всё в порядке! Доктор сказал всем, что вы перенервничали, поэтому и потеряли сознание. Родители вашего мужа и другие его родственники уже уехали, вам не придётся сегодня с ними встречаться.
Так, сейчас я не совсем поняла. Почему родственники мужа? А мои? Я что – сирота? И как об этом спросить? Но тут Мара продолжила и ситуация немного прояснилась:
– Бедная моя госпожа, я понимаю как вам трудно. Мало того, что вы не желали этого замужества, так ещё и с родителями, да и ни с кем из вашего рода, не сможете видеться целый месяц. Но что поделать, такова необходимость. Вот примет вас магия рода Даэлийских и тогда свидитесь с матушкой и батюшкой. Я думаю, что через месяц, на балу в честь вашей свадьбы, вы будете самой неотразимой.
Ага, судя по всему, я не сирота и до встречи со своей роднёй у меня есть какое-то время. Ещё бы выяснить, сколько дней в их месяце, а то может я рано радуюсь, и это событие случится намного раньше, чем мне бы хотелось. Но посвящать нерадивую попаданку в подробности местного календаря никто не собирался. Ладно, сама со временем разберусь. Есть более важные вопросы.
– А Алистер? - я намеренно не стала уточнять, что именно имела в виду, предоставив Маре самой интерпретировать вопрос и ответить на своё усмотрение. И она меня не разочаровала:
– Этот негодяй? Да он и мизинца вашего не стоит! Это ж надо было довести свою жену до слёз. Бедная моя госпожа, бедная, – тут она запнулась и испуганно посмотрела на меня. – Простите меня, леди Милена. Я не имела права так говорить о вашем супруге. Просто я очень сильно испугалась, когда зашла и увидела ваше заплаканное личико. Не гневайтесь на глупую служанку.
– Успокойся, Мара. Всё нормально, я не сержусь.
– Ой, что ж это я разболталась? – она театрально всплеснула руками и снова принялась причитать. – Вы же, наверное, проголодались? Обед-то пропустили. А уже время ужина. Я сейчас сбегаю на кухню и велю приготовить вам что-то вкусненькое. Принести ужин сюда или может, желаете поужинать с супругом в столовой? - она замолчала и выжидательно посмотрела на меня.
И что ей ответить? Я поняла, что действительно очень проголодалась, а вот выходить из комнаты и встречаться с Алистером, у меня не было ни малейшего желания. Но не воспримет ли муж это как оскорбление? Кто знает, какие у него тараканы в голове водятся? Немного подумав, я поняла, что выходить из комнаты всё же боюсь больше чем гнева супруга, хотя прекрасно понимала, что рано или поздно это сделать придётся.
– Я поужинаю в комнате.
– Как пожелаете, госпожа, – и девушка быстро скрылась за дверью.
Как только служанка ушла, я решила не терять времени даром. Не помешает хорошо осмотреться и изучить хотя бы свою комнату. Большая и светлая, выдержанная в нежно-голубых тонах, она восхищала своей гармоничностью. Вся мебель: огромная кровать, массивный шкаф, комод с множеством ящичков, небольшой стол и стулья с мягкими сиденьями – изготовлены в одном стиле из белого дерева, с изящными гнутыми ножками и причудливыми завитками в качестве украшений. Из такого же дерева сделан и туалетный столик с большим зеркалом, обрамлённым резной рамой. Я с восхищением рассматривала, вырезанные искусной рукой мастера витиеватые узоры, сплетающиеся в один завораживающий орнамент. Стены покрыты какой-то тканью, напоминающей атлас, приятного голубого оттенка и точно из такой же ткани выполнена обивка на мебели и шторы на окне.
Окно! Как же я могла не обратить на него внимание в первую очередь. Быстренько подбежав, я отдёрнула штору и застыла, поражённая открывшимся видом. Похоже, что спальня расположена на втором этаже, поэтому обзор очень хороший. Прямо под окнами разноцветным ковром простирался цветник. Буйство красок поражало своим разнообразием, но при этом не выглядело аляповато и даже мысли не возникало, что что-то можно убрать или добавить. А дальше, насколько хватает глаз, раскинул свои зелёные хоромы великолепный сад. И хоть окно и было наглухо закрыто, мне показалось, что я чувствую его свежую прохладу и неповторимый, присущий только большим садам, аромат.
– Сад очень красив, не правда ли? – голос Алистера прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула. Наверное, Мара неплотно прикрыла за собой дверь и поэтому я не слышала, как она открылась.
– Сад очень красив, не правда ли? – голос Алистера прозвучал так неожиданно, что я вздрогнула. Наверное, Мара неплотно прикрыла дверь и поэтому я не слышала как она открылась.
– Да, он прекрасен, – мне не пришлось кривить душой, и фраза прозвучала вполне естественно, не выдавая моего внутреннего напряжения.
– Я встретил твою служанку и отменил распоряжение принести ужин в комнату. Нам накроют в саду. Думаю, ты не откажешь в такой малости, как поужинать в обществе супруга в день свадьбы. – В его язвительном тоне отчётливо слышалась ирония, а вопросительно приподнятая бровь только усиливала этот эффект.
Как бы мне не хотелось, как в глупых фильмах, заломить руки и, возведя глаза к потолку, бросить ему возмущённо: «Подите прочь из моей комнаты! Никуда я с вами не пойду», но я ж не дура. Зачем дразнить тигра, дёргая его за усы? Я даже мысленно улыбнулась такому сравнению. Пусть у Алистера усы и не торчали в разные стороны, как у дворового кота, но всё же имелись. Несомненно, и какая-то кошачья грация ему
