с братом-болваном не повезло.
— Пинетки — это хорошо, — говорю. — Но с походами в гости пока повремените. На всякий случай. Не будем искушать лорда Эроса брать вас в плен — в отместку за брата, который теперь сидит у нас.
Настя фыркает, перебрасывая ногу через подлокотник кресла:
— Пусть только попробует Свету при мне тронуть, — бурчит. — Я ему крыло за ухо закручу.
— Вообще, я и сама за себя могу постоять! — запротестовала бывшая Соколова и подозрительно насупилась на оборотницу-«сестру»: — Или ты так не считаешь, что ли?
— Эм, просто зачем тебе утруждаться в твоём положении… — Настя умоляющим взглядом посмотрела на меня, но спасение утопающих — дело самих утопающих, и я тороплюсь ретироваться, пока и меня на дно не потянули.
Вообще добрались мы до поместья без проблем, хотя я заранее допускал, что дорога может оказаться затруднительной — учитывая личности двух моих пленников. Как только мы пробились за городские ворота, стало ясно: всё идёт по плану. Тавры, которых я вызвал ещё заранее, уже стояли на позициях с заведёнными каретами. Рогатые дружинники мгновенно отгородили нужный закуток, перекрыв доступ посторонним.
Габриэллу и Архила я усыпил псионикой. Под белы ручки — и в кареты. Вернее, в повозки-автозаки с магическими блокираторами.
Кстати, там ещё были гвардейцы Лунокрылых, но мои серокрылые херувимы — те самые, что недавно выбрались из демонского плена, — встали перед ними, перекрыв обзор. Этих серокрылых потом увела городская стража. Что с ними стало — пока не ясно, но я обязательно узнаю позже.
К себе в кабинет зову двоих вынужденных гостей — леди Габриэллу и сира Архила.
Едва войдя, Габриэлла раздражённо трясёт запястьем, на котором сверкает антимагический браслет.
— Король Данила, это было обязательно? — бросает она с возмущением, золотые крылья за спиной негодующе шелестят.
Я спокойно киваю:
— Леди, я берегу своих жён. Поэтому — да. Обязательно.
Она фыркает претенциозно, но и пускай, ей больше ничего не остаётся, как выкаблучиваться.
Архил, хмурясь, бросает взгляд на стену, переводит взгляд на ниши:
— Ладно, браслеты, Филинов, чёрт с ними. Но что за чудовище за нами следит?
Из стены доносится мелодичное предупреждение:
— Фааака…
Усмехаюсь. Змейка устроилась в бетоне в небоевой форме милашки, полулежит да поглядывает за пленниками. Лучшего сторожа и не придумать. Если парочка херувимов охренеет — перед ними окажется уже не томная красотка, а Горгона третьей формации с чешуйчатой бронёй, когтями, способными резать даже булат.
— Не называйте её «чудовищем», сир, — предостерегаю Краснопёрого. — Это, между прочим, для вашей же безопасности, — добавляю уже, глядя прямо в глаза Габриэлле. — Её присутствие необходимо, чтобы у вас не возникло желания снять браслеты или взять кого-то из моих родных в заложники.
Леди-херувим обиженно вскидывается, крылья чуть подрагивают:
— «Взять в заложники»⁈ Как вы можете так думать обо мне, король Данила⁈
Ну-ну. Актёрская школа у златокрылой — что надо.
— Леди, — предлагаю, — скажите мне прямо в глаза: если у вас появится возможность — вы не попытаетесь схватить моих жён в плен. Скажите это немедленно, и я вас отпущу.
Она замирает, глаза бегают по кабинету. Окидывает меня подозрительным взглядом, в голосе неуверенность:
— М-м… я… не…
— Время вышло, — пожимаю плечами. — Вы упустили момент.
— Да что вы устраиваете, король! — срывается она. — Это же театр какой-то!
— Леди, — спокойно отвечаю, не повышая голоса. — Вам бы поменьше хитрить и искать подвох в каждом слове. Будьте проще — и люди к вам потянутся. Ну или херувимы. Уж тут зависит от ваших предпочтений.
— Я уже говорила, что не тупой инкубатор!
— Я вообще не об этом, — отмахиваюсь. — Всё у вас сводится к одной теме, леди.
— Сами вы озабоченный! — шипит Габриэлла и тут же прикусывает язык, осознав, что сорвалась. Злится уже на себя, отворачивается демонстративно, красная как рак. Почти как ребёнок — хотя лет ей, между прочим, больше, чем мне.
— С вашего позволения, Ваше Величество, я пойду в предоставленные мне покои, — явно злясь на себя, пристыженно бросает она через плечо, и после моего разрешающего жеста выходит, не забыв, конечно, хлопнуть дверью. Мда, шумная сударыня.
Архил, что всё это время стоял чуть поодаль, немного растерянный, теперь шевелится и недоумённо смотрит вслед Габриэлле, будто удивляясь, чего это леди истерит из-за слов какого-то человека.
— Вы тоже свободны, сир Архил. Мне просто хотелось увидеть состояние пленников, и оно удовлетворительное.
— Король Данила, — херувим говорит с хрипотцой. — Я хочу, чтобы вы знали… Мой Дом тут ни при чём. Я напал на вас не по приказу брата. Это была моя собственная инициатива. Лично моя.
Киваю равнодушно:
— Я знаю. Это же касается и леди Габриэллы.
— Она тоже на вас напала? — недоумевает Архил.
— Почти. — Не вдаюсь в подробности, всё же нападение на мой род приравнивается к нападению на меня.
* * *
Временное поместье Вещих-Филиновых, Сторожевой город
Габриэлла уселась в своих гостевых покоях, скрестив ноги и зло швырнув подушку на пол. Она намеренно ушла подальше от Архила — тот явно хотел с ней ещё поговорить, поизливать душу или снова напомнить о былом, но ей не хотелось иметь с этим болваном ничего общего. Её раздражало даже его присутствие. Вообще-то, именно из-за него она и оказалась в этой ситуации. Это же Архил, идиот, напал на короля Данилу — и ей пришлось мчаться на выручку, а в итоге всё пошло наперекосяк. Потому что, как назло, ей попалась на глаза та альвийская драная кошка — и понеслось. Сорвалась. Чёрт побери, почему её так бесят беременные и эти мамаши? Архил же недальновидный увалень, не способный прогнозировать два шага вперёд. И ведь когда-то сватался к ней… Смешно даже вспоминать. До сих пор цепляется: на балах лезет со своими навязчивыми ухаживаниями, то руку поцелует, то какую-нибудь глупость шепнёт, как влюблённый школяр.
Габриэлла давно отреклась от навязанной ей роли — быть инкубатором для чьего-то потомства, особенно для такого болвана, как Архил. Даже отец смирился, когда она отбила десяток Демонских атак на Стене.
Но сейчас мысли об всяких Архилах уходили на второй план. Невольно они возвращались к другому. К Филинову, который уже снял трофейные крылья. И который с каждой новой встречей ставил её в тупик. Странный он и непредсказуемый!
